Южная Корея

Южнокорейский БТР-амфибия K808 Baekho («Белый тигр») 8×8, разработанный в 2012–2016 годах, быстро стал «рабочей лошадкой» армии страны. Это машина первой линии для ударных подразделений. Существует также версия K806 6×6, которая легче, не в состоянии плавать и предназначена для охраны тыла и патрулирования.

Швейцария законтрактовала 5 батарей зенитного комплекса Patriot (включая 17 ПУ) ещё в 2022 году (оценочно за $2,2 млрд). Однако судьба этой закупки находится под вопросом из-за серьёзных задержек.

Буксируемая гаубица KH-178 калибра 105 мм производства южнокорейской компании Hyundai WIA проходит оценку в рамках программы закупки новых буксируемых артиллерийских систем для СВ Малайзии.

На верфи судостроительной компании SK Oceanplant в городе Госон (провинция Кёнсан-Пукто) спустили на воду четвертый фрегат класса FFX-III ("Чунгнам"), предназначенный для ВМС Южной Кореи.

MWM: Северокорейский танк Chonma-20 превосходит Abrams по уровню защищенности

Новейший танк Chonma-20 («Чхонма-20»), который разработали в КНДР, превосходит распространенные на Западе Leopard 2 и Abrams по уровню защищенности. Недостатки серийных машин США и Германии признало издание Military Watch Magazine (MWM).

Россия и КНДР, как сказал министр обороны Андрей Белоусов, «договорились перевести военное сотрудничество на устойчивую долгосрочную основу». Чем такое сотрудничество выгодно для обоих государств – и почему для России оно имеет особое значение с точки зрения обеспечения безопасности дальневосточных рубежей страны?

Пока администрация Трампа полностью озабочена войной с Ираном, развязанной под предлогом того, чтобы не допустить появление ядерного оружия у Тегерана, Штаты откровенно упустили более реальную, а не гипотетическую угрозу.

Bloomberg: Северокорейские МБР «Хвасон» могут преодолеть систему ПРО США

Растущий арсенал межконтинентальных баллистических ракет (МБР) «Хвасон» КНДР позволит Пхеньяну преодолеть систему противоракетной обороны (ПРО) США. Опасность северокорейских ракет признали в материале Bloomberg.

Более половины общемирового объема расходов на военные нужды в 2025 году пришлось на три страны – США, Китай и Россию, следует из отчета Стокгольмского международного института исследования проблем мира (SIPRI).

Неожиданный сигнал пришел из Южной Кореи: эта страна готовит закон об арктическом судоходстве, иначе говоря, о Северном морском пути России. Что означает это решение для Москвы, Пекина и Вашингтона – и почему перед нами важный эпизод геополитического соперничества России и Запада?