Ударные возможности российского флота (применительно к авианосцам)

Ударные и оборонительные возможности российского флота (применительно к теме авианосцев)

Задача ВМФ России — обеспечение необходимых морских коммуникаций, а также отражение агрессии с морских направлений (включая подводную и воздушную). Для этого нужны: а) средства обнаружения и целеуказания, и б) адекватные средства поражения.

Что тут может дать авианосец(цы).

Как уже говорилось в первой части (Необходимы ли полноценные авианосцы российскому ВМФ?), авианосец — это корабль, основное вооружение которого составляют самолеты, и который предназначен для решения разнообразных задач при действиях в открытом море (вдали от береговой авиации, ПВО/ПРО, ПКРК).
Т.е. ударные возможности авианосца — это просто доставка к целям авиационных средств поражения (АСП).
Какими же «уникальными» возможностями могут обладать — в этом смысле — гипотетические российские авианосцы?
Ответ простой — никакими.
Палубная ударная авиация (для ЛЮБОГО реального современного и перспективного авианосца) — сравнительно легкие машины, с ограниченным (по весу  и габаритам) вооружением. Авианосец НЕОБХОДИМ там, где НЕТ других самолетов, кроме палубных. Или же там, где палубные самолеты, сопоставимые по возможностям с «обычными», «обеспечить» элементарно дешевле. :)

Здесь необходимо принять во внимание «геополитическую стратегию» России Путина.
Совершенно очевидно, что идет (и будет усиливаться) полноценное освоение Севера и Дальнего Востока. Достаточно упомянуть План развития инфраструктуры Северного морского пути на период до 2035 года, подготовленный дирекцией СМП госкорпорации «Росатом», и утвержденный 21 декабря 2019 года Правительством своим распоряжением №3120-р, строительство «Роснефтью» крупнейшего морского порта на Таймыре, заводы «Ямал СПГ» и «Арктик СПГ 2», а также развитие кораблестроительной инфраструктуры на Дальнем Востоке. Здесь дело защиты в смысле ПВО/ПРО палубными самолетами не обойдется.

Но вернемся к вооружениям.

Что касается ПКР, то (по оценкам на сегодняшний день) основой в этом смысле есть и будут Оникс-М наземного и морского (в том числе подводного) базирования (а, возможно, и авиационного), а также пресловутый Циркон, с которым пока мало чего понятно. В перспективе — тот же доведенный до ума Циркон, а так же разрабатываемые сейчас «Гремлин» и ПКР воздушного базирования про теме «Острота».
Носителями предполагаются Су-34 и Су-57, а также Ту-22М3М и Ту-160М. У всех них большой и достаточный (для таких задач) радиус действия с такой боевой нагрузкой. Перспективы использования палубных самолетов более чем туманные — это мягко говоря.

Имеющиеся аэродромы базирования — район Мурманска, Архангельска, Чукотки (Анадырь-1/Гудым), многочисленные аэродромы Дальнего Востока, а также строящиеся новые аэродпромы для обслуживания новых заводов и всей инфраструктуры СМП. Это строительство ведется УЖЕ СЕЙЧАС, независимо от строительства этих самых авианосцев. Арктика и Дальний Восток становятся ТОЧКАМИ РОСТА «России Путина». Поэтому вариант «дешевле иметь авианосец для защиты пустых тысячекилометровых пространств» отпадает.

С точки зрения «вклада кораблей ВМФ» в Арктике, единственно разумный вариант — это строительство ПЛА-охотников для КСФ (для действий в глубоководной части Северного Ледовитого океана, с поддержкой сетей подволных гидрофонов) + фрегато-эсминцев ПЛО/ПВО/ПРО. Чем сейчас военно-политическое руководство России и занимается. :)

ПЛО (ТОФ).
Проблема России в этой области — не отсутствие авианосцев или палубных самолетов ПЛО, а полный развал (со времен «святых 90-ых») организации ПЛО в ВМФ России. Поэтому надо создавать новые ГАС, новые методы обнаружения ПЛ, новые виды противолодочного оружия, новые виды носителей этих средств. Авианосцы тут — только «завершающий штрих».

ПВО/ПРО (ТОФ).

Для обороны Камчатки, Курил и побережья в смысле ПВО авианосцы на Дальнем востоке НЕ НУЖНЫ. Их возможности в этом смысле крайне ограниченны. В США, в составе АУГ, задачи ПВО/ПРО решает не палубная авиация (для этого важны только E-2 Hawkeye), а эсминцы сопровождения.

Данные по некоторым ударным самолетам, которые ТОЧНО используются (и будут использоваться) в интересах морской авиации.

Су-34 (данных по Су-34М нет).
Взлетная масса — 39 000 кг (нормальная) и 45 000 кг (максимальная).
Боевой радиус (в зависимости от нагрузки и профиля полета) — 600-1100 км.
Максимальная боевая нагрузка: 8000 кг; 12 000 кг при боевом радиусе 1000 км (4000 кг при полной загрузке топлива).
Ясно, что это не «палубный» вариант.
Ту-22М(3М) — данных не нашел. Данные по Ту-22М.
Взлетная масса — 112 000 кг (нормальная) и 126 000 кг (максимальная).
Боевой радиус с нагрузкой 12 000 кг:
    на сверхзвуковой скорости:1500—1850 км
    на дозвуковой скорости и предельно малой высоте:1500—1650 км
    на дозвуковой скорости по смещанному профилю: 2400 км.
Дальность ПКР Х-32 (для 3-х шт) — примерно 1000 км. Это значит, что при взлете с наземного аэродрома для Ту-22М3М (то, что идет в производство сейчас) с Х-32 достижимы (в море) цели на расстоянии не менее 2500 км.  Для сравнения: расстояние по прямой от Мурманска до Рейкъявика (рубеж противолодочной обороны НАТО) — 2400 км.

Вывод.
Никакой необходимости в авианосце(ах) для ТОФ России в смысле обеспечения ударных и оборонитеьных возможностей (ПЛО, ПВО/ПРО) НЕТ. Есть СЕРЬЕЗНЫЕ проблемы с ПЛО, но наличие авианосца их решить не в состоянии.
Авианосцы ПРИГОДИЛИСЬ БЫ, вне всякого сомнения. Но не такой ценой, какую придется заплатить России за их создание, укомпрлектование, поддержание и примпенение. К тому же УЖЕ СУЩЕСТВУЮТ более дешевые (и при этом универсальные/многоцелевые) решения.