Россия входит в пятерку стран, где возможен полный цикл создания двигателей для военной авиации
В мире всего пять стран, где возможен полный цикл разработки и создания новейших двигателей для военной авиации. Двигателей, которые будут востребованы и конкурентоспособны на протяжении 30-40 лет. Россия в эту пятерку входит благодаря тому, что в Москве работает уникальное Опытно-конструкторское бюро имени А. Люльки, разрабатывающее двигатели для новейших российских истребителей, превосходящие все зарубежные аналоги. Все фантастические возможности нашей военной авиации продемонстрируют пилоты самолетов Су-35 и Т-50 на ежегодном авиашоу МАКС в ближайшие дни.
Как считает генеральный конструктор - директор ОКБ им. А. Люльки Евгений Марчуков, у отечественного двигателестроения большие перспективы.
- На протяжении почти 70 лет своего существования ваше ОКБ считается уникальным. Неужели за столько лет не появились конкуренты?
Евгений Марчуков: Пока нет. Наше ОКБ единственное, где разрабатывались все пять поколений военных двигателей для истребителей. Техника, созданная еще в середине прошлого века Архипом Михайловичем Люлькой, была не просто передовой, но перспективной и в смысле развития. Нам удалось в полной мере использовать модернизационный потенциал двигателей, заложенных А.М. Люлькой, и пойти дальше. Созданные нашими конструкторами двигатели марки АЛ (АЛ - Архип Люлька) стоят на многих самолетах российских ВВС и армий других стран мира.
- Как предприятие выжило в 90-е годы? Неужели не останавливали работу ни на день?
Евгений Марчуков: Не останавливали. Когда господдержка была прекращена, наступили трудные времена. Сложно было, невзирая на сложившиеся обстоятельства, сохранить коллектив, накопленные за долгие годы работы знания. Но кадры решают все. Архип Михайлович Люлька в свое время создал сплоченный коллектив единомышленников, а руководивший в 90-е годы ОКБ Виктор Михайлович Чепкин сумел поставить дело на новые рельсы, переключив нашу работу с госзаказов на разработку новых тем. В 1993 году было создано акционерное общество. Мы стали заключать контракты с зарубежными коллегами, с Газпромом. Так смогли удержаться на плаву.
- Как получилось, что предприятие, работавшее для нужд военной авиации, вдруг перепрофилировало свои двигатели для газодобычи?
Евгений Марчуков: Мы развиваем так называемые, двойные технологии, которые можно с успехом использовать и в гражданской промышленности. Так, по заказу Газпрома, наше ОКБ разработало двигатель для газоперекачки на основе двигателя АЛ-31Ф. Это второй случай в мировой истории, когда двигатель для истребителя был переделан под нужды газодобычи. Дело в том, что у военного двигателя ресурс 500 часов, а нужно было его увеличить до 100.000 часов. Пришлось много переделать. Сегодня более 40 таких двигателей находятся в эксплуатации.
- Предприятия в разных отраслях сегодня жалуются на кадровый голод, мол, некому работать. У вас как с этим обстоят дела? Все-таки профессии конструктора, инженера за последние 20 лет выбыли из списка самых престижных...
Евгений Марчуков: На мой взгляд, ключевая для отрасли задача - сохранение традиций. Важно не прервать передачу опыта. Конструкторов старой школы осталось не так много, а именно они обладают огромным опытом и знаниями и могут научить молодежь. Поэтому мы очень бережно относимся к нашим пенсионерам. Сейчас структура ОКБ на 30% состоит из специалистов, которым за 60 лет, примерно столько же молодых сотрудников, которым нет еще и 35. Я считаю, это правильный подход. Наша молодежь на глазах растет. У меня сейчас практически все начальники отделов моложе 40 лет.
- Кто ваш основной заказчик сегодня?
Евгений Марчуков: АХК "Сухой". Практически вся история нашего ОКБ связана с разработкой двигателей для КБ Сухого. Наши двигатели стоят на самолетах семейства Су-27, Су-30, на новейшем самолете Су-35, который недавно произвел фурор на парижском аэрокосмическом салоне Ле Бурже, а также на истребителе Т-50. В настоящее время мы является головным ОКБ по созданию двигателя нового поколения.
- Известно, что ОКБ ведет активную внешнеэкономическую деятельность...
Евгений Марчуков: Двигатели, изготовленные на нашем головном предприятии ОАО "УМПО" (Уфимское моторостроительное производственное объединение), продаются в Индию, Китай. Московский завод "Салют" поставляет в КНР двигатели для их одномоторного самолета J-10. Эти двигатели еще в 90-х годах разработали мы. Это был один из тех контрактов, который помог нашему КБ выжить.
- Россия привыкла все закупать за рубежом. А как дело с авиацией обстоит? Судя по блистательной летной программе, которую самолет Су-35 продемонстрировал на авиакосмическом салоне в Ле Бурже, прогнозы оптимистичные?
Евгений Марчуков: Что касается военной авиации - мы полностью конкурентоспособны. А чтобы завтра не превратиться в сырьевой придаток, нужно развивать именно двигателестроение. Это очень наукоемкая, инновационная отрасль. В силу специфики мы не имеем права применять ничего импортного, поэтому каждая наша новинка как локомотив "тянет" за собой многие отрасли промышленности, потому что требует новых материалов, новой электроники, новых технологий.
- Какой будет авиация лет через 50-100? Какие самолеты изобретут?
Евгений Марчуков: Могу сказать определенно, что самолет будущего - беспилотник. Летчик "мешает" машине, потому что человеческий организм не терпит перегрузки, ему нужны системы жизнеобеспечения, системы спасения. А это добавляет лишний вес. Будущее за компактными невидимыми для радаров самолетами.
Что касается двигателей, то с появлением новых высокотемпературных материалов возможности схемы газотурбинного двигателя будут исчерпаны, и необходимо уже сейчас разрабатывать новые схемы и принципы. Одна из таких схем - пульсирующий детонационный двигатель, которым мы сейчас занимаемся. Возможно, скоро двигатели будут работать на других видах топлива. Возможно все. Антигравитацию изобретут, например. Или откроют новые принципы движения. Главное, чтобы талантливые инженеры у нас не перевелись. Вот мы участвуем в выставках, авиашоу. А все зачем? Чтобы дети зачарованно смотрели в небо. Возможно, эти мальчишки тоже влюбятся в авиацию, как и мы когда-то. Ведь для технического прорыва денег мало, нужны люди. Может наступить момент, когда денег будет полно, а делать некому.
Дарья Демина
