Немногим более недели назад глава российского государства заявил о возобновлении боевого дежурства стратегической авиации после 15-летнего перерыва. Как добавили высокопоставленные чиновники, с полной боевой нагрузкой. То есть или с ядерными зарядами на борту, или с их муляжами. Правды не добьешься - должностные люди являют таинственную фигуру умолчания.
Диалектика неумолима - всякое развитие движется по спирали, меняется лишь качество. Вот и холодная война продолжает свой путь по спирали с иным качеством. Пусть пока еле заметным, но все же не тем, прежним, непримиримо агрессивным.
Немногим более недели назад глава российского государства заявил о возобновлении боевого дежурства стратегической авиации после 15-летнего перерыва. Как добавили высокопоставленные чиновники, с полной боевой нагрузкой. То есть или с ядерными зарядами на борту, или с их муляжами. Правды не добьешься - должностные люди являют таинственную фигуру умолчания.
Военно-политический фон президентского заявления заставил вздрогнуть прежде всего американцев - под канонаду военных учений с Китаем. Даже двух мнений быть не может насчет того, куда нацелены стратегические бомбардировщики. Впрочем, у президента был выбор, когда объявить о возобновлении воздушных рейдов "за уголок". Через три дня открывался Московский авиакосмический салон "МАКС-2007", и подобное заявление, сделанное там, имело бы совершенно другую политическую стилистику - можно было бы действительно поверить в заботу о летчиках, которые теряют профессиональные навыки без дальних полетов.
Выбран все же момент военных учений с Китаем. У американских официальных лиц брови изогнулись в удивлении. Затем пришли в себя, и последовала холодная реакция: "Ну что же, это дело русских". Без гневных эмоций, без угрозы ответных действий, как это непременно происходило прежде. В духе око за око, зуб за зуб.
Например, полугодом раньше, не успели американцы заявить о намерениях развернуть ПРО в Европе, московские военчины принялись стращать развертыванием ракет в Калининградском регионе и прочими акциями по наращиванию войск. Хотя американские стратеги старались всячески развеять опасения Москвы. Но куда там! Слушать ничего не хотим. На ракеты в Европе заготовлен "асимметричный ответ" еще с 80-х годов. Силу ломает только сила, и никак иначе.
Но кое-что и в родном отечестве меняется, американская реакция на бомбардировщики оказалась заразительной. На минувшей неделе начальник Генштаба Юрий Балуевский принимал замминистра обороны по Чехии Мартина Бартока. (Что само по себе показательно. Венгерский глава военного ведомства, побывавший с официальным визитом в Москве в начале лета, так и не смог получить аудиенцию у российских военных руководителей. Обструкция была порождена тем, что Будапешт поддержал позицию НАТО по ДОВСЕ - Договору по ограничению обычных вооружений в Европе.)
На сей раз генерал Балуевский переступил через миноборонное клише и... узнал много полезного. В ответ на его уговоры не спешить с предоставлением Пентагону земель для размещения американского радара ПРО чешская делегация Минобороны сообщила, что не все так просто. Две трети населения не желают этого. Окончательное решение в конце года примет чешский парламент - и никто иной. Кроме того, чешский замминистра обороны не против использования российских возможностей в европейской ПРО, да и в самих Соединенных Штатах нет единства по этой проблеме: не так давно законодатели на Капитолийском холме урезали вдвое ассигнования на национальную противоракетную оборону - до 170 млрд. долл. После предстоящих выборов в США велика вероятность, что проект ПРО для Европы может оказаться свернутым.
Лед недоверия подтаял. Патриотичные СМИ представили дело так, что Балуевский убедил чехов отложить окончательное решение по ПРО до конца года. В любом случае результат встречи можно оценить скорее как положительный, чем отрицательный.
Американцы не поддались на русские страшилки с рейдами стратегической авиации к их берегам. Российский генералитет не стал держать закрытыми двери перед активн ыми соучастниками американской ПРО в Европе и угрожать им неминуемыми ответными действиями. Что-то меняется в холодной войне. Так через столетие-другое холодная война и вовсе сойдет с повестки дня.
