Восстановление взорванной под контролем МАГАТЭ системы охлаждения займет несколько лет, говорят источники «Известий»
Как заявил «Известиям» источник в МИД РФ, северокорейский реактор в Йонбене в ближайшее время не может быть запущен по технологическим причинам. Это значит, что Ким Чен Ын блефует, угрожая ввести его в строй.
Департамент атомной энергии КНДР 2 апреля пообещал немедленно запустить 5-мегаваттный газографитовый ядерный реактор в Йонбене, чтобы поспособствовать развитию национальной экономики.
— На повторный запуск уйдет несколько лет, с учетом ограниченности ресурсов находящейся под санкциями КНДР, — подтверждает директор Центра энергетики и безопасности Антон Хлопков. — Ведь в июне 2008 году под контролем МАГАТЭ была разрушена система охлаждения реактора, в частности, взорвали градирню и соответствующие коммуникации.
Реактор в Йонбене был построен в 1986 году силами северян, прошедших подготовку в СССР. В качестве модели взята устаревшая британская модель Calder Hall типа Magnox. Конструкция была рассекречена еще в конце 1950-х годов. А главное, в данном типе реактора можно использовать необогащенный уран, ведь четверть века назад северяне не умели его обогащать.
По информации физика американского Стэнфордского университета Зигфрида Хекера, многократно посещавшего Северную Корею, во время эксплуатации (в 1986–2007 годах) реактор в Йонбене позволял получить из отработавшего ядерного топлива 6 кг оружейного плутония в год. Итого за 20 лет КНДР могла добыть здесь 42–67 кг радиоактивного металла. Это с учетом того, что реактор несколько раз останавливали, а в первые годы специалисты и вовсе испытывали значительные сложности в работе с ним.
Часть плутония, по словам Хлопкова, была использована во время подземных ядерных испытаний в 2006 и 2009 годах. А взрыв в конце января 2013 года, после которого начались продолжающиеся по сей день проблемы вокруг КНДР, вероятно, был урановым.
По оценкам Зигфрида Хекера, в конце 2010 года Северная Корея имела до 42 кг плутония, этого хватит на 6–8 атомных зарядов.
— Даже если Пхеньян действительно за несколько лет запустит реактор ценой больших затрат, ему это ничего не даст в краткосрочной перспективе с точки зрения военной ядерной программы. Электроэнергия окажется слишком дорогой с учетом понесенных расходов, — считает Хлопков. — А производство новых объемов оружейного плутония займет еще несколько лет, так как вначале надо восстановить работоспособность реактора, затем облучить в нем топливо и выделить плутоний.
На сегодня в КНДР нет действующих атомных реакторов, хотя сами северяне в середине 1980-х хотели построить более мощные газографитовые установки. В 1985–1986 годах в городе Нёнбён начали возводить здание для реактора мощностью 50 МВт. Но по условиям рамочного соглашения между Пхеньяном и Вашингтоном в 1994 году строительство заморозили.
После этого Вашингтон, Сеул и Токио пообещали Северной Корее построить два легководных реактора мощностью 1000 МВт каждый. В них по технологическим условиям невозможно получить оружейный плутоний. На восточном побережье даже возвели защитную оболочку первого энергоблока. Однако строительство было заморожено по инициативе США в середине 2000-х, не помог и добровольный взрыв Пхеньяном градирни в Йонбене (правда, КНДР еще и получила за ее уничтожение от США $2,5 млн финансовой помощи).
В настоящее время Пхеньян предпринимает попытки своими силами создать легководный реактор, считает Зигфрид Хекер.
— Между тем в США создана специальная структура в составе армии, которая должна в случае начала боевых действий взять под контроль все ядерные объекты северян, — говорит сотрудник Корейского центра Института Дальнего Востока РАН Константин Асмолов. — Так что громкие заявления Пхеньяна привели лишь к жесткой ответной реакции.
Тем временем Южная Корея заявила, что собирается сама обогащать уран в топливо для своих 22 реакторов, дающих треть всей электрогенерации страны. Сейчас обогащенный уран, необходимый для получения ядерного топлива, поступает из-за рубежа, в том числе из России. По мнению Вашингтона, если разрешить это делать Сеулу, то следом того же потребуют Саудовская Аравия, Иордания и Вьетнам, имеющие свои АЭС. Это также даст повод Ирану возмутиться по поводу двойных стандартов, не говоря уже о КНДР.
Атомная программа Северной Кореи основана Ким Ир Сеном. С 1950-х годов студенты из КНДР обучались в СССР. В 1960-х советские специалисты построили в Йонбене исследовательский реактор малой мощности ИРТ-200. Однако после Карибского кризиса Пхеньян решил, что надо развивать собственную ядерную программу. В 1970–1980-х, когда отношения с Москвой охладели, северяне сами модернизировали ИРТ-200, увеличив тепловую мощность реактора с 2 МВт до 8 МВт. При этом топливо им продолжал поставлять Советский Союз вплоть до своего распада.
Константин Волков
