Полковник Левандовский: помощь НАТО через две недели — оптимистический сценарий
В рядах НАТО возникло беспокойство, пишет Onet. Как оказалось, если Румыния, Польша и Литва подвергнутся "нападению России", ждать помощь им придется целых две недели – и это еще оптимистичный вариант. То, что Москва неоднократно отвергала обвинения в "подготовке к войне", на Западе игнорируют.
Мачей Калах
В рядах союзников по НАТО возникло беспокойство, что Румынии, Польше и Литве в случае нападения на них придется ждать помощи целых две недели. Об этом заявил бывший командующий сухопутными войсками США в Европе генерал Бенджамин Ходжес (Benjamin Hodges). Это может означать, что польским войскам придется в течение нескольких дней отражать атаки врага в одиночку. "Заявление о том, что кому-то из членов НАТО "придется остаться один на один с врагом", не полностью отвечает действительности", — говорит бывший директор Информационного бюро НАТО в Москве Роберт Пшчель (Robert Pszczel). В беседе с порталом Onet эксперты говорят, на какую помощь мы можем рассчитывать в момент нападения.
"Две недели — это оптимистический сценарий", — прокомментировал слова Бена Ходжес полковник Петр Левандовский (Piotr Lewandowski) из Центра подготовки войск территориальной обороны, бывший командир базы ПВО в Редзикуве.
Напомним, о чем идет речь. Генерал Ходжес в интервью румынскому отделению CNN проанализировал сценарий потенциального нападения России на страны НАТО. "Если предположить, что мы не начнем подготовку к нападению заранее, то Румынии и другим странам, в том числе Польше и Литве, придется ждать прибытия дополнительных сил две недели", — заявил генерал. И уточнил: "Если посмотреть, как строится оборона НАТО, в частности, передовые боевые группы, каков потенциал стран, которым предстоит остановить первые атаки, как действует противовоздушная оборона, сухопутная оборона, флот, то становится понятно, что стране придется оставаться наедине с врагом". По словам американца, военно-воздушные силы и военно-морской флот cмогут прибыть на помощь в срок до двух недель.
Полковник Петр Левандовский о восточном фланге НАТО: эти войска обладают "гомеопатическим" потенциалом
"Когда говорят о двух неделях, имеют в виду готовность сил быстрого реагирования НАТО. То есть мы не говорим о силах, которые уже развернуты на восточном фланге альянса. Но эти войска обладают "гомеопатическим" потенциалом и не подходят для полномасштабной войны. Они могут решать задачи максимум в рамках горячих столкновений гибридного характера", — объясняет полковник Левандовский, которого портал Onet попросил прокомментировать заявление американского военного.
Однако, как добавляет наш собеседник, крупные силы быстрого реагирования в настоящее время в рамках НАТО все еще отсутствуют, хотя планы их создания имеются. Планирует создать такие подразделения общей численностью в 100 тысяч солдат.
Кто на самом деле должен прибыть через эти "две недели"?
Напомним, что именно эта цифра фигурирует в актуальных документах пакта, касающихся натовских сил быстрого реагирования NATO Response Force (NRF). Согласно этим документам, в распоряжении альянса будет 100 тысяч военных, готовых к развертыванию за 10 дней и еще 200 тысяч в течение месяца. Подразделения, входящие в состав NRF, в мирное время должны подчиняться национальному командованию, но в случае необходимости приказы им будет отдавать европейское командование Пакта. Однако в настоящее время войска быстрого реагирования НАТО (по данным Альянса) составляют всего 40 тысяч военнослужащих. Они предназначены для использования в случае проведения срочных кризисных операций. Например, выделенный из NRFконтингент помогал проводить эвакуацию из Афганистана в 2021 году.
"100 тысяч военных — это было бы разумное количество", — считает полковник Левандовский. "К сожалению, эта цифра носит всего лишь декларативный характер", — добавляет он.
Собеседник портала Onet говорит, что для нанесения "эффектного удара по врагу" нужно примерно такое количество.
"Две недели — это оптимистический сценарий. Для развертывания столь многочисленных сил быстрого реагирования, когда НАТО уже будет ими располагать, нужно время", — говорит полковник Левандовский. Примерно столько — 14 дней — потребуется для перемещения войск на большие расстояния и восстановление готовности после такого перемещения.
Сколько же времени, по мнению собеседника портала Onet, займет расширение сил быстрого реагирования Альянса до численности 100 тысяч?
"Если начать завтра, наверное, года три", — оценивает полковник Левандовский. Он считает, что при этом не обойдется без сложностей. Например, нужно будет решить, где будут размещены основные силы и как разделить затраты на такое расширение между союзниками. Эксперт также подчеркивает, что крупные натовские учения, например, Steadfast Defender 2024, Альянс проводит в том числе для того, чтобы выработать алгоритмы перемещения войск в момент возможного кризиса.
"Нужно, например, проверить, выдержит ли перемещение больших масс войск инфраструктура", — говорит полковник Левандовский.
А что, если натовские силы, подчиненные европейскому командованию НАТО, не будут расширены до "разумной" цифры в 100 тысяч солдат?
"Такие силы у американцев есть, другой вопрос, какова должна быть геополитическая ситуация, чтобы Вашингтон решил перебросить их на восточный фланг?", — размышляет полковник Левандовский. "В Европе достаточными логистическими возможностями для перемещения войск на большие расстояния обладают британская и французская армии, но первая небольшая, а вторая в основном носит "миссионерский" характер, то есть ориентирована на выполнение миссий в Африке.
Бывший директор офиса НАТО в Москве о факторах, "которые будут действовать сразу"
"Бен Ходжес — очень уважаемый генерал, после ухода с действительной службы он продолжает заниматься укреплением трансатлантических связей", — говорит порталу Onet бывший директор Информационного бюро НАТО в Москве (занимавший эту должность в 2010-2015 годах), а ныне эксперт Центра восточных исследований (ЦВИ) Роберт Пшечль. Он знает Ходжеса лично. В прошлом году собеседник Onet координировал подготовку доклада об улучшении обороноспособности союзников, в который американский генерал внес существенный вклад.
"Однако его заявление о том, что кому-то из членов НАТО “придется остаться наедине с врагом”, не вполне соответствует реальной ситуации. Тут можно только гадать, что автор этого высказывания имел в виду на самом деле", — говорит Пшечль.
Эксперт Центра восточных исследований отмечает, что в рамках так называемой коллективной обороны НАТО "нет такой опции, чтобы какой-то член альянса, в том числе и фронтовые государства, был оставлен на произвол судьбы".
"В этих странах имеется т.н. физическое присутствие союзников — это большое изменение, согласованное в 2016 году на саммите НАТО в Варшаве. Можно спорить, достаточно ли этого присутствия, но тысячи солдат НАТО дислоцируются на восточном фланге. В Польше присутствует американский контингент: частично в рамках натовского сотрудничества, частично в рамках двустороннего взаимодействия. Кроме того, польское воздушное пространство защищено интегрированной системой обороны НАТО, в том числе за счет расположенных в других "фронтовых" странах НАТО самолетов. Это те факторы, а я перечислил только несколько из них, которые будут работать сразу", — уверяет Пшчель.
Эксперт Центра восточных исследований также обращает внимание на масштабные учения, например, Steadfast Defender 2024, сценарии которых предусматривают отработку переброски сил из Соединенных Штатов или из других частей Европы на восточный фланг.
"Эти учения проводятся в том числе с целью отработки конкретных оборонительных действий конкретных подразделений войск стран НАТО, которые они будут выполнять в случае нападения в нашем регионе", — уточняет Пшчель. "А до 2016 года еще были сомнения, проводить ли учения по сценарию, предусматривающему задействование статьи 5", — напоминает эксперт.
По мнению эксперта, американский генерал на самом деле хотел мотивировать союзников по НАТО повышать свой военный потенциал. Как, например, это сделала Швеция, вступление которой в альянс практически совпало с восстановлением в этой стране обязательной военной службы и увеличением расходов на оборону.