Следующий раунд переговоров может состояться уже в начале апреля
Вопреки пессимистичным прогнозам, прошедшая в Казахстане встреча «шестерки» (постоянные члены СБ ООН плюс Германия) и Ирана дала основания надеяться на снижение напряженности вокруг ядерной программы Исламской Республики. По оценкам российских дипломатов, в Алма-Ате сторонам удалось возобновить переговорный процесс, который в последнее время был фактически заморожен. Между тем за рубежом появились новые слухи о наличии у Ирана еще одной ядерной оружейной программы.
«Переговоры возобновлены, процесс восстановлен, и это вызывает удовлетворение», – сказал вчера заместитель министра иностранных дел Сергей Рябков, возглавлявший российскую делегацию в Алма-Ате. Напомним, переговоры представителей «шестерки» с делегацией ИРИ прошли там во вторник и среду. Державы представили Ирану обновленный пакет предложений. Иранские дипломаты, в свою очередь, заявили, что привезли в Казахстан собственные предложения, однако так и не раскрыли их сути.
«Во второй день заседания в Алма-Ате иранская сторона представила свою первую реакцию и свои соображения в ответ на Багдадский пакет», – рассказал журналистам Рябков. Речь идет о поэтапной отмене международных экономических санкций в обмен на сотрудничество со стороны Ирана. Пока что «шестерка» посредников на встрече в Казахстане предложила Тегерану смягчить действующие санкции и не вводить дополнительные по линии Совбеза ООН, если Исламская Республика приостановит обогащение урана до 20% и заморозит работы на подземном ядерном комплексе в Фордо.
Первая реакция иранских представителей на позицию «шестерки» была положительной. «Некоторые пункты в ответе «шестерки» на предложение Ирана были более реалистичными по сравнению с тем, что они говорили в прошлом. Они постарались сблизить в некоторых моментах свою позицию и позицию Тегерана», – заявил глава иранской делегации секретарь Высшего совета национальной безопасности Ирана Саид Джалили.
Он дал понять, что Иран готов к компромиссу с международным сообществом по самому главному вопросу – вопросу обогащения урана. «Мы считаем, что обогащение – это наше право. До 20%, до 5% – это другое дело», – добавил Джалили. При этом глава иранской делегации подчеркнул, что любые предложения должны основываться на признании ядерных прав Тегерана.
Относительно судьбы комплекса Фордо Джалили занял двойственную позицию. С одной стороны, он отметил, что завод полностью находится под контролем МАГАТЭ, а раз так, то нет формальных причин закрывать его. С другой – чиновник намекнул, что ИРИ готова обсуждать свертывание работ по обогащению в обмен на поставки необходимого топлива из-за рубежа. «Иран готов предпринять определенные шаги в сторону сотрудничества. Один из этих шагов касался пункта, о котором три года назад мы в Женеве говорили, что для иранского реактора в Тегеране нам нужно топливо. Мы тогда выразили готовность сотрудничать, чтобы получить это топливо. К сожалению, мы не смогли получить должного ответа, поэтому нам пришлось производить это 20-процентное топливо самим», – сказал Джалили.
В следующий раз иранцы и «шестерка» встретятся 17–18 марта в Стамбуле на уровне экспертов. С любопытным комментарием по поводу встречи выступил вчера Джалили: «Важно, чтобы была взаимность. Один из шагов – это санкции. Снятие санкций нужно, чтобы заручиться доверием. Экспертная встреча в Стамбуле как раз и будет рассматривать эти вопросы, эти шаги и как они будут сбалансированы».
Предполагается, что следующие переговоры на уровне политдиректоров состоятся опять в Алма-Ате 5–6 апреля. Западные СМИ сдержанно оценивают итоги завершившейся вчера встречи и сетуют на отсутствие конкретных результатов, однако на фоне волны жестких заявлений, прозвучавших в Иране накануне, сам позитивный настрой делегации ИРИ внушает оптимизм. Обращает на себя внимание и тот факт, что до следующего раунда диалога пройдет всего около пяти недель, тогда как заседания в Москве и Алма-Ате разделяют целых восемь месяцев.
Тем временем иностранные наблюдатели вновь заговорили о возможном наличии у Ирана второй программы создания атомной бомбы – на основе плутония, а не обогащенного урана. Повод для спекуляций дали снимки, на которых виден пар, выходящий из труб ядерного комплекса в Араке. Это может свидетельствовать о производстве там тяжелой воды, которая, по словам специалистов, необходима для реакторов, способных нарабатывать плутоний. Подозрения усилили отказ допустить на объект инспекторов МАГАТЭ и мощная система ПВО, созданная вокруг него.
Николай Сурков
