Введение имущественной ответственности работников предприятий за выпуск бракованной продукции — мера необходимая, но недостаточная, для того чтобы преодолеть системный кризис в космической отрасли
На совещании по вопросам реформирования космической отрасли премьер-министр России Дмитрий Медведев выступил с сенсационным предложением — ввести «имущественную ответственность для юридических лиц за ненадлежащее качество выпускаемой продукции». По его словам, целая серия провальных запусков наших ракет и спутников так или иначе связана с «недостаточным контролем за качеством продукции и недостаточной ответственностью людей на конкретных участках производства». «За последние полтора годы мы получили шесть аварийных пусков. Это никуда не годится, такого не было ни в одной из ведущих космических держав мира», — негодовал премьер. Трагизм ситуации еще и в том, что массовые неудачи происходят на фоне резкого увеличения финансирования космической индустрии — за последние пять лет оно выросло в три раза. Все это явно свидетельствует: отечественная космическая промышленность находится в глубочайшем системном кризисе. Не принимая жестких мер, преодолеть кризис уже невозможно.
Провал за провалом
Цепь провальных запусков началась в декабре 2010 года, когда ракета-носитель «Протон» из-за переизбытка топлива в разгонном блоке не смогла вывести на орбиту три спутника ГЛОНАСС — они просто упали в Тихий океан. А в феврале 2011-го «Роскосмос» потерял военный спутник «Гео-ИК-2», запущенный на ракете «Рокот». Аппарат в конце концов обнаружили на нерасчетной орбите, но использовать его по назначению было уже невозможно.
В середине августа прошлого года наше космическое ведомство провалило запуск телекоммуникационного спутника «Экспресс-АМ4» — в циклограмме разгонного блока произошел сбой, что привело к ошибке ориентации при выполнении маневра. А в конце августа того же года случилась авария при запуске космического грузовика «Прогресс М-12М», который должен был доставить на МКС продовольствие и оборудование. Причиной неудачи стала нештатная работа двигательной установки ракеты-носителя «Союз-У». Из-за засорения тракта подачи горючего расход топлива был сокращен, что привело к аварийному выключению двигателя. В результате корабль упал в горах Алтая.
Еще одна большая неприятность случилась в самом конце 2011 года: провалился запуск марсианской межпланетной станции «Фобос-Грунт» и спутника связи «Меридиан».
Наконец, последний в этой череде трагических событий случай произошел всего полтора месяца назад. Стартовавшая с космодрома Байконур ракета-носитель «Протон-М» не смогла вывести на расчетную орбиту два спутника связи — индонезийский Telecom-3 и российский «Экспресс-МД2». Несмотря на то что сама ракета отработала штатно, на этапе выведения спутников произошел сбой во время третьего включения маршевой двигательной установки разгонного блока «Бриз-М» — она включилась по плану, но проработала всего несколько секунд вместо 18 минут. В результате оба аппарата превратились в космический мусор. Специальная межведомственная комиссия, созданная для расследования причин этой аварии, пришла к выводу, что во время третьего включения разгонного блока пневматическая гидросистема двигательной установки не обеспечила необходимое давление в топливном баке, из-за чего прекратилась подача топлива в камеру сгорания и двигатель отключился. Это произошло из-за производственного дефекта в одном из клапанов, отвечающих за поступление горючего в топливную магистраль (он попросту засорился). Глава «Роскосмоса» Владимир Поповкин уже распорядился отозвать с космодрома партию из четырех разгонных блоков «Бриз-М» и вернуть их на предприятия для дополнительной проверки. Сколько времени займет проверка, точно неизвестно, но в том, что запланированные на сентябрь и октябрь запуски «Протонов» не состоятся, можно не сомневаться.
Последняя авария принесла нашим космическим предприятиям прямые убытки почти на 8 млрд рублей. А общие потери России из-за неудачных запусков ракет и спутников за последние полтора года превысили 30 млрд рублей.
Провальные пуски уже привели к целой серии отставок в ГКНПЦ имени Хруничева, который производит и ракеты «Протон», и разгонные блоки «Бриз-М». Своих постов лишились гендиректор ГКНПЦ Владимир Нестеров и два топ-менеджера омского филиала ГКНПЦ ПО «Полет» — заместитель гендиректора по качеству и сертификации Владимир Приходькин и главный технолог предприятия Сергей Анохин. Но принятые кадровые решения премьер-министр посчитал недостаточными. «На мой взгляд, речь не должна идти только о персональной ответственности руководителей предприятий. Несмотря на важность этого момента, полагаю, что справедливой будет другая постановка вопроса: ответственность должна распространяться на весь коллектив», — заявил Дмитрий Медведев. При этом премьер-министр особо подчеркнул, что имеет в виду не только дисциплинарную ответственность, но и денежную. «Если перевести этот вопрос в юридическую плоскость, то речь идет об имущественной ответственности юридического лица», — пояснил глава правительства.
Не тем озаботились
В ближайшие три года на развитие российской космической отрасли из бюджета планируется выделить 670 млрд рублей. «Деньги большие, нельзя допустить, чтобы даже незначительная часть этих средств была выброшена на ветер», — заявил Дмитрий Медведев. По словам премьера, он уже дал поручение создать единую отраслевую базу для проведения завершающих комплексных испытаний ракет-носителей, разгонных блоков, космических аппаратов и двигателей. Более того, комплексная реформа ждет и сам «Роскосмос». Проект реформирования этого ведомства уже разработан и внесен в правительство. На базе «Роскосмоса» должна быть создана одноименная госкорпорация по типу «Росатома», с жесткой вертикалью управления. Наши космические чиновники уверены, что это не только повысит качество выпускаемой продукции, но и обеспечит России достойное место в списке ведущих мировых космических держав. Впрочем, последний тезис вызывает серьезные сомнения.
Хотя Россия сегодня довольно широко представлена на мировом космическом рынке, позиции нашей страны значимы только в сегменте пусковых услуг. Здесь наша доля достигает 40%. Услуги по запуску составляют около 70% всего российского космического экспорта. Увы, годовой объем этого рынка оценивается в несколько миллиардов долларов, тогда как, скажем, мировой рынок коммерческих спутников превышает 40 млрд долларов, а рынок навигационной аппаратуры и услуг приближается к 100 млрд долларов. Но в отличие от Японии, Италии, Франции или США мы так и не научились делать конкурентоспособные спутники связи. Если срок службы западных космических аппаратов приближается к десяти годам, то у наших составляет в лучшем случае четыре-пять лет. Более того, за все годы реформ Россия не создала ни одной новой космической ракеты и сейчас лишь проедает советский задел (даже новые модели ракеты «Союз» — это очень глубоко модернизированный вариант Р-7, созданной еще Сергеем Королевым). Поэтому если «Роскосмос» не сосредоточится на разработке новых конкурентных продуктов, то уже через несколько лет наши космические предприятия в лучшем случае окажутся в аутсайдерах мировой космической индустрии, а в худшем — просто будут выдавлены с рынка. И никакая материальная ответственность коллектива за качество выпускаемой продукции уже не поможет.
Алексей Хазбиев
