Основой стратегического планирования в РФ станут вопросы национальной безопасности
Минэкономики опубликовало вторую версию законопроекта "О государственном стратегическом планировании" — первая версия в конце 2011 года под давлением Совета безопасности была отправлена на доработку. Документ делает главным документом планирования в РФ еще не существующий 30-летний стратегический прогноз, в котором будут комплексно предсказаны как социально-экономические риски и вызовы развития страны, так и риски национальной безопасности. В этом виде система обрела стройность и потеряла остатки здравого смысла: риски долгосрочного прогнозирования, резко растущие с горизонтом планирования, заложены теперь в основу и транслируются на все уровни документов "нового госплана".
Минэкономики в понедельник опубликовало очередную версию законопроекта "О государственном стратегическом планировании". Напомним, в декабре 2011 года министерство уже вносило этот законопроект в правительство, в нем впервые была сделана попытка объединить стратегическое планирование в социально-экономической сфере и в сфере национальной безопасности. При этом на тексте документа это стремление отразилось слабо: Совет безопасности, официально — ключевой орган, определяющий приоритеты в области нацбезопасности в России, был лишен формального статуса участника процесса стратегического планирования. В результате именно критический отзыв аппарата Совбеза привел к тому, что правительство в марте 2012 года отправило законопроект на доработку.
В новой версии документа вопросы национальной безопасности уже поставлены во главу угла. Формулировка "обеспечение национальной безопасности" теперь включена практически в каждое описание прогнозов и стратегий, разработка которых предусматривается законопроектом. А основным документом в рамках стратегического планирования становится государственный стратегический прогноз, разрабатываемый на период до 30 лет (в прежней версии его не было). Этот комплексный документ должен содержать оценки рисков социально-экономического развития и угроз национальной безопасности, оценки вероятного состояния этих сфер в будущем, "оценки конкурентных позиций России в мировом сообществе".
Напомним, до последнего момента Совет безопасности, ранее вмешивавшийся во взаимодействие администрации президента и правительства лишь эпизодически, авторитет госструктуры, способной создавать сколько-нибудь ценные для исполнительной власти аналитические документы, не снискал. Как именно и какими силами будет разрабатываться стратегический прогноз на 30 лет вперед, проект умалчивает. В новом документе возвращен статус участника процесса стратегического планирования и администрации президента, и парламенту. В документе впервые закреплен (хотя и в общем виде) принцип разграничения полномочий: определено, что стратегическое планирование в целом осуществляется под руководством президента, за планирование в области социально-экономического развития отвечает правительство, в области нацбезопасности — Совбез.
В своей второй версии система стратегического планирования, с одной стороны, обрела полноту, с другой стороны, приобрела свойственную такого рода системам громоздкость и бессмысленность. Несмотря на попытки разработчиков документа увязать во временном потоке разработки и коррекцию разноуровневых документов стратегического планирования, уже сейчас очевидно, что, учитывая различную скорость, качество работы и разную обеспеченность ресурсами Совбеза, Минэкономики, Минфина, аппарата правительства, Счетной палаты и парламента, попытки перестроить "иерархию документов стратегического планирования" на уровне федеральных ведомств под свои цели будут продолжены. Напомним, для правительства Владимира Путина в 2006-2011 годах были крайне характерны почти не прерывающиеся споры о том, что является основополагающим документом для текущей работы Белого дома — "Основные направления деятельности правительства", "Основные направления бюджетной политики", "Стратегия-2020" или другие документы. Во многом разработка ведомствами долгосрочных документов в качестве рамок для конкурирующих среднесрочных и породила на свет проект Минэкономики.
Установление старшинства 30-летнего прогноза проблему не решает. Ее мог бы решить (по крайней мере, формально) предлагавшийся в прежней версии документа Минэкономики принцип последней руки экономического ведомства в планировании. Но совмещение этих полномочий с Совбезом, деятельность которого сильно зависит от конъюнктуры мировой политики, дает возможность всем министерствам продолжать войны среднесрочных прогнозов. К тому же, ставя в основу вертикального планирования именно 30-летний прогноз, государство транслирует наивысшие риски планирования на все уровни строящейся системы.
В соответствии с одним из первых майских указов Владимира Путина законопроект должен быть внесен в правительство до 1 сентября, в Госдуму — до 1 ноября. Он уже согласован с аппаратом Совбеза, говорил ранее начальник отдела методологии стратегического планирования Минэкономики Виталий Дементьев, согласование же с Минфином и Минрегионом продолжается.
Юрий Барсуков, Дмитрий Бутрин
