Стратегия развития госкомпании «Космическая связь» предусматривает отказ от поддержки отечественного производителя
Минкомсвязи представило в правительство новую стратегию развития основного оператора спутниковой связи для госнужд и телевещания в РФ — ФГУП «Космическая связь» (ГПКС). Речь идет о ближайшем времени — до 2016 года; в этот период ГПКС намерено выйти на 5-е место в общемировом рейтинге компаний отрасли.
Сейчас ГПКС занимает существенные позиции лишь на локальном рынке — Россия и Центральная Азия, где оператор контролирует 47% рынка. Мировая доля рынка ГПКС составляет порядка 3%. По объему спутникового ресурса госкомпания занимает 7-е место в мире (11 космических аппаратов на геостационарной орбите) и 9-е по доходам — $227 млн по результатам 2010 года.
— Принимая во внимание существенные инвестиции ГПКС в обновление парка спутников, к 2015 году компания предполагает увеличить долю на мировом рынке до 7,9–8,5%, — рассказал «Известиям» один из соавторов стратегии Минкомсвязи. — С учетом запуска новых аппаратов серий «Экспресс-АМ» и «Экспресс-МД» к 2015 году Россия будет обладать ресурсом в 620 транспондеров (приемопередатчиков). Для сравнения: в 2010 году во всем мире было задействовано 6325 транспондеров.
Текущее состояние своего спутникового флота в ГПКС оценивают как критическое, констатируя, что 8 спутников на орбите требуют замены в ближайшие два-три года. Все потому, что в последние 10 лет компания использует спутники малого и среднего классов производства отечественных производителей со сроком службы 5,5 года. При этом срок окупаемости этих аппаратов — 6 лет.
Основная причина частых отказов российских спутников — недостатки отечественной элементной базы, отмечают авторы стратегии. Из-за чего ГПКС все чаще заказывает полезную нагрузку для спутников за рубежом. В стратегии прямо написано: девять новых спутников, которые оператор рассчитывает ввести в 2012–2015 годах, должны обеспечить окупаемость затрат на их создание благодаря «применению высоконадежных космических аппаратов зарубежного производства со сроком активного существования не менее 15 лет».
— Россия вступает в ВТО, и на глобальном рынке ориентация на отечественного производителя, продукция которого не выдерживает конкуренции, для оператора спутниковой связи, живущего в новых условиях, была бы губительна, — говорит Ксения Дроздова, заместитель гендиректора ГПКС по развитию бизнеса. — Отечественные борты в среднем выходят из строя, не проработав 50% своего САСа (срок активного существования. — «Известия»). А спутники зарубежных производителей, напротив, служат дольше своего срока. Минэкономразвития, например, советует нам активнее вести себя на внешних рынках. Как мы это будем делать, не имея возможности заключать долгосрочные контракты из-за того, что спутники ломаются?
Дроздова полагает, что если бы ГПКС могло выбирать поставщиков оборудования без ограничений, то сегодня доля компании на глобальном рынке достигала бы 8,5–8,6%.
Спутники, на которые жалуется ГПКС, производит ОАО «Информационные спутниковые системы им. Решетнева» (ИСС). Гендиректор этой компании Николай Тестоедов считает, что оператор, критикуя отечественное оборудование, выпячивает одни факты, замалчивая другие:
— Почему-то в ГПКС не рассказывают, что мы в 2000 году сдали им три аппарата серии «Экспресс-А» с САСом пять лет и при этом мы их собирали в аварийном режиме по просьбе ГПКС — оператор не продумал восполнение группировки и оставался без спутников. И при САСе в пять лет каждый из этих аппаратов проработал 10 лет. Тот же Sesat нашего изготовления, аналог «Экспрессов», при САСе в 10 лет отработал уже более 12 и успешно работает дальше. ГПКС выбрало два проблемных спутника и все время говорит о них, демонстрируя факты, которые им выгодны для того, чтобы оправдать закупки оборудования на Западе. Разговорами о ненадежности российской техники ГПКС загоняет в угол российскую промышленность.
Ксения Дроздова считает, что предел ответственности производителя оборудования должен быть расширен:
— Из-за ненадежности оборудования мы теряем репутацию, нам предъявляют иски. Производитель при этом ни за что не отвечает — он гарантирует на словах, а дальше, если что случилось, — обращайтесь за страховкой. Представляете, что будет, если сейчас из-за ненадежности оборудования накроется вся наша ФЦП «Телерадиовещание»? Кто за это ответит? ГПКС, которому дали недоделанный инструментарий? На наш взгляд, производитель должен качество своего изделия гарантировать рублем или предоставлять резервный аппарат. А так получается, что мы инвестируем средства в восполнение аппаратов, которые не дослуживают своего срока. Хотя потенциал у нас огромен, поэтому мы и планируем выйти на 5-е место в мире.
Николай Тестоедов обращает внимание, что невысокий уровень надежности ряда аппаратов обусловлен соответствующим финансированием со стороны заказчика.
— В ГПКС ссылаются на спутники серии «Экспресс», которые создавались в период 1999–2003 годов в условиях очень ограниченного финансирования со стороны ГПКС. Поэтому часть элементной базы, закупаемой нами, была категории Industry, а не Space, используемой иностранными производителями. Сейчас мы также перешли на элементную базу категории Space, что позволяет нам делать конкурентоспособные аппараты. Например, сделанный нами для Израиля аппарат Amos 5, запущенный в декабре прошлого года, имеет 15-летний САС.
По словам Дроздовой, какого-либо нормативного акта, запрещающего ГПКС закупать иностранные спутники, не существует. Тем не менее ГПКС как госкомпания следует определенной политике, в рамках которой предпочтение отдается российским производителям. Николай Тестоедов привел в пример распоряжение Владимира Путина, данное им по результатам совещания в Красноярске осенью 2008 года, по которому иностранный спутник должен быть на 15% дешевле российского аналога, чтобы его имел право купить отечественный оператор.
Иван Чеберко
