Пожалуй, что ни к одному из действующих министров российского Правительства не приковано столь большое внимание как к Дмитрию Рогозину. Связано такое положение вещей с тем, что Дмитрий Рогозин, в сравнении со многими другими федеральными министрами, человек во власти относительно новый, и на него в России возлагаются большие надежды. Безусловно, не обходится и без того, что Рогозина подвергают значительной критике. Хотя, по большому счету, критику такую можно плодить сколько угодно, но нельзя отрицать того, что за несколько месяцев решить такой острый вопрос как сфера модернизации российской армии и формирование вектора развития отечественного ВПК, как говорил один небезызвестный исторический деятель, архиважно и архисложно. Гребля против течения – именно такая аналогия приходит в голову, когда речь заходит о работе Дмитрия Рогозина на вице-премьерском посту. Однако не будем углубляться в хитросплетения и правительственные интриги, а рассмотрим вопрос о том, какие же задачи перед отраслью, а значит, и непосредственно перед собой ставит сам Рогозин.
В недавнем интервью изданию «Коммерсант» вице-премьер заявил, что стратегия развития военно-технической отрасли будет складываться из двух главных направлений: развития собственных производственных потенциалов и создания совместных предприятий по производству военной техники, которые будут вести работу в плане использования зарубежных технологий, а не просто в режиме отверточной сборки. Обмолвился Дмитрий Рогозин еще и о том, что массовых закупок иностранной военной техники Российская Федерация производить не будет. Это означает, что такой солидный проект, связанный с закупкой военной техники иностранного производства, как «Mistral», может стать фактически как первым, так и последним.
В связи с этим нужно наращивать свою собственную производственную мощь. Однако здесь на пути реализации такого рода проекта возникает достаточно серьезное препятствие. Его озвучил и сам Рогозин. Часто бывает проще возвести новый завод по производству той или иной техники военного назначения, чем проводить так называемую модернизацию старого оборудования в требующих ремонта производственных цехах. А ведь именно такое положение вещей у многих в России и вызывает самые острые вопросы. Люди в большинстве своем, как это ни печально, уже разучились доверять власти, поэтому инициатива постройки новых производственных площадей и оснащения их новым оборудованием вызывает ряд нареканий. Эти нарекания связаны с подозрения в неких коррупционных составляющих процесса реформирования армии и модернизации ВПК. Мол, зачем строить, когда можно старое подлатать… Однако не стоит думать, что буквально на каждом шагу любую инициативу Рогозина поджидает коррупция и бюрократическое болото. В противном случае можно записываться в число штатных паникеров, которые априори любую миссию будут подводить под разряд невыполнимых.
То, о чем говорит Рогозин – достаточно перспективно и реально. Возведение новых промышленных предприятий на выделяемые из госбюджета деньги может как локомотив потащить за собой не только сферу ВПК, но всю российскую промышленность, а значит, и экономику. Ведь нельзя забывать и о том, что в нашей стране работает программа по созданию в течение ближайших лет нескольких миллионов дополнительных рабочих мест. Концепция по постройке новых заводов как нельзя лучше укладывается в общую систему по насыщению трудового сектора новыми рабочими местами.
Если говорить о совместных российско-иностранных предприятиях, то здесь тоже есть свой плюс. Помимо очевидных плюсов, связанных с ростом двухстороннего товарооборота, создание СП сулит еще и обмен передовым опытом. И здесь также не нужно думать, что Россия попадет в некую зависимость от зарубежных партнеров. Нужно просто обеспечить функционирование этих совместных предприятий надежной правовой базой, которая будет регламентировать обмен технологиями и совместное финансирование проектов. Безусловно, создать сбалансированное правовое поле такой деятельности порой бывает куда сложнее, чем проводить непосредственное партнерство, однако именно правовая среда должна будет обеспечить соблюдение всеми сторонами как финансовых обязательств, так и авторских прав. Здесь нужно обратить внимание и на то, что Россия уже участвует во многих совместных проектах: к примеру, создание российско-индийской ракеты «БраМос». Эта противокорабельная ракета создается в интеграции потенциалов российского «ВПК «НПО машиностроения» и индийского DRDO на базе российского «Яхонта». Проект по созданию и поставкам двух сотен ракет «БраМос» в Индию в финансовом плане составил около 4 миллиардов долларов. Можно себе представить, какие финансовые потенциалы можно раскрыть, если таких совместных предприятий будет на порядок больше, чем их существует сейчас.
По итогам 2011 года Россия вышла на 6 место в мире, обогнав, кстати, Германию, по объемам расходов на оборону. Это говорит о том, что перспективы сотрудничества с другими странами, заинтересованными в модернизации собственных армий, у России не просто есть, а таких перспектив очень много. Если финансовыми возможностями, которые позволяет освоить государственный бюджет, воспользоваться сегодня, то можно говорить о том, что завтра Россию может ждать не только модернизация ВПК, но и существенный прогресс для всей экономики.
Володин Алексей
Видео в тему
