Победители и проигравшие в украинском конфликте
США и Россия находятся в состоянии вражды, и это никак нельзя назвать результатом успешной политики, пишет TAC. Вашингтон делает все, чтобы унизить Москву, но вместо этого ему следовало бы бросить все силы на урегулирование украинского конфликта.
Патрик Бьюкенен
"Не бывает ни хорошей войны, ни плохого мира", — писал Бен Франклин в конце Американской революции. Но это зависит от разжигателей войны и того, за что они борются.
Прошло шесть месяцев с начала спецоперации на Украине, которую предпринял президент Владимир Путин 24 февраля, когда не добился от США и Киева гарантий, что Украина не войдет в направленный против России союз НАТО. Кого считать победителем, а кого проигравшим?
Хотя Россия добилась успехов на востоке Украины, в Донбассе и на юге, прилегающем к Крыму, захватила Мариуполь и превратила Азовское море в российское озеро, ее потери огромны.
В феврале российская армия была остановлена на подступах к украинской столице Киеву. Ей не удалось захватить второй по величине город Украины, Харьков, близ российской границы. Ей не удалось захватить Одессу, третий по величине город страны и главный украинский порт на Черном море.
Политически Россия оказалась в изоляции, на нее обрушились жесткие санкции, а Европа и НАТО объединяются против нее. Швеция и Финляндия отказались от своего исторического нейтралитета и стали 31-м и 32-м членами НАТО соответственно.
Тогда получается, что победитель Украина?
В конце концов, война, которую Владимир Зеленский ведет против большой России за свободу, независимость и территориальную целостность, вызвала восхищение остального мира. Однако в двух столкновениях с Россией, в 2014 и 2022 годах, Украина потеряла 20% своей территории на востоке и юге, и Киев едва ли вернет утраченные земли до наступления зимы.
Но если Россия обескровлена, а Украина безвозвратно потеряла земли и личный состав, то кто тогда в выигрыше? И кому выгодно продолжать этот конфликт, который оставит после себя еще тысячи убитых и раненых русских и украинцев? Америке?
Соответствует ли эта новая холодная война с Россией, в которую мы, похоже, ввязались, национальным интересам США — ведь мы так приветствовали мирное окончание первой холодной войны три десятилетия назад?
Какой прок США от ввода войск в прибалтийские республики? Станем ли мы сильнее и укрепим ли нашу безопасность, взяв на себя обязательство сражаться с Россией, защищая 1 300-километровую финско-российскую границу — о чем в прежние времена ни один воин холодной войны и помыслить не мог? Стало ли нам лучше от того, что все страны Варшавского договора и три республики бывшего СССР теперь — наши союзники по НАТО, ради чьей независимости мы подписались на войну с Россией?
Следует ли нам рукоплескать возрождению китайско-советского пакта 1950-х, тогда направленного против Запада, а сейчас — против НАТО и наших азиатских союзников? Разве не наша собственная политика после окончания холодной войны воскресила против нас старый альянс России и Китая? И если президент Ричард Никсон отрезал маоистский Китай от России, то нынешнее поколение американских лидеров, похоже, восстановило эту враждебную дуополию.
Путин во время холодной войны был агентом КГБ. Теперь все члены бывшего Варшавского договора и все три бывших советских республики — союзники США по НАТО.
Пожалуй, главной из наших целей в первой холодной войне с Россией было предотвратить войну "горячую", которая может перерасти в ядерное противостояние и уничтожить обе страны. Но сегодня у нас с Москвой отношения не менее враждебные, чем тогда. Как можно после этого считать нашу политику успешной?
В годы первой холодной войны Восточная Европа и Прибалтика были сателлитами Советского Союза. После Второй мировой им всем был навязан коммунизм. Но это не стало поводом для военного конфликта между нами. Когда мы приняли практически всю Восточную Европу в НАТО, именно мы, а не Путин, сделали их независимость от Москвы и союз с Западом вопросом, ради которого взяли на себя обязательство начать войну.
Русские и украинцы убивают друг друга в Донбассе, а ненависть русских к американцам лишь крепнет — что в этом хорошего для США? Может, нам следует положить этому конфликту конец, потратив на это столько же сил и времени, сколько мы тратим на то, чтобы победить и унизить Россию — хотя это не принесет нам ни мира, ни покоя.
Патрик Бьюкенен — редактор-основатель журнала The American Conservative
