Процесс вступления Швеции и Финляндии в НАТО получил продолжение. 4 июля в Брюсселе завершены переговоры этих стран с Альянсом. 5 июля министры иностранных дел Швеции и Финляндии подписали в штаб-квартире НАТО протокол о вступлении. О военном значении расширения НАТО на северо-западе в интервью "MK.ru" рассказал директор Центра анализа стратегий и технологий (ЦАСТ) Руслан Пухов.
(с) Global Look Press
- Сейчас звучат довольно противоречивые высказывания по поводу вступления Швеции и Финляндии в НАТО. Ряд политологов говорит, что это не представляет для нас серьезной опасности. Кто-то считает, что нам нужно усиливать границы, вплоть до размещения там тактического ядерного оружия. Что, на ваш взгляд, для нас означает их вступление в альянс?
- Безусловно, это означает ухудшение нашего стратегического положения. И не потому, что эти страны вдруг в одночасье стали антироссийскими - они и до этого любили нас как собака палку. Однако они хотя бы формально не были интегрированы в натовские структуры, соответственно, вели себя в отношении нас осторожно и корректно.
Сейчас же их присоединение к Альянсу может привести к тому, что их руководство - особенно в условиях, когда правительства с более здравых меняются на менее здравые - способно начать нас провоцировать, из-за чего риск начала войны увеличится. В любом случае такой шаг Стокгольма и Хельсинки ни к чему хорошему не ведет. И тот, кто говорит, что их вступление в НАТО для нас практически ничего не значит, тот, думаю, лукавит.
Все довольно серьезно. К примеру, финны приняли решение закупать американский самолет F-35. С современным оружием на борту - это грозная военная сила, представляющая опасность, в том числе даже для наших самолетов 5-го поколения, которые у нас к тому же имеются сейчас в весьма ограниченном количестве.
Я думаю, что у финнов наверняка в значительной степени отработаны протоколы по подавлению наших систем ПВО. Так что не удивительно, что возможность применения тактического ядерного оружия на этом направлении становится для нас все более и более актуальной.
- Известно, что финская армия немногочисленная, в ней всего 21,5 тысячи человек. А что в целом она из себя представляет?
- Финская армия - это очень мощная боевая структура. Не потому, что она много воевала, а потому, что всю жизнь хорошо готовилась воевать с нами. И в случае чего их армия будет очень мотивирована. У финнов хорошие танковые части. Замечательная пехота. Это вообще очень серьезный противник.
- А что можно сказать о шведской армии?
- Армия у шведов меньше, чем у финнов. Их армию, условно говоря, можно назвать менее боевитой. Ну и потом, у нас со шведами, в отличие от Финляндии, нет сухопутной границы. С Финляндией, напомню, граница - более тысячи километров.
Однако шведы имеют глубочайшие, уходящая в века, русофобские традиции. И этот факт тоже делает их очень неприятными противниками. Если им придется с нами сражаться, делать они это тоже будут очень мотивировано.
- Обе страны, кстати, имеют довольно серьезную военную промышленность.
- Да, военно-промышленный комплекс у них свой. Шведы, к примеру, делают самолёты, включая самолёты дальнего радиолокационного обнаружения - воздушные командные пункты. У них вообще ВПК очень развит. Шведы исторически делали упор на значительное самообеспечение.
- Самолеты "Грипен" тоже ведь шведские?
- Да, но, кроме самолетов, у них есть еще собственные прекрасные корветы, подводные лодки, ракеты... Вообще, и Швеция, и Финляндия - богатые страны. Все, чего им не хватает для собственной армии, они смогут закупить либо в других европейских государствах, либо в США, как это делают финны, покупая там F-35.
Сейчас на фоне нашей спецоперации военные бюджеты этих стран будут увеличены, и в сфере обороны они начнут плотнее интегрироваться с остальными европейскими странами НАТО.
Раньше эти связи они в основном развивали с соседями - Норвегией, Данией. Теперь военная кооперация будет более широко распространяться на Европу и США, что, конечно, для нас плохо.
Это будет вынуждать нас финансово больше вкладываться в гонку вооружений. Мы уже и так в нее втянулись. Причем теперь уже совершенно неважно - сами мы это сделали или нас втянули. Счет - на табло. Тратиться на оборону придется больше, чем до февраля этого года. А значит, меньше денег пойдет на инфраструктурные проекты, здравоохранение, образование. Иллюзий тут не надо питать никаких.
Полный текст интервью читайте по ссылке
