Новую гонку вооружений российская экономика не выдержит, а угрозы Медведева являются попыткой найти выход из тупика вокруг ПРО
В США на удивление спокойно восприняли заявление президента России Дмитрия Медведева о возможности выхода Москвы из договора о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ) в случае продолжения развертывания американцами своей системы ПРО в Европе.
По словам официального представителя Совета национальной безопасности при Белом доме Томми Вьетора, у Москвы нет никаких оснований для угроз о выходе из нового Договора по СНВ. Америка продолжит работать с Россией с тем, чтобы определить параметры возможного сотрудничества. Однако, стремясь к этому сотрудничеству, США никоим образом не станут ограничивать или изменять планы по размещению элементов ПРО в Европе.
— У заявления Медведева есть четко выраженный предвыборный компонент. Он от лица тандема обозначил готовность к проведению твердой линии в диалоге с США. Это, вне всякого сомнения, будет воспринято патриотическим электоратом позитивно, — считает ведущий эксперт Центра политической конъюнктуры Максим Минаев.
С другой стороны, полагает Минаев, это телеобращение ориентировано на создание эффекта — информационного, общественного. Нынешняя дискуссия по ПРО напоминает игру в «звездные войны», которую президент Рейган вел против СССР. То есть речь идет о наличии у американцев сверхоружия (тогда — наступательного, сейчас — оборонительного), которое способно заблокировать любые поползновения оппонента в случае возможного нанесения ядерного удара.
Напомним, что Дмитрий Медведев и Барак Обама подписали новый договор о мерах по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений (СНВ-III) 8 апреля прошлого года в Праге. За семь лет стороны обязались сократить суммарное количество боезарядов на треть. Он вступил в силу 5 февраля 2011 года.
— Когда президент Медведев говорит, что мы выйдем из СНВ, американцы только улыбаются. Они прекрасно знают состояние нашего оборонно-промышленного комплекса, — утверждает президент Академии геополитических проблем Леонид Ивашов.
В основу российской позиции при подготовке СНВ-III была положена одобренная конгрессом США программа развития американских противоракетных и наступательных средств. А за спиной у наших переговорщиков, по мнению Ивашова, было осознание, что у России нет реальных возможностей полномасштабной модернизации старого ядерного потенциала и наращивания нового.
Особенно что касается твердотопливных ракет. У России, по сути, есть одно головное предприятие — в Воткинске. Но там, как утверждает эксперт, делают твердотопливные двигатели и для «Искандера», и для «Булавы», и для «Тополя». Мощность этого завода ограничена.
Если мы выходим из СНВ, который определяет четкие и синхронизированные параметры сокращения, то американцы будут вправе делать все, что они хотят, говорит Минаев. Дело в том, что США, в отличие от нашей практики, не уничтожают, а складируют боеголовки. При желании их можно развернуть в любой момент. Нам же приходится утилизировать 100%, потому что системы просто устарели, исчерпали срок эксплуатации.
По мнению Ивашова, есть единственный пункт, который вызовет недовольство США в случае нашего выхода из СНВ. Речь идет о невыгодном для Москвы обмене телеметрической информацией по пускам ракет. По договору после каждого испытания мы обязаны в одностороннем порядке передавать американцам подробную информацию. Это облегчает им задачу построения ПРО.
США, по данным эксперта, новых баллистических ракет не испытывают и не собираются это делать — они модернизируют старые. А мы создаем «Ярс», «Булаву», еще что-то планируем.
— Очевидно, что заявление Медведева имеет своей целью подтолкнуть американцев к поиску формулы компромисса в преддверии саммита НАТО в Чикаго в мае следующего года, где вопрос о ПРО и отношениях с Россией будет центральным, — считает заместитель директора парижского Института международных отношений и стратегического анализа Жан-Пьер Молни.
Он полагает, что в американской позиции даже в случае выхода России из СНВ не могут произойти кардинальные изменения: ЕвроПРО останется их главным глобальным нововведением на ближайшие годы в сфере безопасности.
Однако, по мнению Молни, серьезно ссориться с Россией Вашингтону не с руки — тут и скорый вывод сил НАТО из Афганистана, и иранская ядерная проблема, и многое другое. Обама пришел в Белый дом в 2008 году с двумя пунктами внешнеполитической программы: мир на Ближнем Востоке и перезагрузка с Москвой. Накануне новых выборов нобелевский лауреат уже имеет масштабный провал «Большого Ближнего Востока». Если будет поставлен крест и на «перезагрузке», то он вряд ли сможет победить.
Поэтому российско-американский диалог по ПРО будет продолжен. Этого, собственно, и добивался президент Медведев.
Игорь Являнский, Олег Шевцов
