Легитимация РПК и YPG на международной арене! Что террористы YPG делают на Украине?
Кого считать иностранным боевиком, а кого террористом — таким вопросом задается Star. Во всем мире правовой статус и определения этих лиц разные, в зависимости от страны или учреждения. Это особенно ярко видно на примере российско-украинского конфликта. На стороне Киева воюют выходцы из курдской YPG, которых Турция считает террористами. Однако на Украине их называют героями, отмечает автор.
Эмине Челик
Военный конфликт между Украиной и Россией, продолжающийся уже более двух месяцев, вызывает дискуссию о существовании и правовом статусе иностранных боевиков/террористов, а также об их мобильности в конфликтах и на полях сражений, где они присутствуют более активно. На самом деле по-прежнему отсутствующее в литературе о терроризме и радикализации общепринятое определение иностранных боевиков, а также нынешняя ситуация с иностранными боевиками вызывают некоторое концептуальное замешательство. Мы привыкли к тому, что лиц, активно участвующих в войнах и конфликтах, прежде всего на Ближнем Востоке и в Африке, называют иностранными боевиками-террористами или просто иностранными боевиками в зависимости от организации и/или террористической организации, к которой они относятся. В результате мы видим, что понятие иностранных террористов/боевиков концептуализируется в результате различных подходов стран, международных институтов и учреждений к терроризму и террористическим организациям.
Двойственный подход
Ярчайший пример такой ситуации наблюдается в контексте террористических организаций ИГИЛ* и РПК (Рабочая партия Курдистана. — Прим. ред.). Как известно, лица, присоединившиеся к ИГИЛ* в силу определенных факторов, таких как поддержка халифата, поиск приключений, кризис идентичности, квалифицируются странами и международными институтами и организациями как иностранные боевики-террористы, независимо от пола. А лица, присоединившиеся к РПК и ее ответвлениям и присутствующие в зонах активных боевых действий, считаются просто иностранными боевиками. Поэтому, учитывая, что становление литературы о терроризме и радикализации происходило преимущественно на Западе, можно сказать, что ситуация с концепцией иностранных боевиков-террористов является двойственной.
Террористы или иностранные боевики?
Отразившаяся на поле боя истинная ситуация с иностранными боевиками-террористами в очередной раз отчетливо проявляется в конфликте между Украиной и Россией. После того как запрошенная Украиной у Запада военная поддержка не была оказана в полной мере, киевское правительство объявило о формировании добровольческого воинского подразделения в составе вооруженных сил страны для ведения боевых действий. Оно сообщило, что любой желающий может приехать и принять участие в обороне Украины, а необходимая военная техника и боеприпасы будут предоставлены украинской армией. После этого наряду с добровольцами из многих стран мира на Украину отправились сотрудники частных военных компаний и иностранные боевики-террористы. Количество участников "Иностранного легиона", ведущего боевые действия против России, было объявлено киевским правительством на уровне 30 тысяч человек. Известно, что наряду с добровольцами против России на Украине сейчас также ведут вооруженную борьбу иностранные боевики-террористы, которые воевали против ИГИЛ* в рядах курдских YPG (ответвления террористической организации РПК), претендующих на защиту курдского народа в Сирии.
Так, иностранный боевик-террорист британского происхождения Эйден Аслин (Aiden Aslin), сражавшийся в рядах "Иностранного легиона", созданного в составе украинской армии против России, в 2015-2017 годах воевал на стороне YPG. Аслин утверждает, что присоединился к YPG якобы под влиянием героического сопротивления курдского народа против ИГИЛ*. По возвращении в свою страну Аслин дважды подлежал аресту за причастность к терроризму, но в обоих случаях был оправдан, и обвинения были сняты. В 2019 году Аслин познакомился с украинским добровольцем, которого беспокоила сохраняющаяся напряженность в отношениях между Украиной и Россией, а также российское присутствие на территориях его страны, и переехал на Украину. Вслед за началом военного конфликта и призывом киевского правительства Аслин присоединился к "Иностранному легиону", получил официальный статус с документами, подписанными украинским правительством, и начал воевать против России. В ходе наступления России на Мариуполь попал в плен, после чего как украинские, так и британские официальные лица ведут активную дипломатическую работу по спасению бывшего террориста YPG.
Получили соответствующую подготовку
Еще один бывший террорист YPG, сражавшийся против России, – Райан О'Лири (Ryan O'Leary). Известно, что О'Лири, в прошлом ветеран Национальной гвардии США, на протяжении четырех лет воевал в рядах YPG и вел профессиональную военную подготовку террористов для участия в активных боевых действиях. Теперь О'Лири, как и Аслин, вовлечен в военный конфликт против русских на Украине.
Особенно показателен пример другого гражданина Великобритании – Стефана Бертрама (Stefan Bertram). Бертрам, присоединившийся к YPG в 2017 году, не только участвовал в активных боевых действиях, но и, по имеющимся сведениям, несколько месяцев проходил идеологическую и базовую боевую подготовку в лагерях YPG. В частности, Бертрам говорит, что на него повлияла идеология РПК, он также известен своей преданностью Абдулле Оджалану (Abdullah Öcalan, основатель и лидер РПК. – Прим. ред.).
Их называют героями
В показаниях упомянутых террористов YPG присутствует риторика о том, что украинский народ, так же как и РПК с ее ответвлениями, якобы защищающая курдский народ, сопротивляется оккупации и героически сражается. Кроме того, известно, что многие иностранные боевики-террористы, воевавшие вместе с упомянутыми лицами в рядах YPG, как и во время войны с ИГИЛ*, преподносятся прежде всего западными странами, многими международными институтами и организациями как герои, поскольку противостоят России на поле боя, и не получают никакого уголовного наказания. На данном этапе лица, которые с давних пор были курдскими бойцами, чьи имена часто встречались в международной прессе и средствах массовой информации, теперь рассматриваются как западные герои, помогающие защищать европейскую страну. В результате пропагандистские сообщения о том, что террористы из рядов террористической организации РПК и ее ответвления – YPG активно участвуют в российско-украинском конфликте, являются проявлением усилий по легитимации организации на международной арене.
Акцент Турции на том, что РПК и YPG представляют собой террористические организации, на фоне подачи Швецией и Финляндией заявок на членство в НАТО, вызвал бурную реакцию сторонников РПК на Западе. Справедливое возражение Турции в адрес Швеции и Финляндии обернулось черной пропагандой против Анкары в западном мире.
Обращают на себя внимание и дипломатические усилия как со стороны Запада, так и со стороны России по препятствованию военной операции, которую Анкара планирует провести в Сирии. Кроме того, тот факт, что Вашингтон вновь направляет военную технику и боеприпасы YPG, а в ходе визита министра иностранных дел России Лаврова в Турцию главарь YPG Ферхат Абди Шахин (Ferhat Abdi Şahin) с позывным "Мазлум Кобани" (Mazlum Kobani) делает пропагандистские заявления на российском государственном телеканале, можно расценивать как активные ходы США и России против операции Турции за рамками дипломатии. Таким образом в сирийской гражданской войне, в условиях полностью изменившегося баланса на фоне российско-украинского конфликта, государства выстраивают свои стратегии территориального доминирования на основе YPG. Понятно, что с операцией, которую Турция собирается провести в регионе в широком масштабе, баланс эволюционирует в другом направлении. То, что Россия и Запад, прежде всего США, вместе поддерживают YPG против Турции, лишний раз свидетельствует о стратегической значимости каждого шага Турции, усиливающей свои позиции в регионе.
*террористическая организация, запрещенная в РФ.
