"Единство" Запада лишь усугубляет украинский конфликт
Прежние идеи о едином и сильном Западе сегодня — лишь коллективная иллюзия, пишет Bloomberg. По мнению автора статьи, нынешний Запад — хрупкая коалиция стран, былой облик которой поддерживает крошечная группа политиков и журналистов. И это заблуждение чревато необратимыми последствиями.
Панкадж Мишра (Pankaj Mishra)
С момента начала вооруженного конфликта на Украине прошло уже более 100 дней, и он не только спровоцировал множество политических, экономических и экологических кризисов, — спецоперация Владимира Путина вернула к жизни множество опасных заблуждений Запада.
Несколько месяцев назад острые разногласия разъедали Соединенные Штаты, Евросоюз и связи между ними. Ведущая европейская страна Германия сумела наладить взаимовыгодные отношения с Москвой. Польша, расположенная на границе Евросоюза и активно выступающая сейчас против России, все глубже погружалась в автократию, чем заставляла других членов блока принимать ответные штрафные меры. Соединенное Королевство возглавил лживый премьер-министр из рядов тори. Соединение Штаты, серьезно пострадавшие из-за трампизма, ошибок в борьбе с пандемией и фиаско в Афганистане, уже обсуждали вероятность начала гражданской войны. А президент Франции Эммануэль Макрон диагностировал НАТО "смерть мозга".
Но, как только президент России Владимир Путин начал военную операцию, западные политики и журналисты поспешили объявить, что все их разногласия волшебным образом испарились. Расхваливая "западное единство" и возрождение "свободного мира", они тратили столько же времени на попытки освежить облик Запада, сколько и на поиск эффективного ответа на спецоперацию Путина.
Разумеется, бессистемные шаги, в основе которых лежит главным образом забота о собственных интересах, всегда были обречены на провал. Возьмем, к примеру, санкции, которые называют проявлением решительной готовности Запада противостоять путинизму. Санкции, которые продемонстрировали свою неэффективность даже в отношении таких слабых режимов, как Куба, совершенно предсказуемо не помогли сдержать российского лидера и вдобавок подвергли миллиарды людей гиперинфляции и голоду.
Дополнительные репрессалии вводились чрезвычайно выборочно, а политики фокусировались скорее на сохранении единства, нежели на политических, экономических и социальных последствиях в мире, который едва успел перевести дух после двух невероятно разрушительных лет пандемии. Никого не должно удивлять, что большинство стран, включая таких союзников Запада, как Индия и Турция, продолжают вести дела с Россией и что Путин принял ответные меры, заблокировав порты, из которых по всему миру отправляются корабли с пшеницей и удобрениями.
Поверив в собственную риторику о силе западной коалиции, американские политики и комментаторы стали требовать смены режима в Москве и радикального ослабления России, совершенно не обращая внимания на то, во что подобные фантазии о всесильной власти вылились в Ираке, Афганистане и Ливии. С момента начала конфликта на Украине прошло более трех месяцев, однако те же самые политики ни на шаг не приблизились к тому, чтобы сформулировать реалистичные задачи Запада на Украине.
Между тем варианты, которые есть у Соединенных Штатов и Европы, всегда были совершенно очевидными.
Они могли бы оказать всеобъемлющую поддержку Украине в ее сопротивлении России, ввести жесткие санкции и перекрыть всякую финансовую подпитку путинской военной машины. Или могли бы взять на себя обязательство провести переговоры со своими противниками и предложить Украине с Россией стимулы для урегулирования конфликта.
Первый вариант едва ли можно назвать идеальным. Страны, которые зависят от России в вопросе поставок энергоносителей и продовольственных товаров, не станут в одночасье рвать с ней отношения — этого не сделает даже Германия. Кроме того, приближение прямой военной конфронтации с ядерной державой — это крайне неразумно.
Но и второй вариант сейчас активно не рассматривается. Поэтому Украина не получает от Запада ни такого оружия, которое необходимо ей для более эффективной борьбы с Россией, ни достаточной мотивации для того, чтобы восстанавливать мир дипломатическими способами.
В результате мы имеем — по большей части — психодраму, исполняемую крошечным, но все же влиятельным меньшинством политиков и журналистов, которые пытаются найти выход из кризиса идентичности Запада, на словах преувеличивая его ресурсы и готовность противостоять Путину.
В ходе своего четырехлетнего президентского срока Дональд Трамп сокрушил закрепившуюся еще в эпоху холодной войны идею о том, что Запад — свободный, демократический и рациональный. В Европе ультраправые движения и политические деятели, которые открыто выражали восхищение Путиным, еще больше размыли тот облик Запада, который сформировался в ходе его длительной конфронтации с тоталитарным советским коммунизмом.
К настоящему времени уже сложился образ откровенно империалистической России, который поможет очистить и оживить прежнюю идентичность Запада, как это когда-то делал Советский Союз. Заявления в духе "Запад должен сохранять самообладание" несмотря на то, что на Украине царят смерть и разрушения, подпитывают подозрения, что Западу стало гораздо важнее достичь благостного момента синхронизации целей и идентичности, чем предотвратить глобальную гуманитарную катастрофу.
Стоит ли говорить, что прежние идеи — о едином Западе, обладающем колоссальной силой, авторитетом и решимостью, — невозможно поддерживать сегодня. Сегодняшний Запад — чрезвычайно хрупкая коалиция стран, которые внутренне разобщены и жители которых преследуют совершенно разные социально-политические цели.
Действительно, многие представители политической и медийной элиты Запада — в основном белые мужчины средних лет — привыкли рассматривать мир с позиций его гегемона. Но со времен их молодости произошло слишком много дестабилизирующих событий, в том числе подъем Китая, до сих пор не забывшего те унижения, которые он испытал от рук Запада, и восстановление побежденного противника, России, которая сумела обрести статус энергетической сверхдержавы.
Столкнувшись с такими злопамятными и безжалостными конкурентами, представители западной элиты естественно попытались найти убежище в привычных фактах и слоганах своей молодости. Но мир и стабильность на планете будут зависеть от того, сможет ли нынешний разобщенный Запад найти менее вероломные способы взаимодействия с другими странами.
