Forbes (США): морской гамбит Владимира Путина подчеркнул значение нового корабля морской пехоты США
Десантные корабли ВМФ РФ напугали Запад и практически вынудили Вашингтон поменять свои планы по созданию легких скоростных лодок. Москва продемонстрировала, как можно напугать с помощью не очень молодых и грозных судов. "Гамбит Путина", по мнению автора Forbes, показал, насколько важными являются именно десантные модели.
В январе Россия отправила в Черное море устаревшую флотилию из шести миниатюрных десантных кораблей, и напуганная Европа забила тревогу. Едва завидев эти в лучшем случае слегка осовремененные варианты некогда вездесущего американского танкодесантного корабля LST времен Второй мировой войны, Швеция перебросила свои вооруженные силы, а Финляндия забеспокоилась насчет демилитаризованных Аландских островов. Страны за пределами Балтийского моря выделили современнейшие военные ресурсы на сопровождение этой флотилии вокруг Европы, через Средиземное море и в сторону Украины. Однако несмотря на шумиху, единственное, чего добилась российская флотилия, – это доказала практическую пользу десантных кораблей, а Корпус морской пехоты США получил повод возобновить свои давние усилия по возвращению в состав американского флота LST "старой школы".
Хотя не исключено, что российский президент Владимир Путин еще увидит и долгосрочные последствия своего маленького морского гамбита и пожалеет, первоначальная реакция Запада ему наверняка пришлась по вкусу. Пока что это был мастер-класс по использованию скромных и даже жалких военно-морских подразделений – как извлечь максимальную выгоду из маломощных и старых кораблей, которые западные ВМС давно бы отправили на слом.
Разношерстная российская экспедиция из пяти десантных кораблей проекта 775 (по классификации НАТО Ropucha, по-польски "жаба") и одного нового, но уже устаревшего корабля класса "Иван Грен" (проект 11711) довольно мала. Водоизмещение кораблей всего от 4 000 до 5 000 тонн (для сравнения, один американский десантный корабль класса "Сан-Антонио" (LPD-17) имеет водоизмещение 25 000 тонн). Кроме того, российские десантные суда весьма устарели. В состав российской оперативной группы вошли первые корабли проекта 775, которые несут службу уже четвертое десятилетие.
Непропорциональный ответ Запада – молчаливое признание того, что даже небольшие и незначительные в военном отношении десантные корабли при творческом использовании создадут массу проблем в прибрежных зонах развитого мира. А пристальный надзор Запада за российским флотом позволяет предположить, что на российских кораблях вполне могут быть установлены даже экзотические "нарушители спокойствия" – ядерное оружие, современные морские мины или навороченные ракеты.
Однако вылазка российского десанта показывает, на что способны агрессивные военно-морские силы с боевыми единицами второго эшелона. А это, в свою очередь, скажется на общественном мнении, пока Вашингтон рассматривает запрос Корпуса морской пехоты на преемника LST под названием LAW – легкий десантный корабль.
Возврат к классической конструкции LST весьма оправдан. Скромные LST некогда были важной частью ВМС США. Только во время Второй мировой было построено более 1 000 кораблей, и с распространением по всему флоту эти простые и удобные корабли использовались для всех видов ключевых, но вспомогательных миссий ВМФ – в качестве мобильных госпиталей, противоминной поддержки, ремонтных кораблей, плавучих спасательных баз, складских судов, платформ огневой поддержки и так далее. Базовая конструкция за эти годы изменилась не сильно. Как и проект 775 эпохи 70-х, американские LST времен Второй мировой весили около 4 000 тонн, а длиной были около 105 метров. У LAW, если проект будет запущен, габариты будут аналогичные.
Путин – спаситель LAW?
В военно-морских кругах насчет неожиданной попытки Корпуса морской пехоты закупить легкие десантные военные корабли закипели бурные споры. Класс LAW, задуманный в 2019 году как флотилия от 24 до 35 небольших, но дешевых десантных кораблей стоимостью 150 миллионов долларов, предлагается как экономичное и эффективное средство для переброски небольших групп морских пехотинцев по Тихому океану. Но в Вашингтоне эта идея не произвела ни малейшего впечатления, и многие военные бюрократы даже понадеялись, что проект канет в лету с отставкой своего главного сторонника – генерала Дэвида Бергера, командира морской пехоты и умного реформатора.
Часть теоретиков считает, что провальной саму идею. Могущественные корабелы ВМФ, заинтересованные в строительстве десантных кораблей покрупнее и подороже, увидели в LAW реальную угрозу. Высокотехнологичные силы ВМФ, не заинтересованные в сопровождении, насмехаются: для них LAW – всего лишь "большая и неповоротливая цель". Многие морпехи даже гадают, как им выжить на берегу с такой поддержкой. Даже Конгресс и тот настроен скептически, даром что хочет увеличить флот.
Многие в Вашингтоне считают LAW погоней за престижем и опрометчивой попыткой Корпуса морской пехоты сохранить актуальность. Есть даже некоторое злорадство. Так называемое "Рассредоточение морских операций" – стратегическая структура, чтобы распределить небольшие боевые платформы по областям потенциального конфликта и тем раздражать и досаждать соперникам, – изначально было замыслом ВМФ, однако куда больше в нем преуспел именно Корпус морской пехоты, сделав из него ключевой фактор своей стратегии экспедиционных операций.
Однако для морской пехоты LAW – путь к легитимности современных боевых действий и возможность для экспедиционных войск помочь флоту, используя "мобильные, малозаметные, стойкие и относительно простые в обслуживании и поддержке военно-морские экспедиционные силы", чтобы закрыть противнику доступ к морю, обеспечить контроль или поддержать флот. Это рискованное предложение – примерно как снабдить береговых наблюдателей времен Второй мировой, которые действовали тайно и зачастую в тылу врага, противокорабельным оружием и дать им задачи по поддержке флота. Но с LAW, если их построить в достаточном количестве, Корпус морской пехоты сможет участвовать почти во всех видах деятельности, необходимых для поддержания современных сил и оперативной переброски между островами.
Ни одна концепция ведения войны не идеальна, но игнорировать LAW с точки зрения Вашингтона крайне недальновидно. В худшем случае LAW будут выполнять полезные бытовые задачи, которые "большому" флоту якобы не нужны. LAW, безусловно, облегчат переброску сил между театрами военных действий, а, в лучшем случае выдвинут морпехов передовую, где они станут темой газетных заголовков, тревожа соперников и раздражая оппозицию – точно так же, как Владимир Путин со своими дряхлыми "Жабами".
