Автор статьи в шведской газете пытается понять, что можно ожидать от нового правительства соседней Норвегии, в частности, в том, что касается отношений с Россией. Он напоминает, что именно премьер Стёре, будучи министром иностранных дел, подписывал Договор о линии разграничения в Баренцевом море.
Из-за норвежского премьер-министра - социал-демократа в отношениях с ЕС и НАТО возникла неясность.
Говорят, новый премьер-министр Норвегии Йонас Гар Стёре (Jonas Gahr Støre) - любитель напустить туману. И в этом словесном тумане бывает непросто разобрать, что он на самом деле имеет в виду. Например, в одном интервью он заявил, что нефтяной фонд Норвегии, крупнейший инвестиционный фонд в мире - политическое явление. Это высказывание было понято так, будто новое правительство сделает фонд своим внешнеполитическим инструментом.
Однако Стёре хотел сказать вовсе не это. Он лишь имел в виду, что фонд принадлежит норвежскому народу, а правила устанавливает парламент. Но сам он решил, что выразился просто блестяще.
На выборах в стортинг (парламент Норвегии - прим. перев.) ветер явно дул слева. Конечно, это нашло отражение и в политике коалиции Рабочей партии Норвегии с норвежской Партией Центра. Государственный сектор экономики вырастет, правила трудовой деятельности станут менее гибкими, а политическое сотрудничество правительства, профсоюзов и работодателей начнет играть более значимую роль.
Во внешней и оборонной политике основной курс останется прежним. Но это не исключает определенных перемен или вопросов.
Партия Центра выступает против Соглашения о Европейском экономическом пространстве, но в правительстве утверждают, что оно закладывает основу отношений с Евросоюзом. Также Норвегии не следует отказываться от работы в рамках Агентства Евросоюза по сотрудничеству органов регулирования энергетики. Антиевропейски настроенным силам придется довольствоваться выяснением, что Норвегии принесло Европейское экономическое пространство за последние десять лет, и как обстоят дела у соседних стран, не входящих в ЕС. И, похоже, им предстоит услышать, что Европейское экономическое пространство - лучший выбор. Можно было бы начать рассматривать идею членства, но это табу.
Политическая платформа правительства подразумевает, что Норвегия не должна пытаться вступить в ЕС, но ей надо активнее отстаивать свои интересы в имеющемся пространстве для маневра. Это может означать разные вещи. До сих пор это во многом подразумевало, что Норвегия на своей обособленной позиции дожидается принятия законов ЕС и затем пытается внедрять их "по-норвежски". Альтернатива - пытаться повлиять на ЕС еще в ходе процесса принятия законов. Короче говоря, не будучи членом ЕС, следовать его курсом.
<…>
Север - важнейший стратегический регион, интересующий Норвегию. Отношения с Россией определяются понятиями "сдерживание" и "умиротворение". После аннексии Крыма в 2014 году и последующей войны с Украиной прежняя премьер-министр Эрна Сульберг назвала ухудшение положения в области политики безопасности новой нормальностью. Добавьте к этому норвежский образ России как центральной угрозы, включающий в себя наращивание военной мощи, глушение сигналов GPS, кибератаки на стортинг и давление на норвежский суверенитет на Шпицбергене.
Новые обстоятельства не отменяют сотрудничество стран-соседей в таких областях, как рыболовство и спасение на море. Но для правительства Сульберг упомянутое выше было препятствием для нормальных отношений с Россией.
Рабочая партия не идет на прямой конфликт по вопросам внешней политики (отмена санкций и тому подобное), но риторику предыдущего правительства называет чересчур резкой. Ее собственная риторика гораздо мягче. Не в последнюю очередь это касается лично лидера партии (Йонаса Гара Стёре - прим. перев.), чьим триумфом в должности министра иностранных дел был Договор о линии разграничения морских пространств в Баренцевом море между Норвегией и Россией, заключенный в 2010 году. Теперь диалог расширится.
Стёре едва успел вступить в должность, как глава российского МИД Лавров совершил незапланированный визит в Осло на обратном пути с заседания Совета Баренцева/Евроарктического региона в Тромсё.
Когда государства, стоящие за Договором ООН о запрещении ядерного оружия, созовут встречу в следующем году, Норвегия, по примеру Швеции, намерена претендовать на статус наблюдателя. Это весьма несвоевременная смена курса.
Подписание этого договора идет вразрез с обязательствами Норвегии в НАТО. Ни одна страна НАТО так не поступила. Альянс настроен сохранять право на владение ядерным оружием, пока оно есть у других государств. Ядерное оружие - неизбежное зло. Но Стёре прежде заявлял, что он как глава МИД Норвегии выступал за то, чтобы начать процесс запрета, и утверждал, что текст договора был бы составлен в соответствии с требованиями НАТО, если бы правительство Сульберг не вышло из переговоров.
Все вместе это не помогает развеять туман.
Клаес Арвидссон (Claes Arvidsson)
