Москва. 8 октября. ИНТЕРФАКС - В пятницу в Гааге завершилась очередная сессия исполнительного совета ОЗХО. Российский постпред Александр Шульгин рассказал "Интерфаксу" об отсутствии планов выйти из ОЗХО несмотря на усиливающийся раскол в этой организации, а также дал негативную оценку выдвижению нынешнего гендиректора техсекретариата в качестве единственного кандидата на предстоящих выборах.
- Российская сторона ранее заявляла о расколе в ОЗХО, политизации деятельности этой Организации и превышения ею своего мандата. Усугубляются ли эти тенденции, и видит Россия в нынешних условиях целесообразность сохранения своего членства в ОЗХО?
- Надо признать, что мы являемся свидетелями действительно кризисного периода в истории Организации. Усилиями узкой группы стран ОЗХО все больше погружается в грязные политические игрища. Будучи некогда сугубо технической международной структурой, успешно выполнявшей задачи в области химического разоружения, ОЗХО начинает походить на некое судилище над неугодными странами. На гаагской площадке все чаще наблюдается подмена международного права, в частности положений КЗХО, некими выдуманными нашими западными партнерами правилами. Наибольшую головную боль представляет, конечно, деятельность нелегитимно созданной Группы по расследованию и идентификации, занимающейся назначением виновных в применении химоружия. Подчеркну: не поиском, а именно назначением. В этом мы еще больше убедились после выхода второго доклада атрибуторов по Сирии. Деятельность ГРИ все больше парализует нормальную работу ОЗХО, затрудняет согласование важных документов. В этой связи вынуждены констатировать усугубление здоровья нашей Организации.
Что касается целесообразности членства в ОЗХО. Конечно, происходящее сейчас на гаагской площадке вызывает у России самую серьезную обеспокоенность. Однако отцы-основатели КЗХО задумывали этот международно-правовой механизм как оплот международной безопасности, конечная цель которого – избавление мира от целого вида ОМУ. Пока эта цель не достигнута.
Нельзя забывать и о немаловажной роли, особенно для развивающихся стран, которую играет ОЗХО в содействии экономическому и технологическому развитию в области использования химии в мирных целях. Словом, ОЗХО до сих пор востребована, и мы намерены предпринимать все возможное для исправления текущего положения дел. Поэтому ни о каком выходе из Конвенции мы речи не ведем. Мы продолжаем работу в ОЗХО, направленную на защиту международного права, соблюдение положений КЗХО, отстаивание законных интересов Российской Федерации и других участников КЗХО.
- Поддерживает ли Россия позицию о необходимости избрания на второй срок нынешнего Генерального директора Техсекретариата ОЗХО Фернандо Ариаса?
- Репутация ОЗХО во многом зависит от действий ее Технического секретариата. Убеждены, что его руководитель должен обладать непререкаемым авторитетом, строго стоять на страже Конвенции, действовать объективно, непредвзято и в интересах всех государств-участников КЗХО. Так должно было бы быть в идеале.
Нынешняя кампания переизбрания Гендиректора сильно отличается от сложившейся в Организации практики. Даже формально не был объявлен конкурс на данную позицию, что, на наш взгляд, не позволило обеспечить равные конкурентные возможности всех государств-участников Конвенции. В результате, однако, сложилась ситуация, при которой нынешний Гендиректор – Фернандо Ариас – является единственным кандидатом на этот пост. Россия твердо выступила против ущемления прав подавляющего большинства стран.
- Как бы вы могли прокомментировать ультиматум 45 стран-членов ОЗХО, потребовавших от России в течение 10 дней предоставить разъяснения по ситуации с А.Навальным?
- На проходящей в Гааге 98-й сессии Исполсовета ОЗХО группа т.н. "встревоженных" государств-участников, в составе 45 стран, преимущественно из евро-атлантического сообщества, адресовала Российской Федерации через Технический секретариат запрос по пункту 2 статьи IX КЗХО, определяющей параметры консультаций, сотрудничества и выяснения фактов в рамках Конвенции. Вышеуказанную группу стран интересует, какие действия предпринимала Россия по "делу Навального" в связи с имеющимися у нас обязательствами по статье VII Конвенции (Национальные меры по осуществлению). Нас также спрашивают о перспективах взаимодействия с Техсекретариатом в целях установления истины.
Положениями вышеупомянутой статьи IX предусмотрено, что ответы должны быть даны в течение 10 дней, то есть к 15 октября этого года. Будучи страной, добросовестно выполняющей свои обязательства, Российская Федерация дала исчерпывающий ответ в четверг – то есть спустя два дня.
В то же время мы заявили "встревоженным" коллегам, что они явно ошиблись адресом. Вопросы по инциденту с Навальным следует адресовать не нам, а ФРГ, Франции и Швеции, чьи лаборатории якобы установили наличие в организме российского блогера следы отравляющего вещества нервно-паралитического действия из семейства, именуемого на Западе "новичками". Вот уже второй год мы не можем добиться от них вразумительных ответов на обращения России, направленные как в соответствии с Европейской конвенцией о взаимной правовой помощи, так и в рамках положений КЗХО. На все наши попытки прояснить ситуацию мы получаем в лучшем случае лишь скудные "отписки". В этой связи накануне (в четверг – ИФ) одновременно с представлением ответа по статье IX Российская Федерация вновь затребовала в рамках все того же пункта 2 статьи IX КЗХО от Берлина, Парижа и Стокгольма, а также Технического секретариата ОЗХО предоставить нужную нам для завершения доследственной проверки информацию. Рассчитываем, что партнеры все же соизволят снизойти до выполнения своих обязательств по КЗХО. В соответствии с Конвенцией у них на это есть 10 дней.
