80 лет назад был принят на вооружение пистолет-пулемет Шпагина, ППШ. Вытеснив "трехлинейку", он стал основным стрелковым оружием советских войск во время Великой Отечественной войны - к 1945 году ППШ было вооружено больше половины бойцов. А узнаваемые детали пистолета-пулемета: дырчатый кожух ствола и круглый магазин, - стали символами советского солдата и отражены во множестве памятников. Более того, ППШ является самым массовым представителем оружия своего класса в мире: выпущено более шести миллионов экземпляров, гражданский вариант пистолета-пулемета производится на российских заводах и сейчас, для охотников.
Чем проще, тем лучше
После войны на Карельском перешейке, где финны применяли пистолет-пулемет "Суоми", Наркомат вооружения СССР сформировал техническое задание на аналогичное оружие для Красной армии. Основных требований было два: ТТХ на уровне точного, но дорогого и сложного в производстве пистолета-пулемета Дегтярева, и простота конструкции, позволяющая организовать выпуск оружия на любом машиностроительном предприятии. К осени 1940 года были изготовлены опытные образцы двух пистолетов-пулеметов, Шпагина и Шпитального. Оба показали хорошие боевые качества, но разработка Шпитального требовала для производства 25,3 станко-часа, а оружие Шпагина - в пять раз меньше.
Во время испытаний ППШ произвел 30 тысяч выстрелов (в том числе 5000 - без чистки), сохранив работоспособность и приемлемую кучность боя. Из механизма удаляли смазку, вместо нее сыпали пыль и песок - пистолет-пулемет продолжал стрелять. 21 декабря 1940 года ППШ был принят на вооружение Красной армии. К концу 1941 года было изготовлено 92 тысячи экземпляров, в 1942 - 1,5 миллиона.
Главное достоинство ППШ проявилось в годы войны. Конструкция пистолета-пулемета была настолько проста, что выпускать его можно было на любом предприятии, имеющем пресс - в том числе на шпульно-катушечных фабриках. Большинство деталей изготовлялось методом холодной штамповки и точечной сварки, так что производство пистолета-пулемета освоили даже белорусские партизаны: в лесу и без чертежей.
Сам стреляет
Правда, у технологичности имелась и обратная сторона. Зазоры между деталями были очень велики, при встряхивании ППШ был слышен стук элементов друг об друга. Падение пистолета-пулемета с небольшой высоты нередко приводило к самопроизвольному выстрелу. Поскольку упрощенный ударно-спусковой механизм позволял вести только автоматический огонь, стрельба не прекращалась, пока в магазине оставались патроны.
Скорострельность ППШ была высокой - 1000 выстрелов в минуту, - и рожковый магазин на 35 патронов он опустошал мгновенно. В барабанный помещался 71 патрон, но магазины от разных стволов не подходили друг к другу. В комплекте с ППШ шло три магазина - с ними и приходилось работать.
Выступающий за обрез ствола кожух с отверстиями выполнял роль дульного компенсатора, снижая отдачу и улучшая кучность боя. Но оказавшийся рядом боец могу получить контузию и даже разрыв барабанной перепонки. Ночью стреляющий ППШ безошибочно узнавался по трем языкам пламени, бьющим из кожуха ствола вверх и в стороны.
Два мира, две системы
Интересно сравнить пистолет-пулемет Шпагина с другим символом Великой Отечественной, немецким MP-40, который многие ошибочно приписывают Хуго Шмайссеру. Это оружие является типичным продуктом немецкой инженерной школы: исключительно высокое качество изготовления, надежность, хорошая точность, удобство эксплуатации. MP-40 тоже пытали пылью и морской водой, он сохранял боеспособность после падения с пятиметровой высоты на бетонный пол.
Однако патрон 9х19 мм Парабеллум не обладал высокой начальной скоростью пули - эффективная дальность стрельбы немецкого ПП не превышала 100 метров. А ППШ использовал патрон 7,62х25 мм Маузера-Токарева с гораздо лучшей баллистикой. Еще более значимым преимуществом советского оружия был магазин вдвое большей емкости - перезаряжаться в бою неудобно и опасно. Поэтому русский пистолет-пулемет был ценной находкой - ППШ редко добирались до немецких пунктов сбора трофеев, фронтовики оставляли их себе.
Антон Валагин
