Увеличение военного бюджета, создание крупных холдингов и скрупулезно освещаемая по телевидению работа первого вице-премьера Сергея Иванова по развитию оборонной промышленности пока никак не отразились на двух главных проблемах ВПК — старении мощностей и кадров.
Ежегодно оборонка теряет более 6% персонала. По данным, которые приводил сам Иванов, 49% промышленных предприятий испытывают нехватку кадров. Средний возраст сотрудников оборонно-промышленного комплекса в разных регионах колеблется от 46 до 58 лет (например, в Туле — 50 лет). Возрастная структура большинства предприятий и НИИ напоминает песочные часы: больше половины — люди пенсионного и предпенсионного возраста, около трети — зеленая молодежь, в последние годы потянувшаяся в оборонку, и тонкая прослойка среднего возраста — 35-45 лет. При такой структуре существует реальный риск потери знаний: старики уйдут, не успев обучить молодых специалистов. Это, по мнению экспертов Центра анализа стратегий и технологий, уже в ближайшем будущем грозит резким снижением творческого потенциала и качества научных и конструкторских работ.
Причины старения кадров просты: низкие зарплаты и потеря престижа работы в отрасли. В 1990-е гг. оборонка испытывала не только серьезный дефицит финансирования — с распадом СССР была разрушена и кооперация в отрасли. Результатом плачевного ее состояния стал массовый исход наиболее мобильных и квалифицированных специалистов. Конкуренцию оборонке составило не только предложение работы за рубежом, но и быстро развивавшиеся гражданские отрасли сферы услуг, ТЭКа. Рост расходов на гособоронзаказ в последние годы (по официальным данным, в 2002 г. — 80 млрд руб., в 2004 г. — 148 млрд руб., в 2006 г. — 237 млрд руб., в 2007 г. планируется 302 млрд руб.) пока не привел к смене тренда. Зарплата в оборонке остается на 20% ниже, чем в гражданской промышленности. Эксперты отмечают и снижение качества подготовки кадров для ВПК. Аналогичные проблемы испытывают высокотехнологичные отрасли гражданской экономики — авиастроение, судостроение и электроника.
Впрочем, старение оборонки не только российская проблема. США также столкнулись с ней в 1990-х — правда, не в такой острой форме. Иракская кампания и рост военного бюджета подправили ситуацию, однако в прошлогоднем докладе министерства обороны США говорится, что в большинстве военных отраслей уже в ближайшем будущем будет наблюдаться нехватка квалифицированной рабочей силы. Скажем, в ракетостроении кризис может начаться через 10 лет — сегодня костяк отрасли составляют люди от 45 до 55 лет, а молодежь идет туда неохотно.
Принципиальная трансформация в том, что в годы холодной войны оборонка была источником новых технологий, а в 1990-е военные стали закупать технологии в гражданском секторе. Оборонка в значительной степени утратила статус локомотива прогресса и стала скорее воронкой для вливания денег в экономику. Военные расходы в США росли в период экономических спадов и снижались в период экономических подъемов.
Интересен и пример Франции: средний возраст работника французского хайтека составляет от 41 до 43 лет. Доля молодежи до 29 лет среди рабочих составляет около 25%, среднего возраста (30-49 лет) — около 45%, людей старше 50 лет — около 30%, среди сотрудников, занятых НИОКР, — 15%, 55% и 30% соответственно. ВПК Франции также характеризуется высокой степенью кооперации с гражданскими отраслями — например, доля гражданской продукции в компании Dassault aviation (производство самолетов) составляет 61%, в компании Thales (навигационная аппаратура, судостроение и связь) — около 30%.
Российскому ВПК нужно не только повышение стимулов для работников, горизонтальная и вертикальная мобильность кадров, но и преодоление исторически сложившейся изоляции от остальной экономики.
