В США, Китае, России и других странах уже давно появились структуры, ответственные за ведение кибервойн, говорит немецкий эксперт Сандро Гайкен. Объектом атаки для военных хакеров становятся компьютерные сети противника.
В конце сентября 2010 года Еврокомиссия предложила строже наказывать создателей и продавцов компьютерных вирусов. Речь идет не только о краже при помощи троянов личных данных граждан, например номеров кредитных карточек, но и о промышленном шпионаже и кибератаках на объекты инфраструктуры.
Защита таких объектов от хакеров, судя по сообщениям, просочившимся в СМИ, должна стать частью новой стратегии НАТО. В таком случае, согласно статье 5 устава НАТО, кибер-атака на одну из стран альянса может быть расценена как нападение как на весь Североатлантический союз. Стоит отметить, что подобной атаке в 2007 году подверглись серверы правительства, парламента и полиции Эстонии.
Военные объекты тоже являются мишенью для кибернападений. Для того, чтобы эффективно противостоять хакерам, современные армии начали вербовать в свои ряды... хакеров. Об этом рассказал в интервью радиостанции Deutschlandfunk Сандро Гайкен (Sandro Gaycken), немецкий исследователь, автор книги "Кибервойна". Она должна поступить в продажу в конце года.
Deutschlandfunk: Господин Гайкен, правда ли, что современные армии начали вербовать хакеров в свои ряды?
Сандро Гайкен: Да, это началось уже несколько лет назад. Подобная программа есть у американцев. Как раз в прошлом году они провели переобучение 30 тысяч военнослужащих ВВС. Теперь это специалисты по ведению компьютерных войн. У ряда других стран, например у России и Китая, несколько лет назад тоже появились подобные программы. Есть предположения, что в Китае численность структуры, ответственной за кибервойны, уже достигла шестизначной цифры.
- А что делает германский бундесвер в этом направлении?
- Пока об этом мало что известно. Есть информация о том, что существует небольшая группа, состоящая примерно из 80 человек. Эта группа включена в состав ВВС и работает где-то между Кельном и Бонном. Но о ее задачах ничего не сообщается.
- Что представляет собой работа таких "киберсолдат"? Чем конкретно они занимаются?
- Они пытаются проникнуть в компьютерные системы противника, скачивают информацию из его корпоративной сети, стремятся обеспечить возможность несанкционированного доступа в эту сеть в любое время и выполняют прочие подобные задачи.
- Вы сказали, что в американской армии военнослужащие ВВС были направлены на переобучение. А вербуют ли военные хакеров, не связанных с вооруженными силами?
- Да, это происходит уже на протяжении нескольких лет. Армии во многих странах осознали, что им нужны особые структуры для ведения компьютерных войн, что целесообразно привлекать к такой работе хакеров, которые владеют определенными навыками. Но оказалось, что хакеры не обладают всем набором необходимых знаний и что без собственных ноу-хау не обойтись.
Стратегии были выбраны разные. Про россиян говорят, что они наладили контакты с преступным киберсообществом и вербуют хакеров из его рядов. В Китае очень много патриотично настроенных хакеров, которые соглашаются работать на военных добровольно. США и европейские страны обратили внимание на школы, на подрастающее поколение. Они ищут талантливых подростков, предлагают им помощь в получении университетского образования, чтобы потом молодые люди шли служить в армию в качестве военных хакеров.
- В чем заключается преимущество компьютерных войн?
- Надо осознавать: любая армия сегодня не способна обойтись без хайтек-технологий. Вооруженные силы уже не могут существовать без компьютерных сетей и программ. И если у них есть собственная группа хакеров, которые в состоянии проникнуть в сеть противника, отключить ее или - это даже более вероятно - кое-что в ней изменить, то военные получают огромное преимущество для решения своих тактических задач. Они могут направить противника по ложному пути, снабдить его неверной информацией, внести смятение в его ряды в ключевой момент, например, изменив цель для управляемых снарядов. Возможности почти безграничны.
- И никаких следов обнаружить невозможно?
- Следов при этом не остается. Это самое большое преимущество и самая большая проблема. Невозможно точно установить, кто именно является агрессором. То же самое можно сказать и про вирус Stuxnet. Все предположения о том, кто его запустил, взяты с потолка.
- А как думаете вы, этот вирус придумали военные хакеры?
- Конечно. Очень высокий уровень разработки - серьезный аргумент в пользу того, что без госструктур тут не обошлось. Но если говорить про вирус Stuxnet, то, по моему мнению, его нельзя рассматривать как точечную акцию против Ирана.
- А есть другие подтверждения активности военных в этой области?
- Да, это происходит не впервые. Просто случай с вирусом Stuxnet приобрел большой резонанс. Но были и другие. Такими "шпионами" наводнена американская электрическая сеть... То же самое можно сказать про сети в Южной Америке, объектами кибератак становятся и военные цели. А у Китая, к примеру, есть целое анти-GPS-подразделение. В случае войны работающие в нем хакеры могут атаковать системы, работающие на базе GPS.
- Осознают ли военные, что подобные компьютерные войны очень трудно контролировать?
- Да, конечно, военные это осознают. И пытаются что-то сделать. Ведь компьютерные вирусы подобны биологическому оружию: если произошла утечка, изменить что-то уже сложно.
Беседовал Тобиас Армбрюстер
Редактор: Андрей Кобяков
