В отношениях между США и Россией традиционно много риторики и мало экономики. Неудивительно поэтому, что любое неосторожное слово политика мгновенно воспринимается противоположной стороной как новый выстрел в холодной войне.
Взаимоотношениям России и США, которые определяются политиками и военными, остро не хватает бизнеса (см. также статью Дмитрия Тренина на стр. А4). Накануне начавшегося сегодня визита в Россию министра торговли США Карлоса Гутьерреса было объявлено о росте американского экспорта в Россию: за последние три года в среднем он увеличивался более чем на 20% в год и в 2006-м достиг $4,7 млрд; объем прямых инвестиций оценивается в $11 млрд. Несмотря на рост, эти цифры, как и цифры российского экспорта, чрезвычайно низки. В целом в 2006 г. американский экспорт составил $1,4 трлн, и на долю России приходятся лишь десятые доли процента.
В 2005 г. российский экспорт в США составлял $6,3 млрд, или 2,6% всего экспорта, — по этому показателю США не входят даже в десятку крупнейших торговых партнеров России. По данным Росстата, на 2005 г. объемы импорта из США достигли $4,5 млрд, что составляло 4,6% всего российского импорта. По подсчетам Федеральной таможенной службы, в 2006 г. доля США в общем внешнеторговом обороте России составила 3,4%.
О том, что политические мотивы доминируют над экономическими, говорят и крупные торговые скандалы между США и Россией. Символично то обстоятельство, что до сих пор не отменена поправка Джексона — Вэника, внесенная в закон о торговле в 1974 г. в связи с ограничениями на эмиграцию евреев из СССР. Той же природы и американские санкции против Рособоронэкспорта и ряда других предприятий российского ВПК, обвиненных американской стороной в торговле с Ираном, и российский запрет на импорт “ножек Буша” в ответ на повышение американских ввозных пошлин на российскую сталь, и законодательные ограничения на участие иностранных компаний в российских стратегических отраслях экономики (в США тоже есть соответствующие ограничения).
Но все может измениться. В ноябре прошлого года США и Россия подписали двустороннее соглашение о вступлении России в ВТО. Многосторонние переговоры России с ВТО должны завершиться осенью 2007-го (так считают российские переговорщики). Разногласий еще много, и это одна из тем переговоров Гутьерреса с российскими чиновниками. Но как скажется вступление в ВТО на российско-американских торговых отношениях — еще вопрос.
Кроме национального протекционизма, есть еще проблема спроса и предложения: что Россия может предложить США и что нам нужно взамен. Наиболее конкурентным экспортным предложением со стороны России по-прежнему остаются энергоресурсы. Нефть и газ — это более половины российского экспорта, и именно на них строится взаимозависимость России и Европы. Энергетическое сотрудничество с США — идея не абсурдная, но повисшая в воздухе. По первоначальным планам американцы должны были участвовать в разработке Штокмановского месторождения. Но в последнее время вроде бы было решено направлять газ с шельфа в Европу по трубе. Затем судьба месторождения стала и вовсе туманной: кто, как и когда будет его разрабатывать, так и не ясно. Стоило бы вернуться к идее СПГ и участия в проекте США: это могло бы подтолкнуть и другие важные российско-американские процессы — например, проникновение “Газпрома” на внутренний американский рынок.
Теоретически кардинальное изменение ситуации возможно. Географическая удаленность не мешает экономической взаимозависимости США и Евросоюза — в структуре экспорта обоих каждая сторона занимает более 20%. Крепкий экономический фундамент помогает США и Европе находить компромиссы даже тогда, когда партнеры расходятся по вопросам глобальной политики. Подобные отношения с США, построенные не на эмоциях, а на бизнесе, необходимы и России.
