8 мая 1954 года в небе над Кольским полуостровом советские истребители МиГ-17 атаковали американский самолет-шпион RB-47E. Военным летчикам Гарольду Остину, Карлу Холту и Вэнсу Хэвлину пришлось пережить самые тяжелые в их жизни минуты.
В день, когда на западе празднуют победу над Германией, с британской авиабазы Фаерфорд взлетели три самолета RB-47E. Их отличала особая конструкция - в носовой части размещалась фотокамера K-38. Еще три камеры K-17 находились в бомбовом отсеке. Пулеметы в кормовой башне заменили на спаренную 20-миллиметровую пушку.
Около семи часов утра в 160 километрах от Мурманска два самолета-шпиона развернулись и полетели вдоль границы, чтобы отвлечь внимание советских радаров и перехватчиков. Третий RB-47E продолжил полет и вскоре вошел в воздушное пространство СССР.
Едва самолет-шпион успел пролететь над двумя аэродромами, как в воздух были подняты перехватчики МиГ. Советские истребители сперва пытались посадить американский самолет и дали несколько залпов по курсу RB-47E.
"Вы не можете себе представить, какой это ужас, когда видишь трассы снарядов, прочерчивающих воздух вокруг вашего самолета", - вспоминал Гарольд Остин.
Когда два МиГ-17 зашли на второй круг, второй пилот Карл Холт стал отстреливаться из кормовой пушки, но в истребители не попал. Ответная очередь перехватчика слегка зацепила левое крыло американского самолета, но полет продолжился и RB-47E смог уйти в воздушное пространство Финляндии, а потом Швеции.
Добивать американский самолет-шпион над территорией другой страны советские пилоты не имели права, поэтому американцы смогли вернуться на базу в Великобритании. Позже членов экипажа RB-47E наградили крестами "За летные боевые заслуги".
А советские пилоты более решили не церемониться с нарушителями границы. 1 июля 1960 года полет другого RB-47 завершился печально. Капитан Василий Поляков на МиГ-19 сбил американский самолет. Пилот Брюс Олмстед и штурман Джон Маккоун сумели спастись, но семь месяцев провели в следственном изоляторе КГБ. Их освободили в 1961 году сразу же после инаугурации Джона Кеннеди в качестве акта доброй воли.
Николай Грищенко
