Отказ от профессиональной подготовки по рабочим специальностям угробит промышленность
В статье поднята важная проблема, есть тема для серьезного разговора, который давно назрел. Решение о прекращении подготовки рабочих для различных профессий, предложенное Министерством просвещения, можно было поначалу еще воспринимать как фейк от оппозиции, но увы – это оказалось правдой и продемонстрировало, что руководство российских госструктур совершенно оторвано от реальной жизни.
Отклик на статью "Исчезающий токарь"
Руководству Министерства просвещения следовало бы ознакомиться с практикой подготовки молодых рабочих непосредственно на рабочем месте, прежде чем принимать какие-либо радикальные меры. Отсутствие у обучаемого первоначальных познаний в сфере металлообработки серьезно сказывается на его производительности труда и качестве выпускаемой продукции. Все дело в том, что обучение молодежи в нынешних условиях "оптимизации" и острой нехватки кадров, как правило, проводится непосредственно на рабочем месте в процессе выпуска серийной продукции. То есть молодого работника, устроившегося на завод, сразу же бросают в пекло выполнения производственной программы. Наблюдая сей процесс уже более 20 лет, могу сделать вывод: с приходом необученного подростка в цех резко увеличивается процент выхода бракованной продукции, которую потом в условиях аврала приходится переделывать более опытным работникам, как правило, предпенсионного и пенсионного возраста. Соответственно материальные затраты на выпуск продукции увеличиваются, производительность труда падает.
Потому предложение ликвидировать учебные заведения, готовящие молодых рабочих, может в самый неудобный момент поставить отечественную промышленность на грань полного уничтожения. Дело в том, что сейчас основу кадров российской промышленности, непосредственно участвующих в изготовлении продукции, составляют пенсионеры – те самые, которые якобы сидят на шее рабочей молодежи. Увы, молодежь к станку идет неохотно – отчасти из-за невысокой зарплаты, отчасти из-за разрыва между реальностью с ее оборудованием прошлого века и ТВ-картинкой, где люди в белых халатах трудятся на компьютеризированном оборудовании XXI века. В итоге старые рабочие вынуждены уходить на пенсию – здоровье уже не позволяет не то что трудиться в прежнем темпе, а работать на тяжелом производстве вообще, а молодежь им на смену не приходит. Предприятия уже давно работают в атмосфере утраты преемственности технологического опыта и надеются на помощь государственного руководства в сокращении этих рисков, а им в ответ предъявляют очередной прожект.
Почему подобные вещи возникают – понятно. Руководители госорганов Российской Федерации в целом очень плохо представляют себе, что же делается на производстве, да и, как видим, пробелы в своих познаниях устранять не стремятся. В какой-то момент наверху решили, что мы находимся на пороге технологической революции с ее цифровизацией и роботизацией, можно сказать, уже одной ногой вступили в новый технологический век. Практикующим инженерам, как полагаю, слушать подобные реляции подобно зубной боли. Для серьезного рывка пока нет никаких условий, а изготовление выставочных образцов и массовый выпуск продукции все же серьезно отличаются. Прежде чем говорить о переходе на новый технологический уклад и тем более об отмирании многих профессий, следовало бы задаться серией вопросов. Первое: какие виды продукции будут без потери экономической эффективности выпускаться по новым технологиям? Второе: кто будет разрабатывать технологические цепочки? Третье: где будет закупаться оборудование? Если это станут делать за рубежом, то не боится ли руководство, что закупки будут поставлены под угрозу санкционных запретов в самый неподходящий момент? Стоило бы изучить советский опыт. Санкционный запрет на какую-либо мелочь обнулял в былые годы гигантские расходы государства на создание передовых промышленных предприятий, некоторые заводы, на которые затрачивались многие миллионы рублей, так и не были доведены до ума.
Четвертое: на базе каких предприятий будет разворачиваться технологически новое производство? В последнем случае надо понимать, что заводы со старыми технологическими циклами для этих целей малоподходящи, но и ликвидировать их безрассудно – многие сферы отечественной экономики на неопределенный период останутся без необходимых агрегатов, в результате окажутся сорванными планы по вводу в строй ряда значимых государственных объектов. Пятое: какие учебные заведения будет готовить кадры для новых технологических циклов? Именно так – не сворачивание обучения, а наоборот – расширение сети учебных заведений. При этом необходимо учитывать, что новое оборудование и новые технологии поставят вопрос интеллектуального роста обучаемого. Как это делать в нашем СМС-мире, где многие неспособны усваивать большие текстовые объемы, разве что заголовки новостей?! При переходе к изучению технологических карт с их специфическими терминами могут возникнуть непреодолимые препятствия. А неуч на современном производстве – это риск техногенной аварии со многими печальными последствиями.
Шестое: кто будет обслуживать новейшее оборудование, выполнять его ремонт? Надо напомнить руководителям министерств, что безотказного оборудования не бывает в принципе. При этом подготовка ремонтников должна вестись не по остаточному принципу, а достаточно серьезно, и оплату им надо будет положить такую, чтобы они не разбежались через месяц работы. Руководители должны усвоить наконец, что неработающий ремонтник – это не бездельник, деньги ему платят не за объем выполненной работы, а за способность ввести в строй новое оборудование в кратчайший срок. И соответственно пора бы наконец задуматься об ответственности руководителей предприятий, игнорирующих данные факты и живущих в прежней системе 90-х: "Не нравится – увольняйтесь". Подобные "успешные менеджеры" уже довели ситуацию до того, что в иных подразделениях с ужасом ожидают ухода в отпуск, к примеру, сварщика аргонно-дуговой сваркой – единственного оставшегося на заводе специалиста, который знает, как это сделать качественно.
Владимир Раткин
Газета "Военно-промышленный курьер", опубликовано в выпуске № 38 (801) за 1 октября 2019 года
