Во вторник глава АВТОВАЗа Борис Алешин подал в отставку. Слухи о том, что Алешин должен уйти в отпуск, из которого он уже не вернется, ходили еще в начале лета.
Параллельно обсуждалось, что АВТОВАЗ, которым он руководил почти два года, находится на грани банкротства. Гендиректор ничего не опровергал, но комментировал ситуацию так, словно речь идет о временных трудностях. Однако слухи оказались не беспочвенны. Идея о том, что флагманом отечественного автопрома может руководить госчиновник, себя не оправдала. Пока обязанности гендиректора АВТОВАЗа взял на себя человек из бизнеса, Игорь Комаров (в прошлом один из топ-менеджеров "Норникеля">). Он и является наиболее вероятным претендентом на этот пост.
Сегодня должен состояться совет директоров, на котором будет принята отставка старого и утверждена кандидатура нового гендиректора. Публикуем интервью Бориса Алешина, записанное накануне его отставки.
- Конвейер стоит, с сентября рабочие будут вынуждены работать по сокращенному графику, соответственно, зарплаты сильно сократятся. Как вы оцениваете возможность социального взрыва осенью в Тольятти?
- Предпосылок к этому нет. Обстановка и на заводе, и в городе нормальная. Да, конвейер стоит. Но мы это планировали еще в мае. Все юридически обосновано.
Каждый работник подписал уведомление о переходе на новый график. Возражений никто не высказал. Люди понимают всю сложность ситуации. За вынужденный простой завода сейчас мы выплачиваем две трети зарплаты рабочим. Также мы заключили договор с городской службой занятости о дополнительном трудоустройстве заводчан.
С сентября начнутся общественные работы на самом заводе. Пока планируем около 10 тысяч мест.
- Чем вызвана остановка конвейера?
- У нас переполнены склады готовой продукцией. Около 80 тысяч нереализованных автомобилей. Однако не могу назвать положение тупиковым. Уверен, что мы все преодолеем.
Ведь до кризиса ситуация развивалась очень динамично, еще в прошлом августе мы реально думали о выпуске миллиона автомобилей в следующем году. Кризис разрушил наши планы. Однако по продажам Волжский автозавод сегодня занимает 30% автомобильного рынка. Мы эффективно работаем, проводим модернизацию завода. Нас тянет задолженность перед банками, проценты по кредитам в размере 6,5 млрд. Еще 38 млрд рублей долгов мы должны реструктуризировать, пролонгировать их оплату на десять лет. Плюс, мы рассчитываем на помощь правительства.
Как человек, долгие годы курировавший в правительстве автомобильную промышленность, я с уверенностью могу сказать: АВТОВАЗ - одна из лучших компаний в России. С точки зрения весомого присутствия на рынке, умения управлять активами, торговать, обеспечивать товарные потоки.
- Есть мнение, что ситуация с затовариванием складов нереализованной продукцией сложилась по вине АВТОВАЗа. Из-за неэффективного менеджмента разрушена дилерская сеть. Спрос на машины есть, а требуемого товара у дилеров нет.
- Мы много слышали об этом. Для проверки наш профсоюз даже сформировал три комиссии, так называемые группы Юг, Урал и Северо-Запад. Они посетили дилерские центры в 27 крупнейших городах и подробно ознакомились с их работой. Проверка показала: разговоры о том, что дилерская сеть не обеспечивает продажи, - слухи.
Продукция есть, и дилерская сеть работает на должном уровне.
- Насколько сейчас близка возможность банкротства АВТОВАЗа?
- Это невозможно. По крайней мере, мы будем стараться избежать этого всеми силами. Ведь в случае банкротства завода мы в первую очередь подставляем крупнейшие банки - Сбербанк и ВТБ. В случае банкротства деловая репутация завода будет подмочена навсегда. И в будущем мы не сможем найти банки, которые захотели бы иметь с нами партнерские отношения.
31 марта был утвержден наш антикризисный план. В нем предусматривается сокращение издержек на 19 млрд рублей. Подробнее не могу рассказать – это коммерческая тайна. Наши маркетинговые шаги могут использовать конкуренты.
- Как вы относитесь к антикризисному плану, предложенному группой компаний СОК?
- То, что они предлагают, в основном популистские меры, ничем не подкрепленные.
С ними сложно иметь дела. Мы вели долгие переговоры по поводу ИжАвто, хотели заключить сделку в интересах фирмы <Рено>. В итоге не сошлись в одной сумме. СОК захотел слишком многого - чтобы мы выплатили им сумму каких-то абстрактных финансовых рисков. Договориться так и не удалось.
- Вы почти два года руководите АВТОВАЗом. Каковы ваши дальнейшие планы?
- Я человек государственный. Если скажут, что я нужен в другом месте, я рассуждать не буду. Но на АВТОВАЗе я свою задачу выполнил. Компания должна была изменить лицо и приобрести стратегического партнера. Мы разработали новый модельный ряд. Была ликвидирована сложная и запутанная система перекрестной собственности. В лице фирмы "Рено-Ниссан" найден стратегический партнер.
Государство получило блокирующий пакет - 25% уставного капитала. Передо мной никто других задач не ставил.
- Чем мотивирован столь пристальный интерес к компании со стороны проверяющих органов? В мае прошла проверка Генпрокуратуры, затем Счетной палаты, на днях приезжал с проверкой начальник Контрольного управления администрации президента Константин Чуйченко.
- Ничего криминального в этом нет. Эти органы работают в первую очередь для того, чтобы оценить, чем нам помочь в столь сложный период.
- Насколько выгодно АВТОВАЗу объединение с КамАЗом? Как будет выглядеть холдинг и кто его возглавит?
- Этот вопрос еще рано комментировать.
И.Гордиенко
