Как сообщает бюллетень "Intelligence online" в публикации "En Syrie, le MIT d’Erdogan negocie pour eviter une cuisante defaite", решение партии АКП президента Турции Реджпеа Эрдогана не опровергать публикации оппозиционного издания "Aydinlik" иллюстрирует нестабильное положение Турции в сирийском вопросе. Благодаря корреспонденту в Дамаске издание сообщило о недавней встрече между главой разведки МИТ Хаканом Фиданом и сирийской делегацией во главе с руководителем Бюро национальной безопасности (БНБ) Сирии Али Мамлюком.
Разоблачение появилось весьма кстати для Дамаска. Несколько дней назад сирийская армия начала наступление в провинции Идлиб против отрядов боевиков, за которыми стоит Анкара. Ситуация в этом районе, который является последним бастионом восставших, делает положение Эрдогана и его спецслужб, основной поддержки восстания против Башара Асада, еще более нестабильным.
Глава турецкой разведки МИТ Хакан Фидан (с) gazetevan.com
Контакты между турецкими и сирийскими спецслужбами направлены в первую очередь на то, чтобы избежать кровопролитного захвата очага сопротивления. МИТ придерживается Сочинских договоренностей, заключенных в сентябре 2018 года, которые предусматривали создание демилитаризованной зоны глубиной 15-20 км. Но у спецслужбы больше нет козырной карты, чтобы получить преимущества без уступок.
По информации от бывших турецких чиновников, контакты между МИТ и БНБ начались в мае 2016 года. Имело место по меньшей мере пять визитов делегации МИТ в Дамаск. Обсуждалось создание каналов обмена информацией с Дамаском, все более настойчивое требование турок, так как их наземные передатчики на территории, контролируемой боевиками, постепенно уничтожились. Большая часть контактов происходило под покровительством иранцев. По информации "Aydinlik", в феврале в Тегеране состоялась встреча вслед за визитом президента Башара Асада.
Высокопоставленные представители разведок двух стран, среди которых глава Главного управления безопасности (ГУБ) Сирии и советник Асада Мухаммед Диб Зайтум, были замечены в Алжире в конце 2018 года.
В Идлибе в составе сирийское армии много иранцев и русских, несмотря на то, что у последних тоже имеются стратегические противоречия.
Так, российская военная полиция ставит палки в колеса иранским советникам в сирийской армии. Да и в самом Дамаске наблюдается раскол. Если глава БНБ Али Мамлюк и ГУБ Зайтум обладают особым положением в переговорах с русскими, то с другой выступает Махер аль-Асада, брат президента и всемогущий командир 4-й танковой дивизии известен тем, что входит в положение иранцев. Военная разведка выступает яблоком раздора: снятие с должности в апреле ее главы Мохаммеда Махла приписывается проискам КСИР, представителям которого не нравилось его сближение с Москвой.
Москва и Тегеран также отличаются в средствах продвижения своих интересов. Если русские больше рассчитывают на свой вес в армии и разведке, то Тегеран полагается на милиционные формирования, которые ведут боевые действия в качестве вспомогательных войск по модели ливанской "Хезбаллы".
