Система ядерной безопасности в мире ослабевает. Президенты двух ядерных сверхдержав Дональд Трамп и Владимир Путин решили выйти из ДРСМД, и опасность ядерной конфронтации нарастает не только в Европе, но и в Азии. Последний тому пример — Индия и Пакистан. Америка хочет отказаться от сдерживания, но у России и Китая есть средства для противодействия ее планам, пишет «Нью-Йорк таймс».
Поскольку Трамп и Путин выходят из договоров, теперь только конгресс может предотвратить гонку вооружений.
Система ядерной безопасности в мире ослабевает и деградирует. Поскольку президенты двух ядерных сверхдержав Дональд Трамп и Владимир Путин решили выйти из договора о запрещении ракет средней дальности, опасность ядерной конфронтации нарастает не только в Европе, но и в Азии. Последний тому пример - Индия и Пакистан. Эти ядерные державы нанесли друг другу авиаудары на линии противостояния в Кашмире. Кроме того, внезапно были прерваны переговоры между Трампом и северокорейским лидером Ким Чен Ыном о начале процесса денуклеаризации.
Самыми прочными и весомыми связывающими звеньями в системе ядерной безопасности выступают договоры, которые нынешние политические деятели отметают в сторону, ничего не предлагая взамен. Поскольку дипломатия оттеснена на обочину, единственное, что остается у политиков для сдерживания противников, - это угрозы применения ядерного оружия. На чем и основывается сдерживание, иначе ядерное оружие как способ устрашения потеряет смысл. Но это может привести к трагическим просчетам. Договоры же приглушают и снижают угрозы. Таким образом, "усиление" сдерживания и устрашения без договоров и дипломатии опасно. Такие действия могут загнать соперника в угол, выбраться из которого будет трудно обоим. Это лишний раз подтвердили Индия и Пакистан.
Надежда отыскать альтернативу сдерживанию умирает последней. В некоторых стратегиях предусмотрено намерение избежать процесса ликвидации ядерного оружия и ракет, доставляющих его к цели. Другие нацелены на достижение победы, а не на сдерживание, и включают создание щита противоракетной обороны в космосе.
Это стремление, уйти от реальности, неизбежно ведет к провалу и усиливает ядерную угрозу. Но сочетание стратегии сдерживания и переговоров доказало свою действенность и эффективность. Один из величайших парадоксов холодной войны состоит в том, что признание взаимной уязвимости на протяжении 30 лет являлось страховкой для контроля над ядерными вооружениями, а со временем помогло существенно сократить арсеналы России и США.
На сегодня новой формой бегства от реальности стало уничтожение договоров. После атак 11 сентября администрации Джорджа Буша объявила, что Америка выходит из Договора по ПРО, подписанного двумя сверхдержавами в 1972 году. Путин в ответ вышел из Договора о сокращении стратегических наступательных вооружений (СНВ-2) от 1993 года, который запрещал ракеты наземного базирования с разделяющимися головными частями. Уничтожение таких ракет было заветной целью сторонников контроля над вооружениями. Теперь Россия развертывает такие средства самым худшим из всех возможных способов, размещая в шахтах ракеты с жидкостными двигателями, которые легко наводятся на цель. Такие условия запросто могут спровоцировать пуск безо всякой проверки при первом подозрении на начало атаки - из страха, что эти ракеты будут уничтожены.
В августе Москва и Вашингтон вполне могут выйти из Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности, подписанного Рональдом Рейганом и Михаилом Горбачевым в 1987 году. Этот договор положил конец гонке ядерных вооружений и холодной войне. Трамп объявил, что Америка выходит из этого договора, даже не пытаясь договориться с Россией об устранении ее нарушений. По мнению Трампа, сохранить договор можно лишь в том случае, если Россия уничтожит нарушающие его условия ракеты. Но сейчас у Путина развязаны руки, и он сможет принимать их на вооружение во все большем числе.
Следующий на очереди - договор СНВ-3. Это единственный уцелевший договор между США и Россией, которым ограничивается количество ракет большей дальности. Его можно продлить еще на пять лет, однако Трампу и его советнику по национальной безопасности Джону Болтону не хватает ни дипломатических навыков, ни, как кажется, заинтересованности для продления соглашения или согласования лучших условий. Плюс к этому Трамп и Болтон выступают за новые планы ПРО по защите всех американских городов от ракет любого происхождения.
Проблема таких планов состоит в том, что ракеты-перехватчики наземного базирования неспособны это сделать. Им не хватит времени, чтобы перехватить цели. Единственная теоретическая надежда защитить американские города заключается в размещении ракет-перехватчиков в космосе. Но эта затея, скорее всего, тоже потерпит неудачу, как и Стратегическая оборонная инициатива президента Рейгана - по причинам технического, финансового и политического свойства. Если США развернут перехватчики в космосе, Россия и Китай, скорее всего, разработают меры по противодействию в виде космических мин, которые будут следовать за американскими перехватчиками космического базирования в расчете на их уничтожение. При этом затраты у русских и китайцев будут меньше в несколько раз. Иными словами, постоянная угроза начала ядерной войны возникнет не только на земле, но и в космосе.
Как нам удалось пережить семь страшных десятилетий после Хиросимы и Нагасаки, не прибегнув к ядерному оружию? Такой результат стал возможен не только благодаря сдерживанию. Его удалось достичь за счет сочетания сдерживания и дипломатии. Такая система безопасности стала величайшим, но непризнанным достижением в эпоху холодной войны. Но сегодня устойчивость и жизнеспособность этой системы оказалась под угрозой.
У сторонников уничтожения договоров нет разумной стратегии и дипломатической дорожной карты по замене разрушаемой ими системы безопасности. Их методы - демонстрация мускулов, диктат и односторонние решения. Но это не стратегия, а вызывающее позирование. Ничем хорошим это не кончится. У России и Китая есть средства для противодействия Америке, которая хочет отказаться от сдерживания и принижает дипломатию. В результате таких действий ядерная опасность только усилится.
Когда исполнительная власть начинает разрушать созданное ранее и пускается во все тяжкие, придать устойчивость государственному кораблю должен конгресс. Избежать новой гонки вооружений будет трудно, но такая возможность есть. Путин знает, что проиграет, потому что у Америки более совершенная техника, а экономика России в плохом состоянии. Стратегия Китая заключается в недопущении чрезмерных затрат и в применении иных средств для противодействия американской силе и влиянию, в том числе, посредством космической и кибернетической войны. Наращивание ядерного потенциала США не является эффективным средством противодействия этим войнам.
Конгресс может сдержать выходки исполнительной власти, обладая властью над кошельком. Обычно сдержанность лучше проявлять исполнительной власти, и кроме того, конгресс не всегда разбирается в нюансах. Однако тактика затягивания это лучшее, что мы можем сделать до смены правительства, а стабилизировать ситуацию в предстоящие два года будет сложно. Тем не менее, новая гонка вооружений не является делом решенным (пока), и если нам хватит здравого смысла, мы сумеем ее предотвратить.
Чем больше ударов вслепую наносит Трамп, чем больше разрушает Болтон и чем чаще Путин сеет страх и выступает с угрозами, тем активнее обязаны действовать облеченные властью люди на Капитолийском холме. Завещанная нам предыдущими поколениями система ядерной безопасности остро нуждается в трансформации. И пока нам некуда обратиться, кроме как в конгресс.
Майкл Крепон - соучредитель вашингтонского исследовательского института по вопросам политики Центр Стимсона (Stimson Center).
Майкл Крепон (Michael Krepon)
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.
