В НАТО учились отражать вторжение, которое Россия не способна провести
На этой неделе в Норвегии завершились учения НАТО Trident Juncture ("Единый трезубец"), ставшие самыми масштабными маневрами в Европе со времен окончания "холодной войны". В соответствии с легендой учений, которые прошли в 1000 км от границ России, союзники НАТО отражали вторжение некого условного противника на территорию Норвегии. Военный обозреватель "Газеты.Ru" Михаил Ходаренок рассказывает, насколько этот сценарий соответствует реалиям военно-политической обстановки.
Маневры "Единый трезубец" прошли у берегов и непосредственно на территории Норвегии в период с 25 октября по 7 ноября. В учениях приняли участие более 45 тыс. военнослужащих из 31 страны, 250 самолетов, 65 кораблей, а также свыше 10 тыс. единиц боевой техники.
В соответствии с замыслом маневров Объединенные вооруженные силы НАТО обороняли Норвегию от вторжения вымышленного государства "Муринус" (в переводе с латыни - "Паук"). Чтобы освободить захваченные гипотетическим противником территории, Североатлантическому альянсу потребовалась переброска войск по морю, высадка морского десанта и нанесение ударов с воздуха.
Генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг заявил, что учения не направлены против конкретной страны, но посылают сигнал, что "альянс готов и способен защитить всех союзников от любой угрозы".
Тем не менее, в российском МИДе заявили, что учения направленны против России. К этому выводу подталкивает и тот факт, что маневры проводились всего в 1000 км от российских границ.
Попробуем разобраться только с одним вопросом - насколько теоретически подобное вторжение в центральную часть Норвегии возможно со стороны России? Причем договоримся сразу - военно-политическую часть в последующем анализе и рассуждениях исключаем полностью, а сосредоточиваемся только сугубо на оперативно-стратегических и военно-технических вопросах.
Чтобы в ходе гипотетических военных действий захватить центральную часть Норвегии, Вооруженным силам России надо провести так называемую воздушно-морскую десантную операцию (ВМДО).
ВМДО, согласно военной науке, относится к совместным операциям и представляет собой совокупность согласованных по цели, месту и времени и проводимых по единому замыслу и плану действий по высадке оперативно-стратегических и оперативных воздушных и морских десантов на территории, занимаемую противником, выполнение ими задач на берегу и их обеспечение. Классический пример ВМДО - операция "Оверлорд" образца июня 1944 года, в ходе которой союзники высадились в Нормандии.
Разумеется, действий подобного размаха и масштаба в Норвегии в настоящее время быть не может.
Но тем не менее, по опыту мероприятий оперативной и боевой подготовки еще советских времен, для успешного проведения ВМДО требуется как минимум несколько воздушно-десантных дивизий и бригад, соединения и части морской пехоты, несколько мотострелковых дивизий.
Теперь разберем особенности осуществления ВМДО по некоторым составляющим.
Для начала уточним, что такое воздушно-десантная операция. В ходе ВДО, как правило, парашютным способом выбрасывается воздушно-десантная дивизия. Если меньше - то это уже не операция, а оперативно-тактический или тактический воздушный десант.
Воздушно-десантные дивизии в составе Вооруженных сил России сегодня есть. Но для того, чтобы осуществить воздушно-десантную операцию, требуется определенное количество военно-транспортных самолетов. Без них ВДО никак не проведешь.
Однако реальность на сегодня такова, что для проведения полноценной воздушно-десантной операции самолетов Военно-транспортной авиации Воздушно-космических сил катастрофически не хватает (нет даже и половины требуемого количества).
В лучшем случае сегодня мы можем выбросить парашютно-десантный полк, но не более.
Так что воздушно-десантная операция при вторжении в Норвегию отменяется просто по причине отсутствия самолетов.
Примерно то же самое относится к осуществлению и морской десантной операции. Для ее проведения требуется хотя бы одна полноценная дивизия морской пехоты (дмп). Сегодня в составе ВС РФ нет ни одной дмп. Единственная 55-я дмп, которая в свое время дислоцировалась на Дальнем Востоке, уже давно расформирована.
Но помимо частей и соединений морской пехоты, для высадки морского десанта требуются и соответствующие морские десантные силы. К примеру, в составе Северного флота сегодня всего пять больших десантных кораблей - четыре БДК проекта 775 и один БДК проекта 11711 "Иван Грен". Самый молодой из БДК проекта 775 - образца 1985 года, то есть сегодня ему уже 33 года. Остальные еще старше - им по 40-42 года. Единственный новый БДК в составе СФ - "Иван Грен". Он принят в боевой состав флота в 2018 году.
Подобными морскими десантными силами можно высадить от силы несколько батальонов, что для гипотетического захвата Норвегии явно недостаточно.
И в этой сфере есть еще один важный нюанс. Основная боевая бронированная машина нашей морской пехоты - БТР-80 и машины на его базе. У них есть один врожденный недостаток - они хорошо плавают только на сравнительно тихой воде, скажем в Севастопольской бухте или Кольском заливе.
Если их выпускать в Норвежское море при волнении, скажем, в три балла, то велика вероятность того, что ни один из БТР до берега так и не дойдет. Ни для кого не секрет, что наши машины этого типа обладают очень низким запасом плавучести и не приспособлены для передвижения по воде даже при сравнительно небольшом волнении.
Обычно в ходе учений большие десантные корабли российского флота подходят к самому берегу, уклон которого составляет 2-3 градуса, открывают носовые ворота, опускают аппарели, и прямо на берег выпускают технику. Однако в боевых условиях такой способ высадки десанта практически не реален. Высаживать морской десант лучше всего с помощью авиации и малых плавсредств, которые базируются на универсальных десантных кораблях.
Для этих целей, к примеру, в ВМС США имеются корабли следующих типов - универсальные десантные, десантно-вертолетные корабли-доки, десантные транспорты-доки. Ничего подобного в российском ВМФ до сих пор нет и в ближайшей перспективе не предвидится.
К примеру, водоизмещение БДК проекта 775 составляет всего 4400 тонн, и этот корабль не имеет вертолетной площадки. Для сравнения: на универсальном десантном корабле ВМС США типа "Уосп", водоизмещение которого составляет 24 тыс. тонн, базируется авиационная эскадрилья самолетов с вертикальным (укороченным) взлетом, вертолеты. Этот корабль может высадить на необорудованное побережье полностью укомплектованный экспедиционный батальон морской пехоты численностью в 1900 морских пехотинцев. По сути дела, "Уосп" представляет собой небольшой авианосец.
Помимо всего прочего, чтобы осуществить успешную воздушно-морскую десантную операцию, необходимо выполнить два важнейших условиях - в районе проведения ВМДО надо захватить полное господство в воздухе и на море. Если этого не сделать, осуществить ВМДО просто невозможно. Десантные отряды будут просто беспощадно растрепаны противником еще на переходе морем.
Захватить и удерживать господство в воздухе на удалении более 1000 км от Кольского полуострова очень трудно, а практически - невозможно.
К примеру, радиус боевого применения истребителей семейства Су имеет сравнимую величину. Но что это означает на практике? Прилетел в район высадки десанта - и сразу по запасу топлива надо возвращаться на аэродром вылета. Как при этом вести воздушный бой и осуществлять дежурство в воздухе - непонятно. А радиус боевого применения основных самолетов непосредственной авиационной поддержки войск составляет следующие величины: штурмовик Су-25 - 200-300 км (в зависимости от загрузки), Су-24 - 650 км (при переменном профиле полета).
Плюс ко всему оперативная емкость аэродромов в Мурманской области весьма и весьма невелика. Да и сами аэродромы можно легко перечислить по пальцам - "Килп-Явр", "Североморск-1", "Оленья", "Мончегорск", "Африканда". Образно говоря, могучую воздушную армию для обеспечения вторжения на этих площадках явно не развернешь. Плюс ко всему возможности по размещению топлива и авиационных средств поражения на этих аэродромах тоже весьма и весьма ограничены, а горючего и АСП потребуется сотни тысяч тонн.
Очень большие вопросы вызывает и возможность завоевания господства на море в районе высадки десанта силами Северного флота. Из крупных надводных кораблей в составе СФ сегодня всего-навсего два крейсера, один эсминец, один фрегат, пять больших противолодочных кораблей (причем далеко не все из них исправны).
Практически все корабли еще советской постройки, а из новых - только фрегат "Адмирал Горшков".
Сказать, что этими силами в сравнении с ОВМС НАТО в Северной Атлантике можно захватить господство на море в районе проведения ВМДО - сильно погрешить против истины. Обстановка мало изменится в лучшую сторону даже если даже прибегнуть к межтеатровому маневру силами и средствами с других флотов.
Кроме того, надо и учитывать погоду, а в Северной Атлантике она мало предсказуема и меняется весьма резко. К примеру, осуществлена посадка войск на десантно-транспортные средства, сформированы десантные отряды, а до района десантирования переход морского десанта морем займет более двое суток. За это время погода в районе высадки от полного штиля может изменить до шторма в девять баллов.
В таком случае десант, лишенный возможности высадиться, рискует оказаться под огнем противника. От английского Портсмута до побережья Нормандии идти менее 200 км, и то в 1944 году не угадали с погодой, в результате чего почти двое суток войска союзников просидели на кораблях в портах Великобритании.
Таким образом, в качестве выводов можно сказать следующее.
В Североатлантическом альянсе очень сильно преувеличивают военные возможности России на этом театре военных действий.
У Москвы сегодня нет даже гипотетической возможности осуществить какое-либо вторжение на территорию альянса, тем более с воздуха и моря. А если такой возможности нет, то высадку какого противника планируют отражать в НАТО?
России требуется практически заново воссоздавать свои морские десантные силы и десантно-высадочные средства, да и в целом - напряженно трудиться над совершенствованием боевого и численного состава армии и флота с тем, чтобы проведение воздушно-морской десантной операции для ВС РФ стало реальностью хотя бы в исторически обозримый срок.
Михаил Ходаренок
