Войти на сайт Зарегистрироваться Забыли пароль?

Мечи на орала

07.03.2018 Военно-промышленный курьер 5544 4
0
Понравилась новость?
+1
Коллаж Андрея Седых
Коллаж Андрея Седых.
Источник: Коллаж Андрея Седых / vpk-news.ru

Опытом сталинской конверсии с успехом воспользовались Китай и ЮАР

Проблемы диверсификации отечественного ОПК сохраняются в большинстве своем со второй половины 80-х годов. Прежде всего из-за погромного характера конверсионных мероприятий в тот период, заданного высшим руководством страны.

За 1986–1993 годы, по оценкам многих западных аналитиков, было безвозвратно утрачено до 65–70 процентов потенциальных объемов производства в секторах ОПК, способных оперативно перейти на выпуск гражданской продукции. Свернуто до 60 процентов НИОКР, нацеленных на комплексную конверсию отечественного ВПК.

Едва ли не в одночасье была разорвана межреспубликанская производственная и научно-техническая кооперация в "оборонке". А по факту денонсации Варшавского договора аннулировались и межгосударственные связи такого рода. До 60–65 процентов совокупного объема военной, двойного назначения и гражданской продукции ОПК РСФСР, а также свыше 40 процентов всех НИОКР по конверсии были результатом многолетней кооперации с союзными республиками и странами ОВД.

“Свыше двух миллионов человек, половина личного состава сухопутных войск НОАК, стали рабочими и инженерами на конверсионных производствах”

Проблемы усугубились рекордно скорым разгосударствлением, охватившим и "оборонку", и почти всю производственную и финансовую сферу. Все это сопровождалось дефицитом отечественных конверсионных технологий, высококвалифицированных кадров.

Последствия вряд ли позволяют рассчитывать на быстрые темпы и короткие сроки реализации крупных конверсионных программ, поскольку Россия обречена на комплексную реорганизацию своего ОПК в расчете только на собственные научно-технологические и кадровые возможности. Работа такой капиталоемкости, что отмечают даже американские и британские СМИ, по силам только государству, располагающему "длинными" деньгами. Процесс займет, по западным оценкам, минимум 15 лет. Это при благоприятной военно-политической ситуации. Но введенные в 2014 году антироссийские санкции сохранятся на обозримую перспективу. А они прямо или косвенно касаются и конверсионных сегментов нашего ВПК, распространяясь также на зарубежные компании и финансовые структуры, продолжающие сотрудничать с РФ в высокотехнологичных секторах. Фактически санкционный режим распространяется на все страны ОДКБ – ЕАЭС.

В предыдущем послании Федеральному собранию (в декабре 2016-го) президент поставил задачу довести уже к 2025 году долю гражданской продукции до 30 процентов от общего объема производства ОПК, а в начале 2030-х – до 50 процентов. Поскольку объем гособоронзаказа будет снижаться, многие предприятия в ускоренном режиме разрабатывают и запускают конверсионные программы. Но реальный уровень их совокупного финансирования, по имеющимся данным, составляет максимум 60 процентов от требуемого, а при ограниченности финансовых ресурсов государства и задействованных в ОПК российских банков этот показатель и к середине 2020-х едва ли достигнет 80 процентов.

Напомним, что только за первую половину 90-х резкое (более чем в семь раз) сокращение оборонного заказа повлекло за собой потерю около 300 современных технологий, из которых порядка половины включали разработку и производство продукции двойного и гражданского назначения. Но и в тот период, и сегодня расчетная прибыль от производства условной единицы военной продукции с учетом доходов от ее экспорта минимум на треть выше, чем гражданской. Стало быть, в конверсионном контексте оборонным предприятиям к 2025–2030 годам нужно в разы увеличивать производство и сбыт гражданских товаров, чтобы компенсировать выпадающие доходы от высокорентабельной ПВН. Но переориентация наряду с длительными технологическими сроками впрямую зависит как от реального финансирования, так и от спроса. А на мировом рынке сверхвысоким был и остается спрос отнюдь не на гражданскую, а именно на военную продукцию российского ОПК.

Что касается трендов в финансировании российской "оборонки" с ее конверсионной составляющей, по данным "Блумберга" (Bloomberg), из-за растущего санкционного давления "Кремль рассматривает идею отказа от услуг двух крупнейших банков страны – Сбербанка и ВТБ для финансирования ОПК". Притом что большую часть расходов по кредитованию программ дооснащения оборонных предприятий берут на себя именно крупные банки – только за прошлый год объем предоставленных ими средств составил 197 миллиардов рублей. Отмечено также: "Изучается возможность прямого выделения средств на эти цели из федерального бюджета. Но последнее приведет к увеличению государственных заимствований РФ".

Можем многое, нужно больше

Между тем конверсия продолжает развиваться. Скажем, Станкомаш еще в июне 1992 года одним из первых в стране освоил производство полного ассортимента для обустройства нефтяных и газовых скважин. Сохранив научно-технический, финансовый и кадровый потенциал, предприятие в кратчайшие сроки вошло в первую пятерку производителей этого оборудования в России.

Концерн "Техмаш" увеличивает выпуск разнообразного гражданского ассортимента, включая мебель, химпродукцию, оборудование для отраслей пищепрома. Завод имени Серго (Татарстан) наладил выпуск холодильного и смежного оборудования различного предназначения. Ижмаш (концерн "Калашников") развивает производство гражданских и "двойных" беспилотников, продукции судостроения, а НИИ прикладной химии – производство спасательных и сигнальных средств. ЦНИИ "Буревестник" налаживает изготовление оборудования для автоматизированной сортировки и утилизации твердых бытовых отходов – на НИОКР по такой технике запланировано 1,5 миллиарда рублей и уже имеются договоренности с инвесторами, а серийное производство намечено с 2019 года. Холдинг КРЭТ, сохраняя серийный выпуск новейших бортовых комплексов "Президент-С", создал и планирует ввести в серию CardioMarker – ультрасовременный прибор для мониторинга организма. На базе НПО "Сатурн" осваивают серийное производство мощных газотурбинных установок. Уральский оптико-механический завод, входящий в холдинг "Швабе", наращивает производство медтехники для перинатальных центров, оптического и звукозаписывающего оборудования.

По данным Ростеха, во входящих в госкорпорацию "Росэлектронике", "Швабе" и "Автоматике" идет в рост выпуск гражданской продукции по пяти направлениям – промышленный интернет вещей, защищенные системы хранения данных, телемедицина, умный город и робототехника. На этих предприятиях долю означенной продукции в структуре выручки к 2025 году планируют довести до 60 процентов.

Благодаря господдержке растет доля гражданской продукции в авиационной сфере. Скажем, свыше половины авионики для гражданского самолета MC-21 ныне изготавливается на предприятиях Ростеха. Схожие тренды в других конверсионных сегментах.

И все же, как считает первый вице-президент Российского союза инженеров Иван Андриевский, успешных примеров конверсии пока не так много. В том числе потому, что под гражданской продукцией предприятия ОПК порой понимают достаточно специфические товары, не имеющие отношения к повседневному потребительскому спросу. К примеру, ОСК числит гражданскими суда и ледоколы невоенного профиля. Впрочем, многие оборонные предприятия выпускают гражданскую продукцию не потому, что хотят заработать на продажах населению и бизнесу, а по указке сверху. При таком отношении трудно добиться подлинной вовлеченности в процесс. Есть и ограничения, накладываемые устаревшими оборудованием и технологическими схемами.

Директор Института народно-хозяйственного прогнозирования РАН академик Виктор Ивантер уверен, что на гражданские направления способны ускоренно переформатироваться, и это уже происходит, ОАК, ОДК, ОСК, "Вертолеты России", "Швабе", "Алмаз-Антей". Они наращивают долю гражданских самолетов, вертолетов, двигателей, судов, телекоммуникационного, медицинского оборудования, которая уже сейчас достигает 20–25 процентов.

Многие другие эксперты отмечают, что через Фонд развития промышленности кредиты на конверсию выдаются всего под один процент в первые три и под пять процентов в последующие годы. Российский экспортный центр все активнее помогает продвигать конверсионную продукцию на международных выставках. Но комплексная реализация стратегии опять же зависит от множества взаимосвязанных факторов финансового, технологического, географического, геополитического порядка и от потребительской конъюнктуры. Гонка за показателями чревата тяжелыми последствиями для всей национальной экономики.

Государство и качество

Схожие проблемы с середины 80-х годов пришлось решать Китаю. Но тамошняя конверсия выстраивалась на основе тщательно проработанной по регионам и отраслям долгосрочной госпрограммы подобно аналогичной советской, реализованной в первое послевоенное десятилетие. Причем и в СССР того времени, и в КНР неукоснительно выполняли рекомендацию Сталина: "Нам требуются не рекорды темпов роста, а рост качества в этих темпах".

Китайские оборонные заводы получили мощнейшую финансовую господдержку, а вскоре и крупные кредитно-инвестиционные ресурсы от национальных коммерческих банков под выгодные для них ставки, компенсируемые государством. Примерно для 80 процентов предприятий ОПК КНР были разработаны подробные конверсионные программы.

Примечательно, что уже к середине 90-х свыше двух миллионов человек – половина личного состава сухопутных войск НОАК – стали рабочими и инженерами в конверсионных производствах. На них очень быстро отладили выпуск фото-, радио- и телеаппаратуры, микроавтобусов, авиатехники для сельского и лесного хозяйства, биогазовых установок и двигателей, мотоциклетной техники, велосипедов. Параллельно было рассекречено свыше 2200 передовых военных НИОКР для использования в гражданском секторе. Уже к 1997 году китайский ОПК серийно выпускал почти 20 тысяч видов гражданской продукции, причем 65 процентов ассортимента составляли экспортно ориентированные промышленные товары. А к началу 2010-х доля "гражданки" и товаров двойного назначения в валовой продукции ОПК КНР достигла почти 70 процентов против 20 в середине 70-х годов.

vpk-news.ru

В современных же условиях наблюдается тенденция к тому, чтобы новые промышленные технологии, внедряемые в гражданские, двойные и бывшие военные производства, содержали в себе возможности ускоренной реконверсии. Особенно это характерно для судо- и энергомашиностроения, телерадиоэлектроники КНР.

Схожая программа конверсии реализована в ЮАР в 90-х – начале 2000-х – та же мощная господдержка, но с участием финансовых и промышленных структур Запада, детальные проекты для конкретных предприятий, массовая подготовка кадров. В результате к началу 2000-х доля гражданской и двойной продукции в ВПК ЮАР превысила 55 процентов. Наиболее активно в местном оборонном комплексе растет производство гражданских товаров химпрома, авиа-, судо- и приборостроения, строительного, транспортного, добывающего оборудования.

И в КНР, и в ЮАР использовался успешный опыт советской послевоенной конверсии, разработанной и реализованной под патронатом государства по окончании Великой Отечественной. В составе Госплана СССР еще 9 июня 1945 года была образована особая комиссия, которой поручалось рассмотрение проектов специализации заводов вооружения, боеприпасов, танковых и авиационных, освобождаемых полностью или частично от выпуска военной продукции. Основная цель начавшейся еще в конце 1944 года конверсии, как отмечал тогдашний глава Госплана Максим Сабуров, решалась тремя основными вариантами. Наименее затратный: завод не менял профиля, продолжая выпускать те же изделия, но уже и по заказам гражданских наркоматов. В объеме конверсии доля такого сегмента достигала почти 40 процентов. "Смешанный" вариант: предприятие продолжало поставки в Вооруженные Силы, но 20–35 процентов его мощностей переводилось на выпуск разнообразной гражданской продукции. Доля этого сегмента составляла около 35 процентов. Третий вариант: полное освобождение предприятия от военного обременения.

Впоследствии инициированная Хрущевым чехарда в управлении экономикой в сочетании с секвестрами по всему комплексу Вооруженных Сил страны привела в том числе к неразберихе в реализации упомянутых конверсионных вариантов и к резкому удорожанию соответствующих программ, как первых послевоенных, так и последующих.

Послевоенная программа включала и проведение конверсии на большинстве предприятий, ранее эвакуированных в тыловые регионы, а затем возвращаемых в прежнее местоположение. По имеющимся данным, доля таких мощностей составила к середине 50-х не более 60 процентов от ранее передислоцированных. Ибо учитывалась потенциальная уязвимость экономики западных советских регионов ввиду быстрого ухудшения политических отношений СССР с Западом.

К 1948 году было принято свыше 15 правительственных постановлений о конверсии, предусматривавших, во-первых, восстановление прежней или развитие новой специализации оборонных предприятий с подробными предписаниями по большинству видов продукции. Во-вторых, для каждой подотрасли вводились нормативы по мощностям военного и двойного назначения. В-третьих, запускалась схема-шахматка производителей-потребителей конверсионной продукции по всей территории СССР. Эти предписания распространялись на три вышеупомянутых варианта конверсионных мероприятий, охватывали систему подготовки профильных кадров и полностью финансировались государством, расходы которого в означенной сфере за 1946–1953 годы возросли более чем втрое.

Комплексные конверсионные меры первого послевоенного десятилетия оказались весьма продуктивными. В конце ноября 1951 года Сталин на совещании глав правительств стран – союзников СССР заявил: "Нужно учитывать ухудшение военно-политической ситуации для СССР и стран народной демократии. Но потребности населения в обычной продукции быстро растут, что нельзя игнорировать. Поэтому требуются такие программы по производству современных видов вооружений, которые могли бы выполняться без крупного ущерба гражданским производствам. И которые можно было бы в наименьшие сроки переводить, полностью или частично, на выпуск обычной продукции или наоборот". Именно по этому пути, повторим, осуществляется с 2010-х конверсия/реконверсия в КНР.

В послевоенном СССР замедление в 1952–1953 годах темпов в производстве конверсионной продукции было частично компенсировано с 1953-го ростом мощностей в гражданских отраслях – пищевой, легкой, деревообрабатывающей, по выпуску холодильников и радиоприемников. Но к концу 50-х годов почти все эти сектора оказались в стагнации вследствие хрущевских экспериментов и нового обострения военно-политического противостояния с Западом.

Сегодня на разработке и осуществлении конверсионных программ в России сказывается комплекс как экономических и технологических, так и геополитических факторов. Не исключено, что оптимальным вариантом в связи с усилением военно-политического прессинга на Россию может стать тот, о котором говорил Сталин в 1951-м. И реализуемый в КНР с начала 2010-х.


Алексей Чичкин, кандидат экономических наук


Опубликовано в газете "Военно-промышленный курьер" в выпуске № 9 (722) за 6 марта 2018 года

06.03.2018
Права на данный материал
принадлежат Военно-промышленный курьер
Материал размещен правообладателем
в открытом доступе
Оригинал публикации
  • В новости упоминаются
Продукция

  • Похожие новости
  • Комментарии
Комментариев 4, отображено с 1 по 4
RU
штурм
3873
№1
07.03.2018 23:55
Цитата, q
Стало быть, в конверсионном контексте оборонным предприятиям к 2025–2030 годам нужно в разы увеличивать производство и сбыт гражданских товаров, чтобы компенсировать выпадающие доходы от высокорентабельной ПВН. Но переориентация наряду с длительными технологическими сроками впрямую зависит как от реального финансирования, так и от спроса. А на мировом рынке сверхвысоким был и остается спрос отнюдь не на гражданскую, а именно на военную продукцию российского ОПК.

На мировом рынке всё больше востребована  высокорентабельная военная продукция, по логике мы должны значительно увеличить её выпуск и для этого дать дешевые кредиты ВПК.

Но вопреки ЗДРАВОЙ ЛОГИКЕ принудительно насаживается программа Конверсии чтобы предприятия вместо высокорентабельных систем вооружения выпускали дешёвый ширпотреб и окончательно разорились.....

Господа вы на госдеп США работаете????
0
Сообщить модератору
RU
mikhalich
5365
№2
09.03.2018 09:17
Цитата, штурм сообщ. №1
Но вопреки ЗДРАВОЙ ЛОГИКЕ принудительно насаживается программа Конверсии чтобы предприятия вместо высокорентабельных систем вооружения выпускали дешёвый ширпотреб и окончательно разорились.....

У нашей доли на рынке вооружения есть вполне четкий предел - 15-17 млрд долларов. Больше просто некуда продавать.

Попытка гнать на экспорт гражданскую технику чревата санкциями.

В теории надо бы всю мощщщу направить в высокотехнологичесные гражданские проекты, такие как гражданская авиация и мед. оборудование, нефтегазовое оборудование. Рынок там большой(одних среднемагистральников в РФ вроде более тысячи штук списочно), медоборудование нужно всем и всегда.

И потихоньку начинать обеспечивать самим себя в самых критичных вещах, создавая рабочие места и хотя бы какой-то технологический суверенитет.

А шипротреб нам либо и так продадут, либо его освоят частники-воротилы, когда прижмет.

Алсо, у нас очень немного населения, так что развитие робототехники нам будет крайне интересно. Т.е. было бы желание.
+1
Сообщить модератору
RU
mikhalich
5365
№3
09.03.2018 09:19
А вообще в целом гражданская хайтековая промышленность у нас появится либо почкованием от оборонки, либо не появится вообще. Естественные пути возникновения гражданского хайтека для нас уже закрыты, кмк.
+1
Сообщить модератору
RU
BorSch
5446
№4
09.03.2018 10:31
Цитата, q
Послевоенная программа включала и проведение конверсии на большинстве предприятий, ранее эвакуированных в тыловые регионы, а затем возвращаемых в прежнее местоположение. По имеющимся данным, доля таких мощностей составила к середине 50-х не более 60 процентов от ранее передислоцированных.
В статье очень много %-ных численных значений, думаю все они, или почти все, взяты автором "с потолка", выдуманы. По каким-таким "имеющимся данным"?!

Мой город был построен перед войной в нетронутом лесу, точнее были "с чистого листа" построены два авиационных завода, металлургический и машиностроительный, и город для его сотрудников. Место для энергоемких производств было выбрано из-за близости к Каширской ГРЭС (первой по плану ГОЭЛРО).
Фашисты город не заняли, были остановлены в 20 км., за Каширой.
Но оба завода были эвакуированы, в Каменск-Уральский и в Павлово-на-Оке. Возвращаться начали еще до окончания войны, но восточные заводы не закрылись.
Так вот, никакой конверсии не было и в помине - вместо двух военных заводов после войны стало четыре.
Более того, все 4 упомянутых предприятия и сейчас работают на ВПК. Знаю, потому что контактирую с ними всеми по работе. Конечно продукция изначально "двойного назначения", потому что используется и в гражданском авиапроме.

Есть еще немало подобных примеров - практически у всех подмосковных и московских стратегических предприятий есть "дублеры" в Поволжье, на Урале и в Сибири.
После войны военно-промышленный потенциал СССР удвоился.
Выводы автора считаю ошибочным заблуждением.
Цитата, mikhalich сообщ. №2
И потихоньку начинать обеспечивать самим себя в самых критичных вещах, создавая рабочие места и хотя бы какой-то технологический суверенитет
Добавлю перца - не "потихоньку начинать", а сделать главнейшим приоритетом государственной промышленной политики.
Цитата, mikhalich сообщ. №3
Естественные пути возникновения гражданского хайтека для нас уже закрыты, кмк.
Санкции вынуждают осваивать hi-tec продукцию у себя, а ВПК - естественный гарантированный стартовый рынок сбыта. Может что и получится - главное не опускать руки и не пускать вопрос на самотек!
0
Сообщить модератору
Хотите оставить комментарий? Зарегистрируйтесь и/или Войдите и общайтесь!
loading...
ПОДПИСКА НА НОВОСТИ
Ежедневная рассылка новостей ВПК на электронный почтовый ящик
  • Разделы новостей
  • Обсуждаемое
другие обсуждаемые темы