Россия, Турция и Иран договариваются о зонах влияния без Америки
В Сочи прошла встреча Владимира Путина, Реджепа Эрдогана и Хасана Роухани, посвященная проблемам сирийского урегулирования. Этот саммит имеет определяющее значение для развития ситуации не только в Сирии, на Ближнем Востоке, но и в странах постсоветского пространства, для которых Турция и Иран – ближайшие соседи.
Безусловно, взаимоотношения России с ними существенным образом сказываются на ситуации в СНГ. Дело в том, что эти страны в значительной степени, хотя и по-разному, влияют на Закавказье через тюркскую близость и государства Центральной Азии, будучи странами мусульманского мира.
“Сочинский саммит России, Турции и Ирана окажет серьезное влияние на ситуацию в Закавказье и Центральной Азии”
Чем еще важна эта тройственная встреча? Не секрет, что в армяно-азербайджанском конфликте вокруг Нагорного Карабаха Турция является симпатизантом Азербайджана, а Иран, как известно, через свою территорию во многом обеспечивает отношения с внешним миром Армении, которая находится в полублокаде. Несмотря на то, что в Иране достаточно много этнических азербайджанцев. То есть координация между Россией, Ираном и Турцией определенно поможет стабилизации ситуации в Закавказье.
Что касается стран Центральной Азии, то турки ведут в них достаточно активную работу. Спонсируют, к примеру, открытие там мусульманских университетов, строят мечети. В определенной степени тюркское проникновение и влияние чувствуется, хотя в меньшей степени, нежели в предыдущие годы. Власти Турции отвлеклись на ситуацию вокруг Сирии и оттого занимаются этим регионом меньше.
У Ирана есть стремление расширить свое влияние на центральноазиатские государства, но получается не столь масштабно. Два месяца назад в крупнейшем тегеранском университете один из профессоров задал вопрос: почему не складываются конструктивные отношения с центральноазиатскими лидерами? Ответ прост – именно со стороны Ирана они чувствуют конкуренцию. В этих государствах власть авторитарная, но принципиально светская. А Иран – государство теократическое, и этого опасаются.
Турки и персы конкурируют и в региональной части Ближнего Востока – обе страны считают себя вправе быть лидером, они борются за это. Тем не менее главы Турции и Ирана встретились на саммите в Сочи. Почему? Исходя из реальности. Каждая из сторон участвует в сирийском конфликте, причем Иран вовлечен в него в гораздо большей степени, чем у нас это показывают. Все хотят получить зоны влияния в Сирии, имея для того значительные рычаги и возможности. Думаю, на саммите проводились некие разграничительные линии. То есть шел прагматический торг тех, кто в настоящий момент владеет ключами от Сирии. При этом все три стороны чувствуют желание американцев после окончания войны прибежать, переделить все в свою пользу и объявить себя победителями. И стараются этого не допустить.
Что касается того, насколько крепки эти договоренности, скажу: с моей точки зрения, они ситуационные. Но это лучше, нежели противостояние.
Владимир Жарихин, заместитель директора Института стран СНГ
Опубликовано в газете "Военно-промышленный курьер" в выпуске № 49 (713) за 20 декабря 2017 года
