Возвращаемся в 1950-е годы?
о время «золотой эры» китайско-советских отношений, в 1950-е годы, вопросы военно-морского флота были наиболее актуальными в повестке существовавшего в то время альянса. Мао Цзэдун рассчитывал на то, что Кремль обеспечит его морским флотом (или, по крайней мере, соответствующими технологиями), что позволит Пекину, наконец, захватить Тайвань. Китайский военно-морской флот получил некоторое количество впечатляющих платформ, в том числе в виде дополнения самые современные подводные лодки с баллистическими ракетами на борту, что свидетельствовало о несомненной близости отношений между двумя странами. Однако советские лидеры также намеревались получить стратегическую выгоду от этой сделки, в том числе возобновление доступа на старую российскую военно-морскую базу в Порт-Артуре ((旅顺港), размещение специальных станций для морской коммуникации с подводными лодками, находящимися на просторах Тихого океана, и даже возможность осуществлять управление китайскими кораблями в рамках структуры «совместного флота». Разумеется, все эти амбициозные планы были резко остановлены в начале 1960-х годов, а разбились они о камни чрезмерно больших личностных амбиций лидеров и националистические догмы.
Не происходит ли сегодня возвращение в 1950-е годы? Маловероятно, однако близость Пекина и Москвы, судя по всему, является стабильной характеристикой современной глобальной политики. В июле нынешнего года корабли Военно-морских сил Народно-освободительной Армии Китая совершили впечатляющий визит в Балтийское море, где один из самых современных и наиболее оснащенных китайских кораблей типа 052D впервые в своей истории принял участие в совместных учениях в таком непростом регионе. Одна китайская газета приводит слова американского аналитика, который предположил, что эти учения «вызывали неприятные ощущения у государств этого региона» ([引起演地区国家的紧张]. В этой статье, опубликованной 22 сентября в китайской военной газете China National Defense (中国国防报), содержится довольно детальный разбор второго этапа российско-китайских военно-морских учений, который был проведен в сентября 2017 года в Тихом океане. Западные средства массовой информации довольно компетентно осветили эти учения, однако некоторые дополнительные детали и контекст их проведения могут помочь провести более полную оценку.
Как показывают восьмые по счету совместные военно-морские учения, начало которым было положено в 2012 году, этот процесс в настоящее время уже хорошо отлажен. Россия и Китай, начиная с 2015 года, проводят два раза в год совместные маневры, и это может служить доказательством того, что обе страны видят в этом пользу. Последние учения во Владивостоке, похоже, не привлекли к себе особого внимания, и в них участвовал лишь небольшой китайский контингент — всего четыре корабля Военно-морских сил НОАК. Там не было ни одного крупного десантного корабля с морскими пехотинцами, участвовавшими в предыдущих учениях. Однако газета China National Defense делает совершенно иной вывод. «Хотя китайская сторона на направила большого количества кораблей, все они, тем не менее, были относительно современными» ([中方参演舰艇数量虽然不多，但性能普遍比较为先进], — подчеркнул автор статьи. Китай, на самом деле, направил на учения построенный в десять лет назад эсминец «Shijiazhuang» (довольно старый по китайским меркам), однако заправщик был новым (построен в 2015 году), а судно корабль для спасения подводных лодок был принят на вооружение всего несколько лет назад — в 2013 году. Фрегат серии 054 также входил в китайскую эскадру. Российское участие, конечно же, было большим — восемь кораблей и судов. Заметным было также участие со стороны России малых и больших противолодочных кораблей (ASW), а также двух больших противолодочных самолетов Ил-38.
Центральное место в ходе этих учений, судя по всему, занимала отработка действий по спасению экипажей подводных лодок. Как оказалось, китайский военно-морской флот обладает самым совершенным глубоководным аппаратом LR7, предназначенным для спасения подводных лодок. Он был построен в Соединенном Королевстве, а китайские моряки все более уверенно используют этот закупленный за границей аппарат, в том числе в ходе таких международных учениях как RIMPAC, проходивших в середине 2016 года. Имеет смысл вспомнить о том, что международное сотрудничество помогло спасти экипаж российского батискафа в 2005 году в Тихом океане, что подчеркивает важность такого рода учений. 20 сентября была проведена учебная спасательная операция с участием подводной лодки, находившейся на глубине 50 метров. В ходе этих учений использовались необитаемые подводные аппараты (水下航行器), а также отрабатывались медицинские процедуры в отношении пострадавших матросов. Следует признать, что такого рода учения являются обычным явлением для военно-морских сил США, а также для военно-морских флотов союзных государств, в том числе Японии. Тем не менее, следует отметить, что в ходе этих российско-китайских учений акцент был сделан на проведении подводных операций.
Как подчеркивается в статье, опубликованной в газете China National Defense, «один из экспертов отметил, что подобного рода учения важны для (китайского) подводного флота, поскольку они повышают оперативные возможности на дальних морских рубежах» [有专家指出，这个演习科目有利于提高潜艇远海行动能力].
Кроме того, в этой статье подчеркивается, что противолодочные учения являются наиболее важными для военно-морских флотов всех стран, и поэтому совместные учения в этой приоритетной области свидетельствуют о достигнутом высоком уровне сотрудничества. В другой статье, опубликованной в ежедневной молодежной газете (中国青年报), сотрудник Военно-морской инженерной академии НОАК (海军工程大学)делает несколько дополнительных замечаний, имеющих отношение к ведению подводной войны. В этой статье подчеркивается значение первого посещения китайскими военными кораблями Охотского моря (鄂霍次克海), которое «великолепно подходит для проведения операций с участием подводных лодок [非常适合潜艇活动]. Автор статьи отмечает очень важное значение Охотского моря для российских атомных подводных лодок с баллистическими ракетами на борту (SSBN), которые могут без особого труда достичь основной территории Соединенных Штатов ([可抵达美国本土]. Кроме того, автор статьи подчеркивает, что выбранный маршрут является самым коротким для попадания боевых кораблей китайского военно-морского флота в акваторию Северного Ледовитого океана, имеющую «важное стратегическое значение».
Нет необходимости преувеличивать опасности для Запада, связанные с укрепляющимся российско-китайским стратегическим сотрудничеством. Эти учения, в действительности, не были масштабными, и они не были открыто угрожающими по своему характеру. Как уже было отмечено, центральное место в этих учениях занимали поисково-спасательные операции. В другом своем комментарии я даже предположил, что растущее стратегическое сотрудничество между Москвой и Пекином может, на самом деле, быть критически важным для стабилизации ситуации, связанной с Южной Кореей.
Однако было бы ошибкой игнорировать или принизить значение совместной российско-китайской активности в военно-морской области. Во что сказано по этому поводу в газете «Китайская национальная оборона»: «Не только отношения в области стратегического сотрудничества стали более близкими, но и укрепилось сотрудничество на тактическом и технологическом уровне» ([不仅在战略层面上合作更加紧密，而且在战术技术层面的合作更加深入扎实]. Нет сомнений в том, что Пекин и Москва могут значительно увеличить масштабы и интенсивность совместных учений, хотя в последних маневрах нельзя было не заметить определенной сдержанности, и они, похоже, не были направлены на то, чтобы как-то повлиять на хрупкий региональный стратегический баланс — особенно в свете существующей уже напряженности вокруг Корейского полуострова. Однако подобная разумная и мягкая позиция, конечно же, может быстро измениться. Западные стратеги, на самом деле, должны иметь в виду следующее: если они попытаются создать похожую на НАТО структуру в районе Индийского и Тихого океанов, то они, вероятно, столкнутся с очень серьезными последствиями и ответными шагами, включая существенным образом повышенное российско-китайское военное сотрудничество.
Лайл Голдстейн читает лекции по военной стратегии в Институте исследований китайского военно-морского флота (China Maritime Studies Institute) Военно-морского колледжа США в Ньюпорте, штат Род-Айленд.
