В публикации "Foreign Fighters de l’EI : des chiffres surestimés ?" бюллетеня TTU сообщается, что после падения Ракки в середине октября, которая была последним бастионом ИГ, со всей актуальностью встал вопрос об иностранных бойцах группировки. Будут ли они возвращаться на свою родину и в первую очередь Европу? Или же они рассеются по другим конфликтогенным зонам, каковыми уже являются Ливия, Йемен, Афганистан или отдельные страны в Африке?
Появляются различные оценки и доклады, которые пытаются оценить различны варианты, опираясь на те данные, которые представляют страны антитеррористической коалиции и их партнеры в отношении своих сограждан - "участников" и "возвращенцев" за вычетом погибших. По данным Европейской комиссии, порядка 2000-3000 европейцев находятся на пути домой.
Боевики "Халифата" (с) Интернет
В случае стран-основных "поставщиков" бойцов для ИГ (Россия, Саудовская Аравия, Иордания и Тунис), 10% бооевиков уже вернулись. Аналогичная ситуация имеет место во Франции: из 2000 французов, которые, как считается, воевали в Ираке и Сирии, 271, по данным МВД страны, вернулись. В целом, на протяжении трех лет общая оценка числа иностранцев в рядах ИГ практически не менялась - 35000 человек. Все государства относились к ней как к данности, и именно от нее отталкивались в своих подсчетах.
Однако "полевые эксперты" сомневаются в этой цифре после свидетельств сирийского и иракского гражданского населения в освобожденных городах. Группировки ИГ в основном были представлены местными жителями и патрулировали некоторые населенных пункты без создания там постоянных баз. Об этом сообщили TTU гражданские источники из населенных пунктов на севере Сирии и в Мосуле.
Число трупов иностранных боевиков, которые находят в каждом освобожденном городе, на самом деле намного меньше приводимых цифр, и проследит пути беглецов, которые смешались с беженцами, направляющимися в Европу, а также заключенных в Сирии, Ираке и Турции, все же довольно сложно оценить.
Из этого вытекает ощущение, которое весьма сильно среди сирийского и иракского населения, что людские ресурсы ИГ, в особенности его иностранная компонента, были сильно переоценены для того, чтобы оправдать применение военных методов для борьбу с организацией, ставшей приоритетом для западных и местных государств. Это чувство только усиливается оттого, что те же страны не могут подготовиться к послевоенной ситуации, кто сводит военную победу к очередному этапу в переходе к новому кризису.
