Вашингтон рассказал все, что знал о новом секретном русском оружии, но не убедил Москву
Вашингтон рассматривает возможность пересмотра Договора о сокращении ракет средней и меньшей дальности (РСМД). Соответствующее заявление главы Тихоокеанского командования вооруженных сил США адмирала Гарри Гарриса прозвучало вскоре после обнародования нового доклада Госдепартамента, в котором утверждается: Москва продолжает нарушать условия соглашения — в частности, проводит испытания нового типа крылатых ракет наземного базирования (КРНБ). В докладе впервые официально перечисляются сведения о нарушающей договор ракете, которыми располагают США и которые были переданы российской стороне.
«Я не считаю, что мы должны выходить из договора. Но мы должны пересмотреть его»,— заявил Гарри Гаррис в четверг в ходе слушаний в комитете по делам вооруженных сил Сената США. По его словам, договор не работает: «Теоретически он связывает обязательствами две страны. Но одна из них нарушает условия, при этом не неся за это никакую ответственность. А вторая твердо придерживается обязательств». Днем ранее на эту же тему адмирал Гаррис высказался в аналогичном комитете Палаты представителей. Отвечая на вопросы конгрессменов, он подтвердил: власти США рассматривают возможность перезаключения договора или даже выхода из него — тем более что такие страны, как Китай и Иран, соглашения не подписывали и поэтому сейчас активно развивают свои ракетные программы.
Заявления высокопоставленного военного прозвучали вскоре после обнародования ежегодного доклада Госдепартамента «О соблюдении международных соглашений в области контроля над вооружениями, нераспространения и разоружения». В документе среди прочего выдвигаются претензии в адрес России — та, по данным американских военных, нарушила обязательство «не производить и не испытывать крылатую ракету наземного базирования дальностью от 500 км до 5,5 тыс. км, а также не иметь и не производить пусковые установки для таких ракет».
Авторы доклада напоминают, что США с 2013 года выражают беспокойство в связи с деятельностью РФ в этом направлении и за это время передали российской стороне «более чем достаточно информации для того, чтобы определить, о какой ракете идет речь». В частности, как сообщается, Москве были переданы индекс обозначения подвижной пусковой установки (ПУ), названия компаний, участвующих в производстве и разработке этой ракеты и ПУ, а также сведения об истории испытаний (в том числе координаты точек запуска). Отдельно уточняется, что речь идет не о крылатой ракете Р-500 для комплекса «Искандер», которая уже давно и хорошо всем известна.
Напомним, на прошлой неделе в интервью “Ъ” (см. номер от 20 апреля) замглавы МИД РФ Сергей Рябков заверил, что Москва получила «лишь очень отрывочные, фрагментарные и недокументированные сигналы с американской стороны». Дипломат добавил, что видел лишь американский индекс (нарушающий договор о РСМД ракеты.), классификацию, которая была обнародована путем «слива» в публикации в газете The New York Times — речь якобы идет о SSC-8 по классификации США (в российской классификации встречается индекс 9М729).
«Если вся указанная информация действительно была передана, то я не понимаю, как российские официальные лица могут утверждать, что не знают, о чем говорят американцы. Похоже, они разыгрывают из себя непонятливых»,— заявил “Ъ” эксперт по ядерному оружию Федерации американских ученых Ганс Кристенсен, предположив, что речь действительно идет о SSC-8. Эту же ракету в разговоре с “Ъ” назвал и старший научный сотрудник Института ООН по исследованиям в области разоружения Павел Подвиг, добавив, что она может быть «наземным вариантом ракеты морского базирования “Калибр”». «Но если это “Калибр”, то где-то должна существовать мобильная пусковая установка для нее. По сведениям из американских источников, у ПУ для “ракеты-нарушителя” есть “горб” (hump) и она длиннее, чем установка стандартного “Искандера”. Но такой ПУ никто не видел»,— отметил эксперт.
Павел Подвиг обратил внимание на фразу из доклада Госдепартамента о том, что власти РФ пытались «замаскировать сущность программы», нарушающей договор о РСМД. «Возможно, в России считают, что эти попытки были успешными, и намерены их продолжать»,— резюмировал собеседник “Ъ”.
Вместе с тем председатель совета ПИР-Центра генерал-лейтенант в отставке Евгений Бужинский в разговоре с “Ъ” иначе расставил акценты: «Может, мы действительно что-то и испытали. Но таким образом американцам был послан четкий сигнал, что наглое нарушение ими договора без ответа не останется». Эксперт пояснил, что в первую очередь имеет в виду развертывание американской стороной в Румынии наземных пусковых установок Mk 41 в рамках системы Aegis Ashore. «Эти пусковые установки при перезагрузке могут стрелять противоракетами. То есть на земле, как и на море, в эти контейнеры могут загружаться ударные средства, что запрещено договором»,— пояснил ранее “Ъ” Сергей Рябков.
Господин Бужинский добавляет: «Не очень понятно, почему, когда Mk 41 стоит на корабле, она может запускать Tomahawk (высокоточные крылатые ракеты большой дальности.— “Ъ”), а когда ее с палубы перемещают на землю, то уже не может. Американцы приводят лишь традиционный ответ: “Верьте нам, это невозможно”». Ганс Кристенсен, однако, парирует: «Что касается Mk 41, то испытаний этих установок вместе с крылатыми ракетами наземного базирования никогда не проводилось, так что нарушения РСМД нет».
Помимо этого, Москву не устраивает использование баллистических ракет средней дальности в качестве мишеней при испытаниях систем ПРО США, а также применение в качестве средств доставки оружия беспилотников.
Павел Подвиг считает, что «формально нарушений нет» ни по одному из предъявленных пунктов. «История с ракетами-мишенями очень старая, и у США есть интерпретация легальности своих действий, которую они готовы отстаивать. Что касается беспилотников, то аргумент США состоит в том, что они не подходят под определение КРНБ — по той причине, что беспилотники не “запускаются” (launch; именно этот термин использован в тексте договора на английском языке), а “взлетают” (take-off; и если бы речь шла беспилотниках, в тексте договора на английском было бы так) и потом, соответственно, приземляются. Крылатые ракеты этого делать не могут. Впрочем, в русском языке в определении КРНБ различия между “запуском” или “взлетом” не делается. Так что это вопрос интерпретации». А говорить на одном языке военные и дипломаты РФ и США по-прежнему не готовы.
Павел Тарасенко, Елена Черненко
