Где-то в российской глубинке, где трава качается на ветру, а вдали сияет золотой шпиль сельской церкви, на поле внезапно возникает истребитель "МиГ-31", а спустя несколько минут - зенитно-ракетный комплекс, повествует корреспондент The New York Times Эндрю Э. Крамер в статье из цикла "Темные искусства России". Затем самолет и ракетная установка исчезают, так же быстро, как появились.
"Если изучить великие исторические битвы, увидишь, что каждый раз победу приносят уловки, - говорит военный инженер Алексей Комаров. - Никто никогда не побеждает честно".
"Комаров заведует продажей продукции военного назначения в компании "Русбал", которая делает тепловые аэростаты, а также поставляет Министерству обороны одну из малоизвестных российских военных угроз - растущий арсенал надувных танков, самолетов и ракетных комплексов", - поясняет автор.
Работники компании изготовляют "самые передовые образцы "мягкой силы" - муляжи техники, которые даже с расстояния в 300 ярдов выглядят совершенно натурально, а также могут появляться и исчезать всего за несколько минут", - говорится в статье.
"Россия под руководством президента Путина снова проталкивается на геополитическую арену. Кремль применяет целый спектр тайных тактик: заставляет замолчать критиков за границей, подключает РПЦ к своей консервативной контрреволюции, распространяет ложную информацию среди европейской аудитории и даже, по версии администрации Обамы, вмешивается, путем взлома компьютеров Демократической партии, в президентскую кампанию в Америке", - утверждает газета.
По мнению издания, недавно к этому списку добавился "обновленный вариант давнего интереса российской армии к операциям, призванным обманывать и утаивать, - репертуару смертоносных трюков, именуемых maskirovka. Это доктрина психологической войны, которая становится все более важным элементом геополитических устремлений страны".
"Самые недавние применения войск Россией начались с операций, где была задействована эта доктрина: с таинственных, буквально замаскированных солдат в Крыму в 2014 году, с солдат, которые, как утверждалось, "проводили отпуск" или "действовали добровольно" на Восточной Украине, а также с "доставки гуманитарной помощи по воздуху" в Сирию в 2015-м", - говорится в статье.
По словам автора, идея maskirovka в том, чтобы никогда не сознаваться в своих истинных намерениях, всегда отрицать свои действия и применять все политические и военные средства, дабы обеспечить своим военным преимущества, которые дарует неожиданность. Военные аналитики называют доктрину "многоуровневой". Автор полагает, что в ней нет разницы между камуфляжной одеждой, маскирующей солдата под куст, и политической дезинформацией или ловкими умолчаниями в верхах.
"Собственно, почти все операции по развертыванию советских или российских войск за последние полвека - от "Пражской весны" до Афганистана, Чечни и Украины - начинались с простой, но эффективной уловки: солдаты вначале появлялись где-то в гражданской одежде или в форме без знаков различия", - утверждает издание.
"Эксперты опасаются, что следующим театром подобной тактики станет регион Балтии", - пишет автор.
Аналитики излагают различные гипотетические сценарии. "Например, ветхий российский военный корабль, имитируя поломку механизма, сядет на мель на песчаную отмель в Балтике. Вскоре для его "охраны" будут развернуты морские пехотинцы", - пишет газета.
"В глазах России Балтика забавна тем, что доверие к НАТО опирается на каждый бесполезный клочок земли, так что достаточно занять какую-то узкую полоску", - заметил Майкл Кофман (Kennan Institute, США).
Газета замечает: "Конечно, вооруженные силы других стран тоже используют ложные цели. Но российская доктрина маскировки отличается от операций других крупных армий, направленных на обман, поскольку в ней стратегические и тактические уловки срастаются, а применяется она и на войне, и в мирное время".
"В их понимании война - это шахматы, а в нашем - шашки", - говорит полковник Дэвид М. Глэнтц, ведущий американский эксперт по российским "обманным операциям".
"В хорошо продуманной российской уловке с maskirovka, как в хорошей русской пьесе, обычно выстраивается подспудный сюжет, а затем происходит неожиданный сюжетный поворот", - утверждает автор.
Газета возвращается к теме надувных муляжей оружия, которые производит "Русбал".
"Компания не разглашает, сколько надувных танков она произвела: цифры засекречены. Но Мария Опарина, директор "Русбала", дочь основателя, сказала, что в прошлом году объемы производства увеличились. Этот контракт - маленький элемент российской программы перевооружения с бюджетом 660 млрд долларов, рассчитанной на 10 лет и начавшейся в 2010 году", - говорится в статье.
Компания работает и на экспорт, пишет газета. Она произвела "надувные муляжи систем ПВО С-300 стоимостью около 3 млн долларов, чтобы продать их Ирану". Но из-за санкций ООН Россия приостановила поставки реальных систем ПВО. В этом году поставки состоялись, но Иран потерял интерес к муляжам.
Эндрю Э. Крамер
