Американский "рывок" случился раньше времени
Перспективы БЛА представляются весьма широкими. В принципе не исключено их использование в качестве носителей некоторых видов ядерного оружия. Опыт имеется, хотя и не очень удачный.
“Минометчики Вьетконга накрыли маневрировавший у берега эсминец «Озборн», покорежив противолодочные ракеты ASROC в ядерном снаряжении”
В годы холодной войны военачальникам НАТО не давали покоя мысли не только о рвущихся к Ла-Маншу полчищах русских танков, которые предполагалось останавливать заложенными в спецколодцы аккурат под носом у мирных бюргеров ядерными фугасами. Еще одну многочисленную напасть – красные субмарины, которыми в представлении тех же военачальников кишели воды Мирового океана, предполагалось "глушить" разнообразными, подчас весьма необычными способами. Тут надо сделать ремарку, что и наши полководцы были мастаки на всякого рода противолодочные придумки. Например, РВСН готовились наносить удары и по тем районам на океанских просторах, где могли находиться вражеские атомные подводные лодки с баллистическими ракетами. Считалось, что боеголовки МБР, нещадно кипятя море, вполне могут уничтожать субмарины. Кажется, в США до этого не додумались.
Однако вернемся к головной боли НАТО. Советский Союз действительно создал могучий подводный флот. По оценкам западных экспертов, к 1965 году СССР развернул 357 субмарин, из них 44 атомные. В последующем общий количественный показатель оставался более или менее стабильным, но доля АПЛ неуклонно росла. По официальным отечественным данным, представленным Генеральной Ассамблее ООН, на 1 июля 1988-го Советский Союз располагал 376 подлодками. А к моменту развала СССР у него имелось 58 ПЛАРБ, 113 многоцелевых ПЛА (в том числе с крылатыми ракетами) и 114 дизельных лодок, включая оснащенные крылатыми и баллистическими ракетами.
Ответом на этот постоянно совершенствуемый вызов Пентагон был озабочен со второй половины 50-х, а потому в США очень внимательно относились к формулированию тактико-технических требований к противолодочному оружию и соответствующим предложениям его разработчиков.
Мечта скупого адмирала
Фирма Gyrodyne предложила оригинальное решение на основе ранее созданного одноместного вертолета Rotorcycle. Беспилотный охотник за подводными лодками QH-50 представлял собой оснащенную аппаратурой телеуправления легкую (взлетная масса чуть более тысячи килограммов) модель соосной схемы с турбовальным двигателем. Предполагалось базирование на кораблях. Эта система противолодочного вооружения флота получила название Drone Antisubmarine Helicopter – DASH (аббревиатура перекликалась с английским dash, что можно перевести как рывок или порыв). Затея пришлась американским адмиралам по вкусу. Винтокрылый дрон позволял обходиться без больших корабельных ангаров. Кроме того, представлялась заманчивой идея отсутствия в данном случае затрат на подготовку и денежное содержание экипажей вертолетов. Ожидалась серьезная экономия средств с учетом возможности оснастить такими вертолетами значительное количество (более сотни) сохранившихся к 1960-м годам эсминцев старой постройки типа "Гиринг", "Карпентер" и "Аллен М. Самнер". Они модернизировались по программе FRAM (Fleet Rehabilitation and Modernization), имевшей прежде всего противолодочный профиль.
Стартовав с корабля, вертолет серийной модели QH-50С должен был с помощью радиолокации выводиться в заданный район и сбрасывать в намеченном квадрате 324-мм малогабаритную самонаводящуюся противолодочную торпеду Mk46 (или две Mk44). А в модификации QH-50D – и кое-что посолиднее: глубинную бомбу c ядерным зарядом W-44 мощностью 10 килотонн, являвшуюся вариантом боевой части корабельной противолодочной ракеты ASROC. Наиболее высокая вероятность поражения субмарины торпедами обеспечивалась при удалении вертолета от корабля на расстояние около 10 километров, а вообще боевой радиус действия составлял до 30 километров. Максимальная скорость "вертодрона" была около 150 километров в час, крейсерская – 90, практический потолок – до 5000 метров.
Ядерные потеряшки
Этой оригинальной машинкой янки могли бы гордиться, да только электронные мозги подвели. При эксплуатации оказалось, что система управления в части бортовой аппаратуры имеет привычку неожиданно отказывать в полете. А выпустили ДЭШ различных модификаций в 1962–1969 годах 755 штук. Из них около половины было потеряно – главным образом как раз из-за отказов электроники.
Фиаско с программой DASH привело к тому, что к 1970 году почти все такие дроны списали. Да и то сказать – рехнувшийся в боевой обстановке собственный беспилотный вертолет с ядерным зарядом под брюхом обещал превратить страшный сон какого-нибудь американского адмирала в еще более кошмарную явь. А командование ВМС США и так не избежало стрессов из-за инцидентов с ядерным оружием. В 1965 году в Тихом океане палубный штурмовик А-4 "Скайхок" с подвешенной ядерной бомбой выкатился с самолетоподъемника авианосца, бултыхнулся в воду и утонул вместе с летчиком. В 1967-м минометчики Вьетконга накрыли (уникальный случай!) неосмотрительно маневрировавший у берега эсминец "Озборн" (DD-846 Ozbourn), покорежив пару-тройку противолодочных ракет ASROC в ядерном снаряжении. Интересно, что "Озборн" также был оснащен системой DASH.
Флот решил отказаться от своенравной техники, оставив несколько ДЭШ для применения в качестве беспилотных разведчиков на кораблях у побережья Вьетнама. Два десятка таких дронов удалось втюхать Стране восходящего солнца, и японские военморы, не располагавшие, конечно, никаким ядерным оружием, проваландались с чудом заокеанской науки и техники до 1977 года. Стать альтернативой пилотируемым противолодочным вертолетам система DASH так и не смогла. Однако это не означает, что сама по себе идея себя изжила – видимо, просто обогнала свое время.
Константин Чуприн
Опубликовано в газете "Военно-промышленный курьер" выпуске № 36 (651) за 21 сентября 2016 года
