Шанхайская организация сотрудничества уже включает в себя Казахстан, Таджикистан, Киргизстан, Узбекистан, Китай и Россию, а на прошедшем на выходных в Ташкенте саммите о желании присоединиться к ним заявили Индия и Пакистан.
Atlantico: Индия и Пакистан недавно выразили желание присоединиться к Шанхайской организации сотрудничества, которая включает в себя Казахстан, Таджикистан, Киргизстан, Узбекистан, Китай и Россию. Многие аналитики описывают ШОС как призванный стать противовесом НАТО проект. Как именно все обстоит на самом деле? Какие вопросы стоят вокруг расширения ШОС?
Жан-Венсан Бриссе: Представление Шанхайской организации сотрудничества в качестве противовеса НАТО кажется мне удивительным. ШОС не является (по крайней мере, на первых порах) военной организацией. Кроме того, у ее стран нет никаких предпосылок для того, чтобы быть союзниками. В то же время формирующие организацию нации договорились о сотрудничестве в сфере разведки и полицейской взаимопомощи в борьбе с общим врагом.
Общий враг - это исламский фундаментализм. О НАТО речь заходит потому, что ШОС включает в себя множество стран. Однако их связывает далеко не так много, как государства-члены Североатлантического альянса.
Что касается НАТО и США, как мне кажется, некоторые люди потеряли всяческую связь с реальностью на волне особенно модных сейчас антиамериканских и антинатовских настроений. Повторюсь: у ШОС и НАТО нет практически ничего общего. Хотя, конечно, в НАТО находятся те, кто готов критиковать любую организацию с участием России и/или Китая. В обоих случаях мы имеем дело с полным отсутствием здравого смысла и практической логики. Это никак не связано с реальным положением дел: база данных, обмен информацией, совместные полицейские учения, сотрудничество пограничников и таможенников. Общих сил ШОС не существует, и появиться они могут лишь через какое-то время. Стоит вспомнить, что отношения Китая и Индии не располагают к союзничеству: они воевали в 1962 году, и у них до сих пор остаются серьезные споры. Кроме того, у Китая нет союзников, и он категорически не хочет их заводить.
Хотя Индия и Пакистан, безусловно, хотят присоединиться к ШОС, не уверен, что их желание разделяет Китай: не факт, что ему было бы по душе участие Индии и Пакистана в качестве полноправных членов. В то же время Россия и Казахстан всячески бы приветствовали их появление. Как было сказано выше, речь идет главным образом об обмене разведданными: Индия и Пакистан страдают от исламистского терроризма и испытывают острую нехватку информации при том, что на континенте эти течения идут во всех направлениях. Индия и Пакистан (их интересы, кстати, нередко противоречат друг другу) могли бы таким образом многое выиграть от доступа к подобной информации.
- Какие именно мотивы объясняют стремление Индии и Пакистана присоединиться к ШОС?
- Начнем с первостепенных данных: ШОС не направлена на выполнение каких-то задач? помимо тех, что мы уже упоминали ранее. Они включают в себя борьбу с исламистским терроризмом, но не ограничиваются ею, потому что на континенте существуют и другие формы террористической деятельности. В частности, это касается различных сепаратистских группировок. Однако главная из стоящих перед ШОС задач - это исламистский терроризм. В этом главная мотивация сторон, которые присоединяются к ШОС и участвуют в ее работе. В любом случае разведданные могут принести пользу и представлять интерес. Они открывают перспективы для новых возможностей.
- Могут ли новички в организации подорвать влияние Китая? И могут ли отношения Индия и Китая усилить позиции Владимира Путина? К чему это приведет?
- Дискуссии будут весьма интересными, потому что, насколько мне известно, Китай всегда был против появления новых стран, кроме тех, что могут быть приняты в качестве наблюдателей. В частности, это касается Индии. Совместное влияние России и Индии, у которых, кстати, тесные отношения, могло бы стать противовесом Китаю в ШОС. Если Индия станет полноправным членом, она выдвинет требования, которые осложнят жизнь Китаю.
Не исключено, что Китай попытается разыграть связи с Пакистаном, чтобы уравновесить ситуацию.
Пока не ясно, будет ли ШОС и дальше работать в строго техническом плане обмена данными, или же участники начнут припрятывать друг от друга карты. Уже сейчас ведутся настоящие покерные партии, а данные о мусульманских или монгольских (потенциально террористических) движениях на территории Китая открывают возможности для России, Пакистана, Казахстана и Таджикистана. Кроме того, все зависит от культур: в азиатском мире не принято брать на себя письменные обязательства, а в более западном и славянском они играют важную роль (в индийском - еще больше). Два этих подхода к работе неизбежно сталкиваются… Так что, чем длиннее и подробнее пресс-релизы, тем меньше вероятность договоренности.
Жан-Венсан Бриссе (Jean-Vincent Brisset)
