Созданные и создаваемые в России госкорпорации вряд ли смогут выполнить возложенные на них функции по модернизации экономики. В то же время переданные в их распоряжение госактивы и огромные финансовые средства рискуют быть потраченными неэффективно и разворованными. С таким предостережением вчера выступил директор Института проблем глобализации Михаил Делягин. По его мнению, государство имеет право контролировать командные высоты в экономике, однако в нынешнем виде из-за отсутствия механизмов эффективного контроля за их деятельностью госкорпорации выгодны лишь коррупционерам от бюрократии.
Госкорпорации имеют право на жизнь и могут быть эффективны, но не в том виде, как это происходит сегодня, заявил вчера Михаил Делягин. По его словам, аналогичные структуры существуют во многих странах мира и успешно функционируют. Например, в Великобритании много лет существуют так называемые «публичные корпорации», деятельность которых не вызывает значимых нареканий со стороны экономистов и общественности. При этом существенным моментом является то, что госкорпорации должны создаваться для выполнения общественно важных, прежде всего инфраструктурных функций, а не для получения прибыли.
Экономист напомнил, что в России был достаточно успешный опыт создания предшественников госкорпораций. Так, после дефолта 1998 года возникла необходимость оздоровления финансовой сферы, и эта задача была возложена на Агентство по реструктуризации кредитных организаций (АРКО), которое в 2004 году было преобразовано в Агентство по страхованию вкладов. «В свое время АРКО успешно выполнило возложенные на него функции, несмотря на то что действовало в потенциально коррупциогенных условиях, но сейчас этот позитивный опыт почему-то забывается», – посетовал экономист.
Принципиальный недостаток сегодняшних госкорпораций заключен в механизме их создания. А именно в том, что имущество и деньги передаются им безвозмездно в собственность. Единственное исключение на фоне остальных шести корпораций составляет в этом плане Росатом, так как при ликвидации его имущество будет возвращено обратно в госсобственность. «Это заставляет предполагать, что, возможно, готовится масштабная афера по приватизации тех активов, которые останутся от некоторых госкорпораций после их ликвидации», – предположил Делягин.
Помимо того обстоятельства, что госкорпорации не могут быть признаны банкротом – а это позволяет им хозяйствовать максимально неэффективно, в законодательстве не предусмотрены действенные процедуры по контролю за их деятельностью. Согласно правилам, госкорпорации обязаны публиковать годовую отчетность и раз в квартал отчитываться исключительно перед правительством, в то время как другие контрольные органы не уполномочены отслеживать их деятельность. Поэтому степень публикуемой ими финансовой информации окажется существенно менее информативной, чем у таких экономических субъектов, как открытые акционерные общества, а контролируемость и прозрачность деятельности равна нулю. «Что такое контроль правительства, мне слишком хорошо известно – это отсутствие контроля, – сказал Михаил Делягин. – По факту выходит, что госкорпорации более закрытые структуры, чем «Газпром».
Этот, мягко говоря, странный правовой каркас создает исключительно благоприятную среду для того, чтобы полученные в безвозмездную собственность госкорпорациями средства расходовались бесконтрольно и абсолютно неэффективно. Так, даже президент сможет их контролировать только путем изменения законодательства и посредством назначения-смены главы госкорпорации. При этом цели, которые поставлены перед госкорпорациями, носят крайне нечеткий характер. Единственное исключение, по мнению Делягина, «Олимпстрой», через который к 2014 году пройдет примерно половина финансов, выделяемых на проведение Олимпиады, и который на эти средства возведет известное число объектов. Остальные же госкорпорации могут заниматься, что называется, самодеятельностью. Например, в Фонд содействия реформе ЖКХ вложено 240 млрд. долл., но самые интенсивные дискуссии, как можно понять, идут не о том, как восстанавливать ветхое и аварийное жилье, а о том, в какие финансовые инструменты повыгоднее вложить «временно свободные остатки средств». Еще парадоксальнее ситуация с «Роснанотехом». Мало того что его сфера деятельности отчасти пересекается со сферой компетенции госкорпорации «Ростехнология» (бывший «Рособоронэкспорт»), так «Роснанотехнология», получившая в 2007 году из бюджета плюс к 130 млрд. руб., переданных в управление, еще 35 млрд. руб. дополнительных вложений в свой уставный капитал, имеет целых два года в запасе, чтобы определиться, куда вложить выделенные средства.
«При слабости контроля выделенные на госкорпорации средства, скорее всего, пойдут не на целевое использование, а на строительство офисов и раздувание штатов. Часть средств, вероятно, будет честно разворована, в том числе через заказ бессмысленных исследований», – предупреждает Делягин.
По его словам, складывается впечатление, что создание госкорпорпораций стало своеобразной предвыборной платой российской бюрократии. «В старые времена подкупали пенсионеров, но сейчас от народа на выборах ничего не зависит, и теперь подкупают чиновников, – заключил экономист, уточнив, что «многие госкорпорации доживут до момента смены политического строя и будут чувствовать себя прекрасно, но потом их ждет крайне болезненная поверка результатов».
