Т-90 остается самым популярным танком на мировом рынке вооружений
Тегеран «снял с повестки дня» вопрос о закупках российских танков Т-90. По словам командующего сухоопутными войсками страны, ставку решено сделать на собственное производство. Это сопряжено с целым рядом трудностей – у Ирана нет собственной школы танкостроения, да и опыт другой азиатской страны, решившей пойти своим путем, оказался не впечатляющим.
Командующий сухопутными войсками Ирана Ахмад Реза Пурдастан заявил, что его желание закупить российские танки Т-90 не нашло поддержки у других военных руководителей страны.
«Мы сообщили генштабу вооруженных сил Ирана, что Т-90 входят в наши интересы. Однако, принимая во внимание возможности Ирана, вопрос о покупке танков Т-90 был снят с повестки дня. Мы собираемся производить собственные танки», – цитирует РИА «Новости» Пурдастана со ссылкой на Mehr.
Еще в декабре он заявлял, что связи иранских военных с Россией в сфере поставки вооружения «налажены, и в наших планах – покупка танков Т-90».
Т-90 – российский основной боевой танк, разработанный в конце 1980-х – начале 1990-х годов. Принят на вооружение в 1992 году. В период с 2001 по 2010 год являлся одним из самых продаваемых на мировых рынках танков – главным образом за счет поставок в Индию.
В октябре замглавы корпорации «Уралвагонзавод» по спецтехнике Вячеслав Халитов отмечал, что российский танк Т-90 можно роботизировать, танкостроители уже начали такую работу.
По данным открытых источников, на вооружении сухопутных войск Ирана стоят до 1,5 тыс. танков разных модификаций. Особенностью иранского танкового парка является большое разнообразие: при шахе закупили европейские и американские машины, затем пытались делать что-то свое, покупали советские и российские образцы, часть советских и западных танков получили в качестве трофеев после войны с Ираком. В 90-е годы Иран собрал по российской лицензии несколько сотен Т-72С и БМП-2.
Наиболее современными в танковых войсках Ирана являются 480 советских Т-72 и примерно 150 собственных (на базе этого танка) «Зульфикар». Из более старых – до 250 английских «Чифтен», 75 советских Т-62 и 150 созданных на их базе северокорейских «Чхонма-хо», 540 советских Т-54/55 (в том числе 200 модернизированных в самом Иране танков «Сафир»), 220 китайских Туре 59 и 250 Туре 69, 150 американских М60А1, 168 М48, 170 М47. Кроме того, на вооружении находятся 110 английских легких танков «Скорпион» и 20 созданных на их основе собственных танков «Тосан».
По мнению директора Центра анализа мировой торговли оружием Игоря Коротченко, Иран может самостоятельно производить только старые образцы техники, а создание современной машины просто исключено. «Без Уралвагонзавода произвести танк класса Т-90 Иран не сможет. Видимо, они что-то будут делать на базе Т-72», – заявил он газете ВЗГЛЯД. «Никто им бронетанковые технологии давать не будет. Будут производить свои танки, насколько они будут удачны – этот вопрос вызывает сомнения», – добавил он.
«Чтобы создавать свою школу, нужны десятилетия. У Ирана нет таких возможностей. Многие страны брались за производство танков, например Индия (речь идет о танке «Арджун», который разрабатывался с 70-х годов прошлого века, стоимость одной машины последней модификации превышает 6 млн долларов, экспортная стоимость российских Т-90С, имеющих лучшие характеристики, составляет в среднем 2–2,5 млн долларов – прим. ВЗГЛЯД). В любом случае Т-90С остается вне конкуренции, поэтому они его закупают и серийно производят. Здесь та же самая история», – считает эксперт.
«Санкции против государства имеют странный эффект, – сказал газете ВЗГЛЯД директор программы Центра политических исследований России Вадим Козюлин. – Многие страны, у которых не было военной промышленности, в результате санкций создают ее. Так случилось и с Ираном, у которого сегодня есть полноценная промышленность вплоть до ракетной программы. Танкостроение – непростая отрасль. Индия до сих пор не блещет там успехами, хотя вкладывала большие средства, устанавливались планы и сроки. Но ничего пока не слышно про приличный индийский танк. Не слышно и про иранский танк. Пока неизвестно, каковы там технологии. Могу предположить, что они могли сформировать какую-то инженерную команду, на которую делают ставку. Может быть, с привлечением иностранных специалистов».
Он привел в пример израильский танк «Меркава», который был создан коллективом из 34 человек, «то есть для разработки танка нужен просто слаженный коллектив единомышленников, образованных людей. Не знаю, есть ли такой коллектив в Иране, но, видимо, иранцы решили, что есть».
«Может быть, кто-то им помогает, передает технологии, – предположил эксперт. – Может быть, они купят какие-то технологии у Китая. Китай считает, что он сегодня в состоянии производить лучший в мире танк. Если послушать представителей китайского военного руководства, то они думают, что их танки превосходят по своим параметрам все зарубежные аналоги».
«Иранцы иногда удивляют в самых разных областях военного производства. Может быть, это еще один иранский сюрприз», – сказал он, отметив, что это маловероятно: «Школы нет. Поэтому иностранные технологии плюс иранские деньги – вот секрет их выбора», – подытожил он.
Роман Крецул
