Политические амбиции наших властей принесли в Турцию картины гражданской войны, но они, однако, не должны заставить нас забыть о Сирии. Сирийский кризис не просто давно похоронил спесивую идею политико-исламистского толка о Турции как «управляющей стране», а незатейливо превратил нашу страну в «управляемую». Последние ходы России на Ближнем Востоке указывают, что начался новый период, в котором последствия этой «управляемости» пока сложно предсказать.
Недавно (и далеко не впервые на протяжении последних четырех с половиной лет) в оборот вошла казуистика в духе «Россия и Иран дали понять, что откажутся от режима Асада», однако ее век был недолог. Всем, кто полагал, что, предоставив США базу Инджирлик и получив желаемые «буферные зоны» на севере Сирии, мы «завоюем Алеппо», самое время впадать в отчаяние при взгляде на базу, которую сегодня создают в Латакии. Русские как искусные шахматисты перешли в атаку на дипломатическом и военном фронтах.
***
Недавно министр иностранных дел России Сергей Лавров потребовал прекратить нереалистичные и безрассудные призывы к отставке Асада. Дипломат выразил позицию Москвы совершенно ясно: «Предложения наших партнеров о смене режима в Дамаске не имеют законных оснований. Они говорят только об уходе Асада. А что дальше? Не думаю, что у них есть какие-то идеи на этот счет. В противном случае не было бы террористов в Ираке, Ливии...»
Итак, стало понятно, что Россия нажала на газ в поставках оружия и боеприпасов, в которых нуждается Дамаск для борьбы с ИГИЛ. И пусть США волнуются и требуют, чтобы Болгария добровольно, а Греция — де-факто закрыли свое воздушное пространство. Все тщетно! Как причерноморское государство Россия тут же активизировала проход через черноморские проливы (не говоря уже о маршруте через Иран и Ирак). За первые восемь месяцев 2015 года через проливы прошло 39 судов, в страну везут стрелковое оружие, ракетные боеголовки, грузовые машины, новейшие бронетранспортеры (БТР-82А)... Судя по всему, в Сирии находится и российская тактическая группа, в которую входит около тысячи военных специалистов: они обучают сирийцев всем этим пользоваться.
***
При этом Россия и не открещивается от своих действий, напротив. Даже если Асад не будет править во всей стране, Россия пытается сохранить хотя бы стратегически важную береговую линию. Она укрепляет порт Тартус, существующий еще с советских времен, инициирует военные учения в Восточном Средиземноморье. Но важнее всего то, что Россия возрождает договор о дружбе с Сирией (1980) и превращает аэропорт в Джебле (юг Латакии) в свою авиабазу. Для российской тактической группы на российской авиабазе, которая будет первой на Ближнем Востоке, сейчас собирают сборные казармы, мобильные системы ПВО. Иными словами, в 180 километрах к югу от Инджирлика появляется еще один элемент, меняющий всю игру.
***
Что на дипломатическом фронте? Путин в конце этого месяца, на Генеральной ассамблее ООН, вновь предложит странам региона и крупным державам мира сотрудничать с сирийской и иракской армиями — единственной функциональной силой в войне с ИГИЛ и радикальными джихадистами. Свой маневр он усилил 4 сентября, когда, будучи во Владивостоке, заявил, что Асад готов провести выборы и поделиться своей властью со «здоровой» оппозицией (не относящейся к салафитским джихадистам).
***
В ответ на это Запад предъявляет аргумент, в который не верит даже сам, пусть и повторяет его раз за разом: «Асад уйдет, и экстремистам придет конец». Воздушные атаки, которые США ведут с жеманной антиисламистской коалицией, созданной мечтами об «умеренных исламистах в Сирии», плодов не приносят. В период, когда в Европу устремились потоки тех, кого, по очень точному выражению Виджея Прашада (Vijay Prashad), следует назвать «беженцами от смены режима», Великобритания впервые заявила, что согласится на участие Асада в переходном периоде, если это поможет решению проблемы. Похожие настроения наблюдаются во Франции. Австрия подчеркнула необходимость участия Асада в войне с ИГИЛ, а Испания отметила важность переговоров с Асадом. Не стоит удивляться, если в скором времени эта точка зрения будет иметь перевес.
Ирония судьбы заключается в том, что наши лучшие умы заняты сегодня тем, что пытаются доказать неуместность ожидания демократии от «умеренного политического ислама». Если мы не сможем сами «управлять» собой, то все, что в этих условиях свалится на нашу голову, застигнет нас врасплох.
Джейда Каран (Ceyda Karan)
