В ближайшие два года на формирование новой системы контроля за гособоронзаказом потратят более 1,3 миллиарда рублей
Промышленное лобби недовольно некоторыми положениями разработанного Минобороны законопроекта № 764700-6 о создании межведомственной системы контроля за использованием бюджетных средств при размещении и выполнении гособоронзаказа (ГОЗ). При рассмотрении этого важного с точки зрения финансовых интересов государства и борьбы с коррупцией документа в минувшую среду на первом чтении в Госдуме поправки комитета по промышленности потянули почти на 20 страниц.
В основном поправки носят технический характер. Однако лоббисты принципиально против ускоренных сроков введения документа в действие уже с 1 июля 2015 года. Утверждается, что законопроект сырой и после его принятия предприятиям ОПК не удастся быстро «перестроить свою работу, что создаст предпосылки к нарушению законодательства в сфере ГОЗ».
В заключении комитета Госдумы по промышленности на законопроект, подписанном его председателем Сергеем Собко (фракция КПРФ), говорится о необходимости переноса срока его вступления в силу или создания переходного периода «в рамках одного или нескольких государственных контрактов в целях оценки последствий их применения». То есть лоббисты требуют окончательного принятия поправок о контроле за оружейными контрактами как минимум через два-три года. Это очень большой срок, если учесть, что старую систему такого контроля президент своими указами ликвидировал еще в сентябре 2014 года, когда по предложению премьера Дмитрия Медведева были упразднены Федеральное агентство по поставкам вооружения, военной, специальной техники и материальных средств (Рособоронпоставка) и Федеральная служба по оборонному заказу (Рособоронзаказ). Рособоронпоставка до этого находилась в ведении Минобороны и контролировала стоимость оружейных контрактов. Рособоронзаказ был в ведении правительства и отвечал за контроль качества оборонной продукции и борьбу с коррупцией. Работа этих ведомств была признана неэффективной, и премьер предложил создать новую систему контроля за выполнением ГОЗ, возложив контрольные функции за оружейным бизнесом на Минпромторг, ФАС и Счетную палату РФ.
В подготовленном в Минобороны законопроекте прослеживается иная схема. Роль Счетной палаты в ней почти не просматривается, а основная нагрузка по отражению прозрачности и контролю контрактов на производство вооружений и другой военной продукции ложится на специально уполномоченные банки, ФАС и Росфинмониторинг. Выступая перед депутатами в минувшую среду, замминистра обороны Татьяна Шевцова напомнила, что такие поручения были даны президентом, когда он еще в декабре 2014 года выступал с очередным Посланием Федеральному собранию.
Шевцова сообщила, что данный документ направлен на создание эффективных инструментов не только для контроля за использованием средств по ГОЗ, но и инструментов профилактики нарушений. «Законопроектом предполагается создание информационной системы о расчетах по ГОЗ, которая будет содержать всю информацию, поступившую от банков и других участников информационного обмена», – подчеркнула замминистра. По ее словам, к базе данных о расчетах по ГОЗ предусмотрен доступ госзаказчикам, Росфинмониторингу, ФАС и некоторым другим ведомствам в части их компетенции. «Институт уполномоченных банков, создание которого является необходимой составной частью предложенной системы, позволит обеспечить надежность расчетов, защиту информации, обеспечит прозрачность денежных потоков по ГОЗ, позволит привлечь банки к полноценному участию в контроле целевого использования бюджетных средств, предотвращению хищений и нецелевого использования средств», – отметила Шевцова.
Между тем у промышленных лоббистов есть много вопросов к разработчикам закона. Первый заместитель председателя комитета Госдумы по промышленности единоросс Владимир Гутенев считает, что в законопроект по оборонзаказу «необходим целый ряд поправок, которые были выработаны промышленным сообществом». Депутат разделяет мнение сообщества в том, что помимо законопроекта необходимо принятие правительством других подзаконных актов, которые требуют времени, а значит, так быстро ввести в действие документ будет трудно.
Депутатов от промышленности не устраивают многочисленные детали, при которых будут заключаться и сопровождаться оружейные контракты. К примеру, законом предписывается головному предприятию вести так называемый реестр предприятий. «При этом кооперация первого уровня при строительстве атомной подводной лодки может включать сотни предприятий, а каждый последующий уровень кооперации может увеличивать перечень предприятий на порядок. В таких условиях корректное ведение реестра кооперации головным исполнителем по всей цепочке кооперации выглядит нереализуемым, особенно при наличии договорных отношений у головного исполнителя только со своими исполнителями», – отмечает в своем заключении комитет по промышленности. В таком же духе обращается внимание на другие нерешенные «тонкости» законопроекта. «Это касается в первую очередь норм законопроекта, связанных с формированием полной кооперации всех организаций, участвующих в исполнении государственного контракта, положения о финансировании каждого контракта через отдельный счет, открытый в уполномоченном банке, а также условий госконтрактов в части увязывания сроков поставки военной продукции со сроками перечисления аванса головному исполнителю», – отмечает Владимир Гутенев.
Впрочем, правительство законопроект поддержало. В том числе и финансовые затраты на его реализацию. А они немалые – более 1,3 млрд руб. только на 2015 и 2016 годы. Заметим, что в связи с расформированием Рособоронпоставки и Рособоронзаказа Минобороны и другие ведомства сформировали у себя соответствующие структуры. Уже в прошлом году сразу после реорганизации Рособоронпоставки в военном ведомстве трудоустроили более 500 сотрудников из этого агентства. Основной костяк специалистов был определен в департамент государственных закупок, который, по сути, продолжил выполнять функции Рособоронпоставки. Кроме того, в прошлом году в Минобороны была воссоздана служба внутреннего финансового контроля, которая была фактически разрушена, когда военным ведомством руководил Анатолий Сердюков. Штат этой службы – около 350 человек.
«К сожалению, у нас продолжается практика, когда ведомство во многом контролирует само себя. Здесь мало эффективности и много бюрократизма», – отмечает военный эксперт Владимир Попов. Он считает, что значительные поправки от промышленного лобби в закон о межведомственной системе контроля ГОЗ связаны с тем, что его готовили не финансовые институты государства, а Минобороны. Это, конечно же, не его функция. «Численность чиновников-контролеров у нас растет, а коррупция, особенно в оборонной сфере, куда направляется каждый пятый рубль бюджета страны, по-прежнему зашкаливает», – делает неутешительный вывод военный эксперт.
Владимир Мухин
