Глава научно-технического совета Роскосмоса Юрий Коптев прокомментировал информацию о планах создания национальной орбитальной станции, озвученную президентом в ходе прямой линии
Президент России Владимир Путин во время прямой линии упомянул российскую орбитальную станцию, которая появится после 2023 года и будет в большей степени отвечать национальным интересам, чем существующая сейчас Международная космическая станция. Глава научно-технического совета Роскосмоса Юрий Коптев рассказал корреспонденту «Известий» Ивану Чеберко, как в космическом агентстве планируют создание такой станции и какие задачи она будет решать.
— Юрий Николаевич, в проекте Федеральной космической программы на ближайшее десятилетие, которую сейчас формирует Роскосмос, предусмотрено строительство новой российской орбитальной станции?
— Да, в проекте Федеральной космической программы на 2016–2025 годы, который был рассмотрен и рекомендован к принятию Научно-техническим советом Роскосмоса 15 апреля, предусмотрена возможность после 2024 года на базе трех модулей Международной космической станции создать российскую орбитальную станцию. Речь о создании такой станции пойдет в том случае, если будет принято решение закончить сотрудничество с нынешними партнерами по программе МКС в 2024 году и прекратить деятельность ныне существующей станции. Национальная российская орбитальная станция может быть создана на основе тех модулей, которые будут пристроены к ней после 2017 года: это многоцелевой лабораторный модуль (МЛМ), узловой модуль и научно-энергетический модуль (НЭМ). Они сейчас создаются предприятиями Роскосмоса для расширения российского сегмента МКС, изначально их запуски планировались на 2013–2015 годы, но затем по разным причинам были перенесены на 2017–2018 годы.
— То есть эти модули можно будет отстыковать от МКС и собрать из них новую орбитальную станцию?
— Они специально для решения этой задачи будут доработаны. В проекты будут внесены соответствующие коррективы с тем, чтобы эти модули могли в дальнейшем существовать вне МКС и служить основой для строительства и развития нашей орбитальной станции. Развивать и использовать ее мы, вполне возможно, будем совместно с нашими партнерами из стран БРИКС, о чем сейчас ведем с ними переговоры.
— Какие задачи позволит решить новая орбитальная станция?
— Пока что мы ориентируемся на сотрудничество в рамках проекта МКС — здесь есть юридически оформленные обязательства по 2020 год и есть принципиальные договоренности о продлении партнерства до 2024 года. В рамках этого взаимодействия мы ориентируемся на расширение и усиление российского сегмента станции за счет трех новых модулей. Эти модули будут нагружены программой исследований и экспериментов более «приземленного», то есть прикладного, характера, ориентированных на получение ощутимого результата.
В условиях оптимизации бюджета мы должны ориентироваться не на политический и пропагандистский эффект от присутствия в космосе, а на получение конкретных результатов с возможностью их использования на Земле. По оценкам наших коллег, занимающихся разработкой программы космических экспериментов, появление трех новых российских модулей, в особенности НЭМа, значительно расширяет возможности российского сегмента МКС — мы уходим от зависимости в плане получения энергии с американского сегмента станции. Что и позволяет нам рассчитывать на численное расширение программы экспериментов и на изменение сути этих экспериментов. Речь может идти в том числе об организации экспериментов по заявкам от тех, кто заинтересован в осуществлении опытов на орбите в рамках совершенствования тех или иных технологий.
Иван Чеберко
