Еще полтора месяца назад военный бюджет России считался священной коровой
Первоначально утвержденный объем расходов на оборону в размере 3,3 трлн рублей казался незыблемым, а все разговоры о его сокращении расценивались как проявление политической близорукости и недальновидности. Но теперь ситуация резко изменилась. Девальвация рубля и последовавший за ней резкий рост цен на импортные комплектующие, которые довольно широко используются в отечественной военной технике, заставил наших чиновников начать оптимизацию оборонных статей бюджета. По словам замминистра обороны России Татьяны Шевцовой, в соответствии с антикризисным планом правительства расходы военного бюджета в этом году сократятся на 10%.
Уже точно известно, что наше военное ведомство откажется от увеличения числа военнослужащих-контрактников на 50 тыс. человек, а также от строительства некоторых объектов социальной сферы, новой мебели и проч. Но сокращение расходов не должно было коснуться государственного оборонного заказа и тем более Государственной программы вооружений (ГПВ). «Расходы на ГПВ, а они составляют более 60 процентов бюджета Минобороны, решено не секвестровать. И мы считаем это правильным», — говорила в конце января Швецова. Но уже через месяц на расширенной коллегии Военно-промышленной комиссии заместитель ее председателя Олег Бочкарев сообщил, что государственный оборонный заказ на 2015 год придется скорректировать. По его словам, это будет сделано в середине года в соответствии с экономической обстановкой и ситуацией с размещением контрактов. Более того, целый ряд источников, близких к военным кругам, заговорили о неизбежности сокращения даже действующей ГПВ, рассчитанной до 2020 года. На нее в общей сложности было выделено 23 трлн рублей, из которых почти 20 трлн должны пойти на закупку современных вооружений и военной техники для нашей армии. Как минимум 500 млрд рублей из этих средств военные уже перенесли с 2017 года на более поздний срок.
Но и это еще не все. Уже решено, что новая ГПВ на 2016–2025 годы, которая должна была быть представлена на утверждение Владимиру Путину в декабре этого года, будет перенесена на 2018-й. И глава государства с этим согласился. Для этого есть целый ряд как объективных, так и субъективных причин.
Во-первых, это рост цен, вызванный как девальвацией рубля, так и просчетами самих военных. «Мы ошиблись на выходе параметров дорогостоящих вещей, каковыми являются “Бореи” и “Ясени”, надводные корабли. Мы просчитались по “Армате”. Деньги, заложенные на эти проекты, оказались недостаточными для обеспечения их нужного количества, — заявил в интервью МК замминистра обороны Юрий Борисов. — Были просчеты и со стороны Минэкономразвития. Они нам индексы-дефляторы доводили не в соответствии с реальной жизнью, а в соответствии с их прогнозами за год. То есть покупательная способность реально падала, и мы на этом теряли». Но если закупку стратегических ракетоносцев и атомных подлодок сократить нельзя — их в любом случае надо достраивать, то с приобретением танков на тяжелой гусеничной платформе «Армата» можно повременить. Тем более что стоимость «Арматы» в итоге оказалась вдвое выше заложенной в ГПВ. «“Армата” — шаг к следующему поколению, но у нас нет необходимости разгонять этот проект сегодня, — говорит Юрий Борисов. — Мы адекватно можем противостоять вероятному противнику с той техникой, которую мы сегодня модернизируем, она позволяет нам решать поставленные задачи». По сути, речь идет о тотальном переоснащении танка Т-72 за счет новой бортовой аппаратуры, прицелов, систем управления, а также новой активной и пассивной защиты. То же коснется и летающих танкеров Ил-78 — их будут делать на основе модернизированного транспортника Ил-476. Очевидно, что аналогичным образом будут оптимизированы расходы на боевую авиацию и колесную бронетехнику.
Во-вторых, из-за событий на Украине наша страна была вынуждена отказаться от нескольких крупных совместных программ по созданию новых вооружений. Самая известная из них — программа тяжелого транспортного самолета Ан-70. На днях Минобороны исключило Ан-70 из ГПВ. Учитывая, что всего Россия собиралась закупить 60 таких самолетов на общую сумму около 4 млрд долларов, наше военное ведомство сэкономило порядка 240 млрд рублей.
Наконец, в-третьих, целый ряд предприятий нашего ВПК, несмотря на бодрые заявления их гендиректоров, оказались не готовы оперативно заместить комплектующие с Украины, в результате чего поставки некоторых образцов техники в нашу армию придется отложить до лучших времен. Например, из-за отсутствия у нас морских газотурбинных установок, которые сейчас спешно создает ОДК, поставка трех фрегатов состоится не ранее 2018 года. Аналогичным образом обстоит дело с вертолетными двигателями. Сейчас на заводе «Климов» под Санкт-Петербургом их выпускается не более 150 штук в год при потребности 500 штук. И пока этот завод не выйдет на нужную мощность, поставки некоторых вертолетов в Вооруженные силы России будут сдвигаться. Впрочем, учитывая, что часть из них создается под корабли типа «Мистраль», которые Франция нам так и не передала, серьезной проблемы это не создаст.
Но, как утверждает Юрий Борисов, несмотря на все эти обстоятельства, задача иметь 30% новой военной техники в нашей армии к концу 2015 года, которую поставил Путин, будет выполнена. «Мы гарантированно пройдем этот рубеж, и даже более того, этот процент будет выше», — пообещал замминистра обороны.
Сергей Саркисянц
