Южный полюс спутника Земли выбран исходя из предполагаемого наличия природных ресурсов и наибольшей освещенности
Рабочая группа Федерального космического агентства (Роскосмос) и Российской академии наук подготовила пакет интегрированных предложений по методике и этапности освоения Луны. Судя по тексту документа, копия которого есть в «Известиях», предложения в концепцию лунной программы России направляли несколько организаций, задействованных в космической программе: РКК «Энергия»; головная научная организация Роскосмоса — ЦНИИмаш; профильная организация РАН — Институт космических исследований; НПО имени Лавочкина.
Видимое отличие данного документа от предыдущих вариантов концепции лунных программ — проработанная идеологическая составляющая. Общим слабым местом всех предложений по Луне традиционно является отсутствие ответа на простой вопрос: что мы получим, потратив так много денег (сметы лунных программ исчисляются триллионами рублей)?
В предложении от РАН и Роскосмоса теперь цель изложена четко: России следует оперативно застолбить наиболее перспективный район Луны — ее Южный полюс.
«Уже в первой половине XXI века развернется соперничество космических держав за обладание наиболее привлекательными лунными плацдармами для создания будущих исследовательский станций, — говорится в тексте документа. — Лунные плацдармы будут выбираться из условий максимально продолжительной освещенности и наличия в их непосредственной окрестности залежей водяного льда».
Принципы использования Луны тем или иным государством в наибольшей степени регулируются так называемым договором о космосе 1967 года (полное название — Договор о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела), изначально подписанным СССР, США и Великобританией, а впоследствии — более чем 100 других государств. Вторая статья этого документа гласит: «Космическое пространство, включая Луну и другие небесные тела, не подлежит национальному присвоению ни путем провозглашения на них суверенитета, ни путем использования или оккупации, ни любыми другими средствами».
В то же время договор о космосе содержит ряд указаний на то, что участники космических программ должны уважать интересы друг друга и сохранять суверенитет над объектами, запущенными в космос, в том числе и на другие планеты. Прецедент торопятся создать Соединенные Штаты: их представители настаивают на том, чтобы никто из будущих посетителей Луны ничего не трогал на месте прилунений посадочных модулей кораблей Apollo в 60–70-х годах прошлого века.
«США фактически предполагают национализировать район Луны вокруг места первой посадки «Аполлона-11», — констатируют авторы документа. — Освоение Луны российскими исследователями должно происходить как постепенное расширение инфраструктуры на предварительно разведанном плацдарме с благоприятными условиями освещенности, связи с Землей и наличием лунных природных ресурсов».
Освоение Южного полюса Луны предлагается разбить на три этапа: разведка и посадка — первый этап, создание полигона — второй этап и строительство базы — третий. На лунном полигоне планируется разместить станции мониторинга Земли, стенды для отработки новых космических и медико-биологических средств для подготовки экспедиций на Марс.
«Практическая реализация программы освоения Южного полюса Луны с использованием автоматических средств и интегрированным применением автоматических и пилотируемых средств позволит определить наиболее важные технологии, разработка которых необходима в первую очередь для их успешной реализации», — описывают авторы предложений ожидаемую пользу от реализации программы.
По мнению Андрея Ионина, члена-корреспондента Российской академии космонавтики имени Циолковского, концентрация внимания на Южном полюсе Луны не является решением идеологического уравнения, призванного дать смысл освоению Луны.
— Есть ощущение, что поиски смысла ведутся в рамках старой парадигмы, рожденной еще в середине прошлого века, — говорит Ионин. — Быть первыми в космосе, быть первыми на Луне, первыми построить базу на Южном полюсе — это всё задачи из одного ряда. Смысла продолжать что-то выдумывать в рамках этой парадигмы я не вижу. Нужно продолжать поиски.
Научный руководитель Института космической политики Иван Моисеев отмечает, что предложения Роскосмоса и РАН написаны «в духе глубочайшего оптимизма».
— Налицо явный отрыв от реальности, в которой мы сейчас пребываем, — говорит Моисеев. — Для нашей ракетно-космической отрасли сейчас самые актуальные проблемы — это низкая надежность техники и низкая производительность труда. К этим внутренним проблемам сейчас еще добавилась внешняя — импортозамещение технологий, ставших для нас недоступными. Говорить всерьез о задачах таких масштабов, как база на Луне, можно будет после того, как мы сегодняшние задачи успешно решим. Но на это уйдет не один год.
По словам источника в Роскосмосе, предложения по этапам освоения Луны будут рассматриваться в правительстве параллельно с проектом Федеральной космической программы на 2016–2025 годы, в рамках которой запланировано множество опытно-конструкторских работ, направленных на создание технологий, позволяющих начать освоение Луны на уровне 2026–2030 годов.
Иван Чеберко
