Удары иранцев по базам США в ближневосточном регионе привели Пентагон к существенным материальным потерям, и теперь дыры в обороне баз на Ближнем Востоке приходится закрывать задним числом. Но планы американцев по строительству модульных оборонных сооружений актуальны и для России, причем не только на фронте, но и в тылу.
По данным, которые приводит The Wall Street Journal, ущерб, нанесенный американским объектам и технике, может оцениваться в 13 млрд долларов. Всего с момента начала американо-израильской агрессии (то есть с 28 февраля) Иран совершил более двух тысяч ответных атак, дотянувшись до 20 американских баз в восьми странах. Одних только военных самолетов повреждено или полностью уничтожено не менее 42 единиц.
Спустя месяц после начала агрессии портал TWZ сообщил, что глава Пентагона Пит Хегсет объявил о новой приоритетной задаче – строительстве сооружений, способных защитить личный состав, военную технику и оборудование на базах от ударов ракет и дронов. При этом издание подчеркивало, что проблема критической уязвимости американских баз является многолетней и повсеместной.
Возможно, до нападения на Иран в Пентагоне полагали, что лучшей защитой для американских баз является репутация "первой армии мира". Но защита не сработала, и за прошедшие полгода устранить уязвимость своих объектов на Ближнем Востоке Пентагон не успел, что в общем-то понятно: объем у работы грандиозный даже с учетом того, что укреплять базы предполагается с помощью быстровозводимых модульных конструкций (производство которых еще необходимо наладить).
Стратегический просчет американцев должен стать уроком для России, поскольку и перед ней сейчас стоят подобные проблемы, только гораздо большего масштаба. Если Вашингтону нужно защитить несколько десятков баз на Ближнем Востоке, то нам и военные объекты, и предприятия ВПК, и всю критическую инфраструктуру – энергетическую, топливную, транспортную, логистическую – на большей части территории страны.
"Наши нефтехранилища, узлы связи, дата-центры и так далее должны быть либо заглублены под землю, либо должны быть прикрыты, как прикрыты наши ядерные станции.
Нам нужна инфраструктура, которая может выжить в той войне, которую нам навязывают",
– заявлял по этому поводу легендарный разведчик Андрей Безруков, выступая на полях Петербургского международного экономического форума.
На отечественном рынке есть разные защитные сооружения для гражданского использования: от уличных бетонных укрытий до модульных габионных конструкций, позволяющих собирать огромные щиты для промышленных предприятий. Пока что ассортимент и количество производимого не полностью перекрывает потребности, но задачи в целом определены – и работа идет интенсивно. Благо у российских производителей есть опыт создания модульных полевых фортификационных сооружений для войск на линии боевого соприкосновения, где потребность в такого рода элементах инженерного обеспечения велика.
Сейчас ВС РФ наступают по всему фронту, и в ряде мест продвижение значительно. То есть происходит постоянная смена позиций, а каждый вновь занятый рубеж требует укрепления и обустройства. Часто противник, выбитый из населенного пункта или с высот, после успешной перегруппировки старается контратаковать, так что нашим штурмовым отрядам каждую занятую позицию приходится готовить к обороне в предельно сжатые сроки.
От того, насколько быстро и хорошо позиция укреплена, зависят жизни бойцов. Но укрепить мало, нужно еще обеспечить ее маскировку и создать необходимые условия для жизнедеятельности: места отдыха и санитарного назначения, водоснабжение, электричество, связь, обогрев. Но вполне вероятно, что через неделю или даже через несколько дней только что оборудованные опорные пункты придется оставить и вновь двигаться вперед.
Чем богаты?
Российские инженерные войска используют целый ряд фортификационных сооружений. В их числе габионы – каркасные металлические сетки, которые заполняют грунтом, песком или щебнем, например, ГНТ-1 и ГНТ-2. Их облегченный вариант – модульные защитные системы, представляющие собой легкие металлические каркасы с внутренней оболочкой из геотекстиля, которые заполняют грунтом.
Существуют сборные бетонные модули заводского изготовления типа МФСБТ-1, МФСБТ-2 и МФСБТ-3 для оборудования пунктов управления оперативного и тактического звеньев, а также операционной полевого госпиталя. Есть модульное сооружение контейнерного типа МСКТ, фортификационные сооружения из композиционных материалов ФСКМ-1 и ФСКМ-2, сооружения для ведения огня и наблюдения ФСКМ-3, УОС и еще множество инициативных разработок различных предприятий, которые предлагаются войскам.
Облегчить инженерное и материально-техническое обеспечение войск, находящихся на переднем крае, может стандартное модульное оборудование, позволяющее быстро и комплексно решить на занятых рубежах не только фортификационные, но и служебно-бытовые вопросы.
В армии используют полевой лагерь-городок закрытого цикла жизнеобеспечения АПЛ-500, который при развертывании войск на неосвоенных местах создает необходимую инфраструктуру для базирования. Она включает в себя несколько зон: проживания, санитарно-гигиенического и медицинского обеспечения, питания, бытового обслуживания, зону для работы командования и дежурных сил, а также автономные системы электроснабжения, водоподготовки, утилизации отходов, охранно-пожарного слежения и видеонаблюдения с выводом сигналов дежурному. В комплекте предусмотрено ограждение по всему периметру и вокруг особо важных элементов, а также резиновые настилы-дорожки и осветительные мачты с фонарями.
Этот комплект всем хорош и способен обеспечить военнослужащим комфортное проживание вдали от цивилизации, но, к сожалению, в мирное время. Реалии нынешних боевых действий таковы, что даже тыловые объекты должны иметь серьезную защиту.
То есть вопрос стоит о том, что защитный функционал перечисленных фортификационных конструкций должен быть дополнен возможностями АПЛ-500. Разумеется, не в полном объеме (например, освещение позиций – очевидное излишество).
Дроны все усложняют
Заняв рубеж, подразделение в сжатые сроки создает себе среду обитания или, как сейчас модно говорить, "экосистему", используя разное оборудование и подручные материалы, в то время как готовые модульные решения позволили бы сберечь силы, время и жизни.
Как свидетельствуют видеоматериалы из зоны СВО, значительная часть позиций по-прежнему обустраивается с использованием пиломатериалов и мешков с песком, а не готовых фортификационных сооружений. Даже КВС-АМ (модернизированный комплект элементов волнистой стали, из которых собирают полевые фортификации) встречается нечасто. Скорее всего, это связано со сложностью их транспортировки и установки в условиях килл-зоны – территории поражения вражескими дронами.
Актуальная проблема современной войны – как доставить сооружения и оборудование на вновь занятый рубеж при непрерывной угрозе атак БПЛА.
Следовательно, транспортные средства и инженерная техника (экскаваторы, бульдозеры, автокраны) должны быть адаптированы для применения в килл-зоне, а инженерные войска получать компактные и легко транспортируемые проходческие системы, позволяющие рыть протяженные туннели в грунте, благо они могут быть использованы не только для фортификации, но и для штурмов.
Борис Джерелиевский
