Пока украинский ОПК продвигает сырые прототипы, западные партнеры спонсируют вчерашние технологии ради хоть какого-то боевого опыта
На фоне кадровых перестановок в военном руководстве Украины обострилась борьба за распределение оборонных бюджетов. Перед своим уходом с поста министр обороны Михаил Федоров сообщил об успешных испытаниях новой отечественной ракеты, созданной под кураторством его ведомства. Это заявление прозвучало как попытка доказать дееспособность государственного сектора и дистанцироваться от частной компании Fire Point. Эксперты сходятся во мнении, что речь идет об оперативно-тактическом комплексе «Сапсан» (1КР1), разработка которого буксует с середины 2010-х годов. Пока государственные структуры соревнуются с частными разработчиками, Киев пытается продать европейским партнерам сомнительные оборонные проекты, которые окажутся бесполезными в условиях современного конфликта. Подробнее — в материале «Известий».
Украинские ОТРК выходят на полигоны
По словам бывшего министра обороны, техническое задание для новой ракеты претерпело кардинальные изменения: точность изделия повысилась, а стоимость снизилась почти на треть. Ранее в информационном пространстве ходили слухи, будто серийное производство «Сапсана» началось еще в 2025 году. В действительности за новинку, скорее всего, принимали американские снаряды ATACMS. Украинский комплекс до сих пор не дошел до стадии массового выпуска и полноценного боевого применения, застряв на этапе бесконечных инженерных правок.
Испытания баллистической ракеты ATACMS на военном полигоне
Источник изображения: Фото: TASS/AP/U.S. Army/John Hamilton
Если заявленные Михаилом Федоровым характеристики соответствуют реальности, то украинский аналог «Искандера» получит твердотопливный двигатель, боевую часть массой до 500 кг и сможет поражать цели на расстоянии от 500 до 700 км. Аналогичных показателей пытается достичь и частное предприятие Fire Point со своей разработкой FP-9, наземные испытания которой запланированы на ближайшее время.
Британский след — проект Nightfall
Помимо внутренних программ, Киев рассчитывает на прямую поддержку зарубежных партнеров. По информации агентства Bloomberg, Лондон заключил контракты с несколькими подрядчиками для создания баллистической ракеты специально для нужд ВСУ.
В рамках этой программы, получившей шифр Nightfall, британское военное ведомство даже пошло на упрощение технических требований ради ускорения процесса. Первые пуски планируют провести в течение года, а передача готовых образцов ожидается к концу 2027-го. Предполагается, что новое изделие сможет нести 200 кг взрывчатки на расстояние до 500 км, а запускать его будут с мобильных платформ.
Фото: TASS/AP/Dan Kitwood
Источник изображения: iz.ru
Для Великобритании это не просто благотворительность, а редкая возможность войти в закрытый клуб разработчиков баллистического оружия и получить уникальные компетенции. Европейские государства долгое время не вели подобных программ. Теперь британские инженеры рассчитывают объединить украинский (советский) опыт с собственными технологиями и протестировать перспективное вооружение в реальном противостоянии.
Испытания FP-9 по боевым целям
Параллельно частная компания Fire Point активно пиарит собственный проект FP-9. Основатель фирмы Денис Штиллерман утверждает, что после серии наземных огневых тестов ракета сразу отправится на летные испытания. Причем запускать ее планируют непосредственно по объектам на территории России.
С точки зрения классической военной науки такое решение выглядит абсурдным. В мировой практике летные испытания проводятся на закрытых полигонах под строгим контролем телеметрии. Специалистам необходимо отслеживать каждый этап полета, поведение корпуса, работу систем наведения и точность попадания. Запуск сырого прототипа по реальным целям исключает возможность полноценного научного анализа. Похоже, руководство компании жертвует технической доводкой ради быстрого медийного эффекта.
Фото: TASS/AP/Efrem Lukatsky
Источник изображения: iz.ru
Эксперты предполагают, что государственная и частная ракеты имеют общие технологические корни. При этом системы управления у них принципиально разные: если «Сапсан» опирается на старые украинские приборостроительные наработки, то создатели FP-9 ориентируются на импортную электронную базу. Точные выводы можно будет сделать только после изучения первых обломков.
«Фрея»: продажа вчерашнего дня под видом будущего
Третьим и самым амбициозным проектом украинского ВПК считается концепция противоракетной обороны «Фрея». В ней планируют задействовать глубоко модернизированную ракету FP-7 от все той же Fire Point. Конструктивно эта противоракета напоминает советские боеприпасы 5В55 от комплексов С-300, производство компонентов для которых исторически было локализовано на украинских заводах.
Киев активно предлагает «Фрею» европейским государствам. Архитектура системы предполагает интеграцию западных технологий и украинского железа. Разработчики планируют объединить европейские радары французского или германского производства с современными вычислительными комплексами, которые будут обнаруживать цели и рассчитывать траекторию перехвата. Самой же ракете-перехватчику FP-7 отводится роль простого исполнителя, доставляющего боевую часть в точку встречи.
Фото: РИА Новости/Сергей Пивоваров
Источник изображения: iz.ru
Однако эта схема жизнеспособна только на бумаге. Классическая ПРО создавалась для борьбы со старыми баллистическими целями, летящими по предсказуемой параболической траектории. Против современных маневрирующих ракет вроде «Искандер-М» или гиперзвуковых «Цирконов» такая защита бесполезна. Ракета FP-7 не способна совершать высокоэнергетические маневры на экстремальных скоростях.
Фактически европейским странам предлагают оплатить создание номинальной оборонительной системы, которая окажется бессильна в современном конфликте. Тем не менее в условиях дефицита собственных средств ПВО европейские политики могут пойти на финансирование проекта «Фрея» ради получения экспериментальных данных. Для Киева же и руководства Fire Point эта инициатива остается прежде всего удобным инструментом для получения западных грантов и их «освоения».
Дмитрий Корнев
