Военный эксперт Борис Джерелиевский — о том, как труд советских конструкторов обеспечил превосходство Красной армии над силами объединенной Европы
Сегодня мы встречаем 22 июня 1941 года в очень непростой ситуации. Силы объединенной Европы вновь грозят нам войной. И поэтому очень важно вспомнить всё, благодаря чему мы сумели победить страшного и сильного противника.
С первых же минут вторжения немцам пришлось убедиться, что их представления о «колоссе на глиняных ногах» совсем не соответствуют действительности — они столкнулись с яростным сопротивлением наших воинов. Уже 29 июня начальник Генштаба Германии Франц Гальдер был вынужден признать: «…русские повсюду сражаются до последнего патрона… Упорное сопротивление русских заставляет нас вести бои по всем правилам наших боевых уставов. В Польше и на Западе мы могли позволить себе известные вольности. Теперь это уже недопустимо».
Причем это касалось не только доблести наших бойцов и профессионализма командования, но и совершенства нашего вооружения.
«Нам было очень трудно составить ясное представление об оснащении Красной армии… У нас было мало сведений относительно русских танков. …О боевой мощи русской армии мы тоже не имели точных данных», — уже на основе первых боев признавал начальник штаба 4-й армии вермахта генерал Гюнтер Блюментрит, давая понять, что знакомство гитлеровцев с новейшими советскими танками — Т-34, КВ-1, КВ-2 — их обескуражило.
Немецкий танкист-ас Отто Кариус свидетельствовал: «Передовые части воевали с Т-34, а мы про него только слышали. Слушали и ужасались… Для нас было необъяснимо, почему это явилось для руководства сюрпризом. Про Т-34 мы ничего не знали». Немецкие танкисты с ужасом обнаружили, что их основной боевой танк Т-3 абсолютно беспомощен перед броней Т-34; про легкие танки, фактически танкетки Т-1 или Т-2, и говорить не приходилось. Впрочем, настоящий потенциал легендарного танка раскроется чуть позднее, когда будет отработана тактика его применения, а сам он модернизирован.
В первых же боевых столкновениях с советскими танками КВ-1 и КВ-2 немецкие танкисты впервые почувствовали свою беспомощность. «При встрече с этим танком мне первый раз в жизни стало по-настоящему страшно», — признавался другой немецкий танковый ас Ганс Бахманн. Эти машины были неуязвимы для всего германского противотанкового вооружения; впрочем, через некоторое время гитлеровцы догадались использовать против него 88-мм зенитное орудие. Для того времени танки КВ, успевшие дебютировать во время «Зимней войны» с Финляндией, являлись революционной конструкцией, воплотившей в себе самые передовые идеи того времени: индивидуальную торсионную подвеску, надежное бронирование, дизельный двигатель и одно мощное универсальное орудие в рамках классической компоновки. КВ стал образцом в танкостроении и оказал значительное влияние на создание тяжелых танков за рубежом.
Распространено мнение об абсолютном техническом превосходстве в начале войны германской авиации. Однако это не так. Начало войны мы встретили с тремя истребителями нового типа ЛаГГ-3, МиГ-3 и Як-1, способными на равных сражаться с немецкими самолетами. В частности, ЛаГГ-3 сыграл большую роль в отражении немецкого воздушного наступления на Москву в 1941 году. Высотный истребитель МиГ-3 также показал себя прекрасно как элемент ПВО. На этой машине знаменитый ас трижды Герой Советского Союза Александр Покрышкин сбил 26 июня 1941 года свой первый «Мессершмитт».
Созданный в 1940 году на базе спортивного самолета истребитель Як-1, отличавшийся прекрасными летными характеристиками, на котором успели повоевать практически все советские асы — Герои Советского Союза. До начала войны был также создан легендарный штурмовик Ил-2, ставший самым массовым боевым самолетом в истории (было выпущено более 36 тыс. единиц), остававшийся в строю до 1954 года, успевший повоевать в Корее и даже получить от НАТО кодификацию — Bark. Отметим, что Германия так и не сумела создать подобной машины.
По-настоящему революционным, ставшим основой для такого класса вооружения, как реактивные системы залпового огня, стал «гвардейский реактивный миномет» БМ-13 «Катюша», также разработанный еще до начала войны. Первая батарея из семи машин была передана в войска за несколько дней до начала войны, и уже 14 июля 1941 года подразделение под командованием капитана Флёрова уничтожило железнодорожную станцию с немецкими эшелонами под Оршей, буквально ошеломив захватчиков массированным огнем. Уже в защите столицы «Катюши» сыграли важную роль. БМ-13 повоевали в Корее, Вьетнаме и на Ближнем Востоке, и в том или ином виде участвовали в локальных конфликтах вплоть до 90-х годов ХХ столетия.
Нельзя не упомянуть и такие замечательные артиллерийские системы, как противотанковые пушки: 45-миллиметровая противотанковая пушка образца 1937 года и 57-милллиметровая ЗиС-2, ставшие самыми эффективными системами своего класса во время Второй мировой войны.
И, наконец, пистолет-пулемет Шпагина калибра 7,62 мм, принятый на вооружение в 1941 году, стал самым массовым ПП (всего в СССР, а также в ряде других стран было выпущено около 6 млн штук) и одним из лучших образцов данного оружия. Отметим, что для противника этот ПП был желанным трофеем, и он охотно его использовал. Как и всё советское оружие, он был очень надежен, и его производство было сравнительно дешевым. К концу войны этим пистолетом-пулеметом было вооружено около 55% бойцов Красной армии, и ППШ до сих пор используется в бою в локальных конфликтах.
Следует отметить, что всё советское оружие, не уступая по совокупности характеристик вооружению противника, а в ряде случаев и превосходя его, было несравненно дешевле, проще и технологичнее, что позволяло максимально масштабировать его производство, в том числе и на не слишком подходящих площадках. Его освоение бойцами и обслуживание было также значительно легче. Иными словами, это было настоящее оружие для «тотальной войны», которую в 1943 году провозгласил Геббельс.
Но если у Красной армии были такие прекрасные системы, чем объяснить гитлеровские победы начала войны? Всё очень просто — нам не хватило времени для перевооружения: нового оружия было немного, и главное, что оно еще не было должным образом освоено войсками, не была выработана соответствующая тактика, и поэтому даже имевшиеся образцы не могли полностью реализовать свой потенциал в бою. И поэтому первоначально противник оказался сильнее.
Гениальность наших конструкторов и разработчиков заключалась и в том, что они проектировали оружие как будто с учетом того, что его будут делать в условиях эвакуации, с разорванными производственными цепочками, на неподготовленном оборудовании или на станках, только что выгруженных в чистом поле.
Кстати, эвакуация западных и центральных областей страны, части его населения и промышленной базы, с последующим запуском производства «с колес» — это, несомненно, величайший подвиг советского народа и его руководителей, вполне сопоставимый с героизмом воинов Красной армии.
Гитлеровский генерал Эрхард Мильх с удивлением констатировал, что, захватив промышленные регионы СССР, немецкие войска обнаружили, что предприятия «исчезли».
Другой иностранный очевидец, английский журналист Александр Верт, проведший всю войну в СССР, назвал эвакуацию великолепнейшим организаторским подвигом. «Повесть о том, как целые предприятия и миллионы людей были вывезены на восток, как эти предприятия были в кратчайший срок и в неслыханно трудных условиях восстановлены и как им удалось в огромной степени увеличить производство в течение 1942 года, — это прежде всего повесть о невероятной человеческой стойкости», — писал Александр Верт.
И сегодня, в день памяти и народной скорби, вспоминая тех, кто ценой своей жизни и крови защитил свободу и независимость нашей Родины, нужно вспомнить и тех, кто своим самоотверженным трудом за гранью человеческих возможностей дал нашим воинам оружие, с помощью которого они смогли победить могучего и безжалостного врага.
Борис Джерелиевский — военный эксперт
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
