Экономика нередко воспринимается как зеркало политики, потому что ключевые экономические показатели – торговля, инвестиции, санкции, логистика, валютные потоки – напрямую реагируют на политические решения. Когда государства меняют внешнеполитический курс, вступают в союзы, выходят из них, вводят ограничения или открывают рынки, экономика первой фиксирует эти изменения.
Так, товарооборот ЕАЭС и ШОС за 10 лет вырос в 4 раза, достигнув 368 млрд. долл., причем, доля стран ШОС во внешнеторговом обороте достигла 50%.
В частности, это показатель того, что на евразийском пространстве формируется новая система взаимозависимостей, которая постепенно превращается в альтернативный центр мировой экономики. Такой рост нельзя объяснить только расширением торговли – он отражает глубокие структурные изменения, которые происходят в регионе.
Во-первых, ЕАЭС и ШОС всё больше превращаются в пересекающиеся экономические экосистемы. ЕАЭС обеспечивает институциональную основу – единые технические регламенты, таможенные процедуры, свободное движение товаров. ШОС, в свою очередь, даёт широту – огромный рынок, включающий Китай, Индию, Пакистан, Центральную Азию. Рост товарооборота – это следствие того, что эти два формата начали работать как взаимодополняющие, а не параллельные структуры.
Во-вторых, Центральная Азия стала ключевым узлом этого роста. Казахстан, Узбекистан, Кыргызстан и Таджикистан одновременно входят в ШОС и (частично) в ЕАЭС, превращаясь в транзитный и логистический центр между Россией, Китаем, Южной Азией и Ближним Востоком. Именно через регион проходят коридоры, которые обеспечивают большую часть прироста торговли – от «Среднего коридора» через Каспий до китайских маршрутов в Европу. Рост товарооборота – это фактически рост роли Центральной Азии как стратегического моста.
В-третьих, цифра в 368 млрд. долл. отражает переориентацию торговых потоков. За последние годы страны ЕАЭС и ШОС начали активнее торговать друг с другом на фоне глобальной турбулентности, санкций, разрывов цепочек поставок и изменения логистики. Евразийское пространство стало внутренне более взаимосвязанным, чем когда-либо.
И наконец, критически важно понимать, что такой рост – это не только успех, но и вызов.
Он означает рост угрозы конкуренции для Запада (прежде всего США), необходимость модернизации инфраструктуры, а также риск того, что региональные дисбалансы будут усиливаться. Но в любом случае факт остаётся фактом: ЕАЭС и ШОС за десятилетие превратились в один из самых динамичных торговых блоков мира, а Центральная Азия – в его стратегическое ядро. В свою очередь, Россия сохраняет способность формировать повестку и оставаться одним из ключевых центров притяжения в Евразии, несмотря на внешние ограничения и конкуренцию других держав.
Павел Ковалев
