ИИ берет управление на себя, а кумулятивно-осколочно-термобарические боеприпасы поражают укрепленные блиндажи
Беспилотник «Молния-2» остается одним из основных средств поражения противника на дистанциях около 30 км. Пока западные страны и Киев лишь пытаются создать сопоставимую по массовости машину в этом классе, российские конструкторы и бойцы внедряют технологии нейросетей и комбинированные боеприпасы. Военный корреспондент «Известий» понаблюдал за работой 506-го гвардейского мотострелкового Познанского полка 27-й гвардейской мотострелковой дивизии группировки войск «Центр» и выяснил, почему «Молнию» крайне сложно перехватить.
Беспилотник «Молния-2» остается одним из основных средств поражения противника на дистанциях около 30 км. Пока западные страны и Киев лишь пытаются создать сопоставимую по массовости машину в этом классе, российские конструкторы и бойцы внедряют технологии нейросетей и комбинированные боеприпасы. Военный корреспондент «Известий» понаблюдал за работой 506-го гвардейского мотострелкового Познанского полка 27-й гвардейской мотострелковой дивизии группировки войск «Центр» и выяснил, почему «Молнию» крайне сложно перехватить.
Как передвигаться в зоне СВО
Путь к позициям подразделения беспилотных систем (БПС) 27-й гвардейской дивизии напоминает квест на выживание. Километры дорог здесь затянуты сплошными защитными экранами из сетей — это единственная возможность уберечь технику от вездесущих FPV-дронов. Чем ближе к линии боевого соприкосновения, тем больше встречаешь пунктов воздушного наблюдения. Если раньше такие посты считались атрибутом передовой, то сегодня из-за возросшего радиуса действия вражеских беспилотников их встречаешь даже в глубоком тылу.
Источник изображения: Фото: ИЗВЕСТИЯ/Дмитрий Астрахань
Тишина обманчива. На одном из блокпостов комендатуры боец, собиравшийся проверить наши документы, внезапно меняется в лице. Недописанный жест замирает в воздухе — вместо требования остановиться он резко машет рукой: «Вперед! Газуй!» Мы залетаем под защиту очередного сетчатого коридора, а за спиной уже гремят выстрелы. Трое бойцов, выскочив из блиндажа, вскидывают автоматы, открывая заградительный огонь по мелькнувшей в небе тени. Миновав стрелков, мы наконец добираемся до точки работы «Молний».
Здесь плотность работы нашей беспилотной авиации поражает. Воздух буквально прошит характерным жужжанием: то слева, то справа в небо уходят очередные борта. Внутри замаскированного укрытия расчет 506-го полка готовит к вылету очередную «птицу».
«Небо затягивает»
Техник, ефрейтор Илья Тутов, собирает аппарат с методичностью хирурга. Его руки двигаются уверенно, пока он комментирует каждый этап сборки.
— С февраля занимаюсь самолетами. До этого были квадрокоптеры, потом наземные робототехнические комплексы, — рассказывает Илья, не отрываясь от проводки. — Но небо манит сильнее. Есть в этом что-то особенное — видеть землю с высоты, наблюдать, как меняется природа, даже в таких суровых условиях.
Способность ефрейтора одновременно отвечать на вопросы и безошибочно соединять сложнейшие электрические цепи выдает колоссальный опыт. Пока он монтирует хвост и рули высоты, разговор заходит о технической эволюции дрона.
Источник изображения: Фото: ИЗВЕСТИЯ/Дмитрий Астрахань
Главная новость — внедрение систем автоматизированного захвата цели. Теперь «Молния» оснащается элементами искусственного интеллекта (ИИ), способными управлять аппаратом на финальном отрезке траектории.
— Это наш ответ на вражеский РЭБ, — поясняет техник. — Если оператор теряет связь из-за помех, ИИ перехватывает управление и доводит борт точно в цель. Машина становится практически неуязвимой для «глушилок».
Видно, что нашему собеседнику, который уже видел применение подобных БПЛА хочется и самому испытать их и, судя по всему, ждать ему недолго.
Кумулятивный «коктейль»
Когда планер собран, в дело вступает сапер Артем Кирнасов. В его руках — боеприпасы, которые превращают «Молнию» в настоящий кошмар для укрепленных районов. Это не кустарные переделки, а высокотехнологичные заводские изделия.
— Перед вами КОТБЧ, — Артем указывает на закрепленный снаряд. — Кумулятивно-осколочно-термобарическая боевая часть. Уникальная вещь.
Этот боеприпас объединяет в себе три типа воздействия. Кумулятивная струя прожигает перекрытия блиндажа, термобарический эффект создает область избыточного давления, уничтожая живую силу в замкнутом пространстве, а осколки довершают дело.
— Работать с ними очень просто. Снимаешь колпачок, устанавливаешь стандартный взрыватель УДЗ — и готово, — делится опытом сапер.
Источник изображения: Фото: ИЗВЕСТИЯ/Дмитрий Астрахань
Для надежности Артем монтирует второй, дублирующий заряд — традиционный кумулятивный. Если один по какой-то причине не сработает от удара, детонация соседа гарантированно инициирует общий подрыв.
Такой подход к унификации вооружения — огромный шаг вперед. Долгое время операторам приходилось адаптировать под дроны гранаты для подствольников или мины, которые плохо подходили для полета на высоких скоростях. Теперь же российская промышленность наладила выпуск специализированных средств поражения, оптимизированных именно под беспилотную авиацию. Примечательно, что западные страны, включая США, только сейчас начинают осознавать необходимость разработки подобных универсальных взрывателей и снарядов, столкнувшись с опытом текущего конфликта.
Пуск и ожидание
Финальный штрих — проверка центровки планера и тестирование систем управления. Все показатели в норме.
Расчет быстро перемещается к пусковой катапульте. Короткий разбег, щелчок — и «Молния» уходит в серую дымку горизонта, направляясь к позициям ВСУ.
Источник изображения: Фото: ИЗВЕСТИЯ/Дмитрий Астрахань
Мы перемещаемся в пункт управления к пилоту, ефрейтору Евгению Орлову. Его взгляд прикован к монитору.
— Полет штатный. Ветер боковой, порывистый, приходится постоянно подруливать, но машина слушается. Помех от РЭБ пока не наблюдаем, идем в «чистом» коридоре, — спокойно докладывает Евгений.
Пилот работает без штурмана — он настолько детально изучил ландшафт и карту высот на своем участке, что ориентируется в пространстве с закрытыми глазами. На вопрос о времени до цели он отвечает, не задумываясь: «Три минуты».
Точно в предсказанный срок картинка на мониторе резко меняется — трансляция обрывается. Это значит, что «Молния» успешно вошла в объект. Через мгновение со стороны разведывательного дрона, осуществляющего объективный контроль, приходит подтверждение: прямое попадание в блиндаж. Пыль еще не успела осесть над разрушенным укрытием противника, а расчет 506-го полка уже приступает к сборке следующего борта. Работа в небе не прекращается ни на минуту.
Дмитрий Астрахань
