Главный конструктор ЦКБР Дмитрий Кузякин — о том, как современным технологиям будет найдено военное применение
Четыре года спецоперации преподнесли много неожиданностей для всего мира. Каждый такой сюрприз — не проблема и не препятствие, а еще один шанс проскочить через окно возможностей. К счастью или к сожалению, но такие сюрпризы возникают регулярно, и мы уверенно ведем корабль технологий и разработок через эти окна.
Еще в 2022 году стало ясно, что удержать паритет в современных конфликтах можно, только если не отставать в гонке технологий. Для победы же необходимо бежать в два раза быстрее. Центр комплексных беспилотных решений (ЦКБР) создан в январе 2022-го, с того момента мы и наши коллеги по отрасли БПЛА не только не сбавляем темп, но и уверенно набираем обороты.
Сумма гражданских технологий, испытавшая взрывной рост в последние 20 лет, открыла дверь на театр боевых действий: цифровые дроны, новые средства связи, новые материалы и технологии печати, невиданные до этого на поле боя источники энергии. При этом военное применение ушло дальше гражданской сферы: технологии электрического полета и движения, средства доставки грузов беспилотниками — вот как минимум две отрасли, которые до сих пор так и не стали массовыми на гражданке, но уверенно вписались в канву боевых действий.
Основными драйверами роста стали цифровая архитектура, дешевая элементная база и доступное, открытое ПО.
FPV-дроны, ударные дальнолеты, безэкипажные катера, метеозонды и средства распределенных коммуникаций — вот неполный перечень технологий, нашедших свое место в бою. Каждая из них несет за собой сотни различных устройств и тысячи новых сценариев применения. Мир военных технологий меняется быстро.
Для большинства людей эти разработки, которыми армия пользуется уже несколько лет и которые где-то уже начали устаревать, всё еще кажутся фантастическими. Скорость устаревания боевых технологий примерно такая же, как и в отрасли смартфонов. Новые функции, которые какое-то время доступны лишь флагманским дорогим моделям телефонов, через полгода становятся обязательной опцией для любого смартфона, который попадает на рынок. Такая гонка технологий и быстрое устаревание решений мигрировало в военную сферу вместе с суммой гражданских технологий и подходом к их разработке.
А раз так, можно постараться угадать, что ждет мир в перспективе дальнейшего развития технологий в конфликтах. Поговорим о перспективах и последствиях.
На поле боя продолжится цифровизация всего и вся. Она будет занимать ниши, которые не так очевидны, например контроль логистики поставок, организацию оперативной работы, связи и управления в одной связке, как это делают в гражданских ERP-системах на технологиях BPM. Если кратко, ERP-система — это аппаратно-программный комплекс автоматизации и управления компании. Бухгалтерия, склад, розница, логистика, кадровые и финансовые департаменты уже несколько десятилетий объединяются в одно комплексное программное решение для сокращения издержек, потерь от ошибок сотрудников и контроля движения денег и ресурсов. BPM же — это инструмент создания сложных ERP-систем от простого к сложному, от автоматизации и контроля простых процессов в корпорации до объединения их в потоки.
Хаос боя кажется безграничным, но и в гражданских компаниях он не меньше. «Протащить» цепочку поставок и ее цифровое управление от производителя до отдельного бойца или расчета на фронте сложно, но не невозможно, даже учитывая динамику и постоянно меняющуюся обстановку. В корпоративном мире выросла целая отрасль технологий Just-in-Time (JIT), или «точно в срок». Это способ управления поставками, при котором материалы, комплектующие и товары поступают на производство или в точки продаж ровно в тот момент, когда они необходимы. На этом принципе живут как крупные международные авиационные производители, так и мелкие пекарни.
Отрасли автоматизации управления уже более 20 лет. Ее внедрение в военное дело было затруднено целым рядом факторов. Но сегодняшняя война, как губка, впитывает любые решения, которые дают преимущества перед противником. ERP дает значимый перевес для компаний в мирной жизни, позволяя меньшими ресурсами и быстрее работать и побеждать конкурентов. Сегодня даже незначительный перевес на поле боя — это освобожденные территории и сохраненные жизни наших бойцов.
Что касается связи. Привычная связь, как мы ее представляли, на СВО почти сразу потеряла свою актуальность. Это направление одно из первых впитало в себя всю мощь гражданских решений. И этот процесс не останавливается, а только набирает обороты. Спутниковый интернет, мобильный интернет, оптика, Lora модемы, mesh-сети, современная криптографическая защита и многое из того, что стало неотъемлемой частью нашей гражданской жизни, уверенно заняло место и в жизни бойцов. При этом мы ожидаем еще более серьезный скачок в ее децентрализации, защищенности, безопасности и доступности. Технологии подобные Meshtastic и MeshCore будут захватывать не только сети коммуникаций от человека к человеку, но станут стандартом для интернета военных вещей.
К слову, о нем. Мы ожидаем дальнейшую организацию людей и техники в единую сеть коммуникаций. От отдельной боевой единицы, мины, умного боеприпаса, группы и подразделения до крупных формирований. Цифровизация легко масштабируется, и стоит один раз получить успешный случай реализации, как за очень короткое время это становится буквально стандартом. В гражданской сфере целая отрасль так называемых интернет вещей крепко заняла свое место в умных домах, на производствах и в инфраструктуре городов. Всё, что необходимо, несколько лет назад уже написано в виде программ и реализовано в железе. Эти технологии ждут своего часа, чтобы вырваться на поле боя.
Дроны всех типов. Серьезных прорывов в дроностроительстве в ближайшем будущем не ожидаем. Связано это с тем, что военная сфера достаточно впитала в себя имеющуюся сумму гражданских технологий. Однако и тут есть направления, которые будут развиваться. В первую очередь это продолжение тенденции максимального удаления расчетов управления беспилотными системами от места боевых действий. Имеющиеся решения позволяют осуществлять управление дрон-системами как через средства широкополосного доступа в интернет (мобильная сеть), так и через временно организованные mesh-сети.
Также будет развиваться направление «дронизации» парка тяжелой и простой автомобильной техники. Переделка обычных транспортных средств под удаленное управление запросто превращает в наземный дрон старую советскую «буханку» или «мотолыгу» (МТ-ЛБ). Несмотря на то что такие дроны — крупные для врага цели, с другой стороны, они более проходимы, защищены и куда более надежны, чем привычные наземные беспилотники. Также переделанный под дрон тягач может взять на борт куда больше веса для выполнения боевой задачи.
Геймификация. Мы с интересом смотрим за процессом геймификации боевых действий, который пытается внедрить у себя противник. Его система очков за поражение нашей техники и личного состава реализует механики из компьютерных игр: чем лучше ты воюешь, тем больше у тебя ресурсов на закупку техники. Пока этот инструмент больше приносит врагу ущерба, чем пользы. Вэсэушникам сложно адаптироваться к игровым правилам в ситуации, когда твоя смерть — это навсегда и сохраниться перед выходом на задание невозможно. Но тем не менее геймификация — это одна из тенденций, и пока она полностью себя не исчерпала.
Повторюсь, всё описанное выше — это не фантастика. Это то, что мы уже используем в повседневной жизни в гражданской сфере, но почему-то эти направления еще не доехали до передовой. А это значит, что их применение в военном деле — просто вопрос времени.
Автор — главный конструктор Центра комплексных беспилотных решений (ЦКБР)
Позиция редакции может не совпадать с мнением автора
